Туманная радуга (СИ) - Бугрим Ксения - Страница 8

В ответ Вероника лишь растерянно пожала плечами. С одной стороны, ей было приятно хоть какое-то внимание Тимура, с другой — ей не нравилось, что его в ней могут привлечь исключительно внешние качества. Это казалось ей неправильным.

Тем временем людской поток занес внутрь раздевалки Иру Приходько, и подруги направились в ее сторону.

— Привет, а вы чего такие загадочные? — поинтересовалась Ира.

Зинаида принялась вводить Иру в курс дела, пока та переобувалась на скамейке:

— У нас тут Каспраныч вышел на тропу войны. Гляди, как разоделась. Цацынского чуть Кондратий не хватил, когда он ее увидел. Он раз пятнадцать упал на лестнице, пока пытался подняться на второй этаж. Ловелас очкастый. — Зинаида закатила глаза. — А потом ее увидел Ханин и таращился на нее как полоумный, пока она шла к нашим вешалкам. Вот такие дела.

— Зин, ты все-таки преувеличиваешь…

— А я верю, что Медок на тебя засматривался! — натягивая балетки на ноги, возразила Ира. — Верон, сегодня ты выглядишь очень даже! Мне нравится видеть тебя такой. Вон даже нашего Цацынского сразила.

— То же мне показатель…

— Еще какой показатель! У него зрение — минус шесть или минус двадцать шесть, но даже он заметил, как ты сегодня хороша!

Ира повесила свои вещи, и все трое направились к выходу из раздевалки. По пути Зинаида под всеобщий хохот принялась изображать Цацынского. Громче всех смеялась Вероника. Ее смех был таким громким и заразительным, что Зинаида, вдохновленная столь эмоциональным откликом, стала изображать Артура еще смешнее.

Народу перед дверью немного поубавилось, так что все трое благополучно вышли в холл, продолжая хохотать. Девушки были так увлечены своим маленьким представлением, что никто из них не заметил Ханина, который стоял прямо напротив выхода из раздевалки, прислонившись к стене. С ним, по обыкновению, были его друзья: Андрей Ласточкин и Валера Шелепов.

Зинаида, сильно преувеличивая шепелявость Цацынского, пробормотала:

— Кафпранфкая! Я фделаю тебе предлофение, от которофо ты не фмофефь откафаться!

Вероника уже начала терять равновесие от смеха и схватилась за Иркино плечо, чтобы не упасть.

— Фтанефь моей фупругой? Фероникой Цацынской! — продолжала Зинаида.

— Чумакова, пощади, хватит! — согнувшись пополам хохотала Вероника.

И тут ее взгляд упал на парней, которые с любопытством наблюдали за девчачьим весельем. Поняв, кто перед ней, она, вытирая выступившие от смеха слезы, потянула девочек вперед, чтобы скорее покинуть холл. Нельзя было демонстрировать ему свой интерес и давать понять, что краснеет она уже вовсе не от смеха. Интересно только, зачем они стояли возле раздевалки? Веронике очень хотелось думать, что из-за нее, но она посчитала эти мысли глупыми. Мало ли почему они там стояли. Может, ждали кого-то. И этот кто-то — уж точно не она.

Тем временем, парни провожали удаляющихся девушек взглядом.

— Смотри-ка, Каспранская, походу решила покинуть твой фан-клуб, — ехидно улыбаясь Тимуру, сказал Ласточкин. — Даже не заметила тебя!

Тимур лишь хмыкнул в ответ. Ему было все равно. Он просто хотел еще раз посмотреть на красивую девушку, не более того. Сама Вероника не вызывала у него ничего, кроме физического вдохновения.

— Не знаю, как Хан, а я бы переустановил ей виндовс, — глядя вслед девушкам, мечтательно заявил Валера Шелепов, и веснушки на его лице вмиг стали в несколько раз ярче.

Тимур посмотрел на своего приятеля и мысленно пожелал тому удачи, прекрасно понимая, что на Каспранскую у него нет никаких шансов. Парни еще немного обсудили внешний вид Вероники и пришли к выводу, что она вполне себе ничего. Однако Тимур наотрез отказался даже думать о том, чтобы начать за ней ухаживать.

— Никто тебя не просит дарить ей цветы. Просто трахнул бы ее и все. Не тормози, Хан. Даже Валера справился бы с этой задачей.

— Слышь! — обиженно протянул Шелепов.

