Данфейт (СИ) - Рэй Даниэль Зеа - Страница 55

— Но мы не взаимодействовали, когда они пришли, — возразила Данфейт.

— По-твоему, взаимодействовать можно только при помощи физического контакта? Ты звала его на помощь, когда столкнулась с тем, чего не смогла понять?

— Да, — прошептала Данфейт.

— Вот и ответ на твой вопрос. Ты вступила с ним в контакт. Ход моих мыслей верный? — спросил Ри, обращаясь к сыну.

— Она перестала видеть меня после звонка Данфейт. Очевидно, что твоя теория верна.

— Вот еще один плюс к вашему тандему. Появись они здесь сейчас, им вас не разглядеть. А это — огромное преимущество.

— Кстати, — подал голос Кимао и искоса посмотрел на Ри. — Кору интересовал вопрос, сколько нас здесь?

— В смысле?

— В прямом. Она хотела знать, скольких детей Амира мы трансплантировали.

— Тебя и… …ее, — Ри посмотрел на Данфейт и прищурился. — Об остальных мне ничего не известно.

Учитель замолчал и уставился на полупустую тарелку перед собой.

— Вы когда возвращаетесь? Завтра?

— Утром вылетаем, — кивнул Кимао.

Данфейт посмотрела на Кимао и утвердительно покачала головой.

— Спасибо, что предупредил сейчас, а не завтра утром.

— Через три дня ужин курсантов. Мы должны успеть к его началу.

— Ты успеешь, не переживай, — заверила его Данфейт.

— Не понял… Ты собралась проигнорировать приглашение?

— Я уже проигнорировала его. Смотреть на все эти высоко одухотворенные лица с гнилым нутром, которые спят и видят себя на золотых унитазах, когда остальные сидят керамических, — уволь.

Кимао переглянулся с отцом и оба засмеялись.

— Не вижу ничего смешного! — разозлилась Данфейт.

— А знаешь, ты права, — Кимао сел в пол-оборота к ней. — Я тоже не пойду на ужин. Вкусно поесть я могу и дома, да и компанию собрать подходящую можно. Все на керамических унитазах, как ты говоришь.

— Удачного времяпрепровождения, — вздохнула Дани.

— То есть, ты собралась проигнорировать и мое приглашение?

— А ты, разве, пригласил меня?

— Я подразумевал это. Иначе вообще бы не стал ничего говорить!

— Продолжайте без меня, — отчеканил Учитель и поднялся из-за стола.

— Уже уходите? — натянуто улыбнулась Данфейт.

— Меньше всего мне хочется выслушивать этот бред. Вместо того, чтобы поговорить друг с другом о том, что вами произошло и почему ты, девочка моя, была в пятницу отчислена из Академии, вы несете какую-то чушь!

Учитель покинул столовую так же тихо, как и вошел в нее. Данфейт, расслабившись, вновь заерзала на стуле и подперла голову рукой, глядя на поднос с мясом.

— Сдадим зачет, и тебя восстановят, — подытожил Кимао и принял ту же позу, что и она.

— И дальше все вернется на круги своя. Насмешки, шепот за спиной, косые взгляды и слабость, с которой не имеет смысла бороться. Я так хотела достичь чего-то. А вышло, что мое предназначение в слабости. Мне было шесть, когда все это началось. Мы с Айрин спустились на завтрак рано утром. Отец вошел в столовую, потрепал нас по волосам и сообщил, что «выбил» место в особенном месте, где учатся самые талантливые и достойные люди из всех живущих на этом Свете. «Лучшая из вас попадет туда», — сказал он и поцеловал Айрин в макушку. Будто бы с самого начала знал, кто из нас двоих лучшая. Ни разу за все эти годы я не спросила себя, почему хочу стать зрячей. Роэли Гвен задал правильный вопрос, когда прилетел к нам. «Почему вы хотите пойти с нами?» И правдивый ответ на него он без труда прочел в моей голове. Потому что я хотела быть лучшей, вот и все.

— Какой смысл ты вкладываешь в понятие «лучшая», Данфейт? — вдруг, повысил тон Кимао и, поднявшись из-за стола, подошел к ней, нависая сверху. — Внешность? Способности? Человеческие качества? Что, из вышеперечисленного?

— Почему ты злишься? — произнесла Данфейт и облокотилась на спинку стула, устремляя взор в потолок. — Может, и глупо это, но последние восемнадцать лет только стремление быть лучшей заставляло меня двигаться вперед. Я стала той, которая находится здесь, только потому, что выкладывалась на все сто десять процентов. И это — мой предел. Все, дальше некуда двигаться.

— Ты хочешь, чтобы я пожалел тебя?

— Насколько же ты циничен!

— Возможно…

— Странная привычка отвечать «возможно». Ты не соглашаешься, но и не противоречишь заключению, что является прямым уходом от ответа.

— Возможно, — повторил Кимао и посмотрел на нее.

— Где ты нашел меня? Я не помню, в какой именно момент отключилась.

— Я не видел твоего тела. Почувствовал просто, что тебя больше нет рядом, и все понял.

— И зачем ты отправился за мной?

— Я боялся, что одна ты не сможешь вернуться.

— И кто же помог тебе умереть?

Кимао отвернулся от нее и сжал челюсти.

— Сюрикен Эрики.

— Эрика убила тебя? — воскликнула Данфейт, пытаясь заглянуть ему прямо в глаза, чтобы прочесть правдивый ответ.

— Ты в своем уме? — воскликнул Кимао. — Иногда как выдашь, хоть стой, хоть падай! Я сам сделал это, никто не помогал мне!

— Теперь ты зависишь от облегчения, которое я тебе приношу. Поэтому ты решился на это? — не унималась Данфейт.

— Я бы никогда не рискнул всем ради облегчения.

Данфейт поморщилась и, взяв в руки салфетку со стола, начала комкать ее.

— Из-за Айрин? Она попросила тебя сделать это?

Кимао медленно выдохнул и попытался успокоиться.

— Ответь, ты когда-нибудь откроешь свои глаза? И если откроешь, сможешь ли ты рассмотреть очевидное?

— Что рассмотреть?

Зрячий небрежным движением выхватил из ее ладоней салфетку, и направился к выходу, бросив белое полотно на пол.

— Признайся, ты просто не хотел лишиться матриати! — закричала она.

Кимао замер и обернулся, глядя все теми же уставшими глазами, только не на нее, а на белую ткань, валяющуюся на полу.

— Мне хочется верить, что сказанное тобой — всего лишь пустые слова, которыми ты хотела меня ужалить. Очень хочется, потому что слышать подобное от женщины, которая не понимает, что я могу просто любить ее, больнее, чем всаживать в свою грудь стальной сюрикен.

Данфейт отвернулась от него на мгновение, чтобы выдохнуть, а когда посмотрела вновь, Кимао в столовой уже не было.

Глава 20

— Сколько еще ты собираешься сидеть здесь? — произнес Бронан, глядя на Эрику, лежащую на диване в разгромленной гостиной.

— Зачем пришел? — осипшим голосом спросила Эрика, продолжая смотреть куда-то вдаль.

— Тебя опять допрашивали сегодня?

— Да. Заявились прямо сюда, уроды.

— Что ты сказала им?

— То же, что и в предыдущие четыре раза. Я не знаю, где Кимао и Данфейт.

— Что еще?

— Ты опять начинаешь? — повысила тон Эрика и присела на диване. — Они и так знают, что я видела! Я вру им в глаза, а они читают меня наперед, задавая нужные вопросы. Я увиливаю, а они прут напролом. Они даже не позволили мне увидеть ее! И опять эти бумажки принесли о неразглашении. Пусть подотрутся этими бумажками! Террей за сегодня позвонил шесть раз. Вы все уже достали меня, понятно?!

— Что ты сказала Террею? — поинтересовался Бронан.

— Что не знаю, где Кимао и Данфейт. Но он видел меня вчера и все прекрасно понял, только взглянув мне в глаза. Спасибо, что хоть вслух озвучивать этого не стал. Думаю, к концу этой недели о произошедшем узнают все!

Бронан присел на пол возле дивана и посмотрел на свою матриати. Она запустила себя. Белоснежная ночная рубашка превратилась в измятую серую тряпку, волосы сбились в колтун на затылке, синева под глазами и высохшие искусанные в кровь губы.

— Что ты ела сегодня?

— Ничего, — буркнула Эрика и вновь прилегла на диван, отворачиваясь от него и натягивая плед на ноги. — Закрой за собой дверь, когда будешь уходить.

Бронан посмотрел на новую входную дверь, которую, кстати, он заказал за свои деньги, и хмыкнул:

— Если не расчешешь свои волосы и сегодня, завтра их придется остричь.

— Пошел ты! — услышал Бронан и, покачав головой, встал.