— Я не против глупых баб, — заявил Тимур. — Но Каспранская не просто тупая, она еще и дико скучная. У меня на нее даже не встанет. Так что Валерий, — он радушно вытянул руку в том направлении, где только что скрылись девушки, — прошу, все в твоих руках.

Заставив себя хотя бы на время выкинуть Ханина из головы, Вероника перенаправила всю свою энергию на учебу. Сегодня ей представился отличный шанс заработать положительную оценку по алгебре. Благодаря вчерашней конференции с подругами в скайпе, сегодня она была во всеоружии.

К счастью, просмотрев журнал, учительница остановила свой выбор именно на Веронике. Хотя это было не удивительно, ведь больше ни у кого из класса в журнале не стояло сразу две двойки подряд.

— Каспранская, твой выход.

Все ребята дружно зааплодировали. Каждый раз, когда к доске вызывали самое слабое на данный момент звено, в классе было принято встречать горе-ученика торжественными аплодисментами. Это была такая шуточная традиция десятого «Г».

Вероника вооружилась мелом, и Татьяна Олеговна начала диктовать задание. Пожалев ученицу, она решила начать с самого элементарного примера.

«Докатилась, Каспранская, — подумала девушка. — Тебе уже дают примеры, которые бы смогло решить даже полено». Недолго думая, она вывела на доске решение. Посмотрев на доску поверх очков, учительница одобрительно кивнула и дала Веронике карточку, где было еще два примера. Они оказались не сложнее первого, так что с ними тоже не возникло особых проблем. Учительница одобрительно кивнула.

— Ну вот, можешь же, когда хочешь! — сказала она, выводя в журнале пятерку. — Молодец, Каспранская.

Снова раздались аплодисменты. Вероника тоже немного похлопала вместе со всеми, ведь это была ее первая пятерка по алгебре с начала года. Этого, конечно, было недостаточно и не могло перекрыть все прошлые отметки, но начало было положено. Теперь нужно было как-то исправлять оценки по остальным предметам. Веронике и в лучшие деньки не давались точные науки, а уж сейчас, когда она прослушала столько новых тем, думая о Тимуре, дело не шло и подавно. Уже послезавтра по расписанию — урок химии, по которой у нее стояли две тройки и одна двойка карандашом. Несмотря на то, что сегодня Ира оставалась после уроков на подготовку к предстоящей олимпиаде, она была готова помочь во всем разобраться. Вероника решила отказаться, потому что злоупотреблять добротой подруги было нехорошо. Ире тоже нужно делать домашние задания, а те были в разы сложнее и объемнее, чем у них с Зинаидой.

Посовещавшись втроем, девушки пришли к выводу, что с химией с удовольствием поможет Коля Бобарыкин, который был не только влюблен в Веронику, но еще считался одним из лучших химиков их параллели. Загвоздка состояла в том, что Колиного номера телефона ни у кого не нашлось, а в друзьях в социальных сетях его ни у кого не было. В школе, как назло, они тоже сегодня не виделись.

Поскольку Бобарыкин был одноклассником Тимура, Вероника не могла зайти к ним в класс, ведь это бы выглядело подозрительно. Поэтому туда направилась Зинаида. Вернувшись, она рассказала подругам о результатах. По ее словам, Бобарыкин с радостью записал свой номер телефона на бумажке, заверив, что готов помочь Веронике с химией в любой день. При этом рядом все время терся Ласточкин, внимательно слушая их разговор. Затем он поинтересовался у Зинаиды, где Каспранская. Ответив ему, что это не его ума дело, только в менее цензурной форме, та вышла из кабинета и столкнулась с Ханиным и Шелеповым, которые возвращались из столовой с пакетом пирожков. И в этом рассказе не было бы ничего особенного, если бы Ханин, увидев Зинаиду, не стал озираться по сторонам, словно ища кого-то.

— Тебя потерял, Каспраныч. Видела бы ты, сколько досады было на его глуповатой морде!

— Да мало ли чего он там высматривал, — скептически нахмурилась Вероника. — Он же привык, что мы втроем постоянно ошиваемся возле его класса. А сегодня просто удивился, что ты пришла одна, вот и все.

Но Зинаида упорно стояла на своем:

— Я ж не слепая! Он не просто удивился, он был крайне озадачен! Да, возможно, он просто взбесился, что ты не таскаешься за ним весь день, но ведь это лучше, чем ничего! Это старт, Каспраныч, это старт!