Изумрудная роза (СИ) - Хамм Эмма - Страница 11

— Жуть?

Она не знала, когда монстр ждал ее возвращения. Он сказал, что обучит ее, и пропал. Откуда ей знать, когда начнется тренировка?

Она прошла дальше на поляну и добавила с сарказмом:

— Страшный лесной зверь?

Птицы молчали, но не отвечал и монстр.

Даниэлла топнула ногой. Если он был в туннеле, может, дрожь земли его вызовет.

— Я прибыла тренироваться с тобой!

Снова ничего.

Она раздраженно выдохнула.

— Ты не сказал, когда возвращаться, — буркнула она.

— Но ты думаешь, что можешь вызывать меня как своего подданного.

Даниэлла вздрогнула, повернулась и посмотрела в сторону голоса. Он сидел на ветках, был легче, чем она думала. Его крылья прижимались к спине, длинные кожистые кончики виднелись за ним, тянулись к земле. Когти впились в кору ветки.

— Ты, — прошептала она.

— Искала кого-то другого?

— Твои указания не были четкими.

Он усмехнулся и показал острые клыки. Его ноги подвинулись на ветке, посыпалась кора.

— Они никогда не будут ясными, принцесса. Привыкай, — Жуть спрыгнул тяжело с ветки.

Даниэлла заставила себя оставаться на месте. Она ощущала волну ветра, ударившую по ней от него, и ее волосы отбросило назад. Но она не была напугана так, как ее лошадь.

Жуть прошел к ней, расправив плечи, покачивая бедрами. Такое она увидела только у иноземных принцев. Он был высокого мнения о себе.

Он протянул руку, словно хотел поймать прядь ее волос когтем, но опустил руку в последний миг.

— Я удивлен, что ты тут, принцесса.

— Почему?

— Я пытался убить тебя на первой встрече. Вряд ли после этого ты хочешь мне доверять.

Даниэлла выдохнула, а потом сцепила ладони за спиной.

— Я тебе не доверяю. Но мне не нужно говорить, зачем я пришла. Я хочу быть воином, и ты предложил услуги.

— Услуги? — рассмеялся он. Она заметила, что один его клык был сломан как рог. — Ты точно безумна, раз пошла ко мне.

Она помрачнела от выбора слов. Безумие было не шуткой, особенно, когда это он принес ее семье столько горя.

Ее мать…

Ее мать не хотела бы ее тут. Даниэлла была уверена, что женщина выбралась бы из окна, если бы узнала, что ее дочь говорила с монстром, который пытался убить их обеих.

Она кашлянула.

— Не говори так со мной, чудище.

— Ах, — сказал он. — Безумие — больная тема?

Жуть обошел ее, открывая и закрывая крылья. Он подцепил когтем ее косу, поднял и отпустил, она стукнула по ее спине. Он рассматривал ее как лошадь на рынке.

Хотя он вряд ли был на рынке. Она сомневалась, что он выходил из леса.

Ладони Даниэллы дрожали бы, если бы она не сцепила их за спиной. Зато дрожала ее нижняя губа.

Но это было меньшее. Она не знала, что ее ждало.

— Безумие — всегда больная тема, — ответила она.

— Но для тебя — особенно. Безумная королева Холлоу-хилла известна даже среди моего народа, — он постучал когтем по ее шее сзади и склонился, прошептал ей на ухо. — Она нам понравилась, когда мы ее встретили.

Если он думал удивить ее, то его ждало разочарование. Даниэлла смотрела вперед.

— У мамы до сих пор кошмары о твоем народе. Ты не убедишь меня, что ты дружелюбен.

— Дружелюбен? Я так не говорил. Я сказал, что она нравилась Жути, но не говорил, что мы ей нравились.

Разум Даниэллы кипел. Ее мать нашла Жутей, как она? Он напал на нее?

Они утащили ее мать в его королевство?

Она не хотела знать правду, но вопросы обжигали горло. Вопросы, которые объяснили бы безумие ее матери и, может, ее.

— Они сказали, что ты ненастоящий, — Даниэлла сжала ладони, уже едва ощущала их. — Все в королевстве верят, что моя мать врет.

— Ах, но ты знаешь, что она не врет. И твой отец знает, — прорычал он последние слова.

— Ты знаешь моего отца? — спросила Даниэлла, хотя уже знала ответ. Реакция ее отца на вопрос о Жути все показала. Он знал о Жути. И то, как этот говорил об ее отце… Жути тоже его знали.

Чудище появилось перед ней и прищурилось.

— Ты пришла сюда учиться, да? Не говорить о семье.

— Я хочу научиться сражаться.

— Почему тогда ты болтаешь?

Она не знала. Она не могла молчать, когда тревога бежала рекой по ее венам. Она ощущала страх, вину и столько боли, что не знала, как остановить слова.

Сражение не требовало слов. Сражение было кулаками, мечами и криками гнева.

Даниэлла знала это. Она видела тренировки солдат, хоть и не настоящий бой.

Она медленно кивнула.

— Слова не убивают. Я буду молчать дальше.

Жуть рассмеялся.

— Слова — самое опасное оружие, принцесса. Но ими овладеть сложнее всего.

Что он знал о словах? О том, как кто-то играл с чужими эмоциями?

Ее отец использовал слова как меч. Это чудище тоже так умело?

Она не спорила. Даниэлла молчала, держала спину прямо. Она сделает все, пока он будет ее учить.

Солнце на миг врывалось из-за туч. Луч света озарил Жуть сзади. Он попал на его крылья, сделал бледную кожу фиолетовой. Она видела изящную паутину вен, толстые шрамы у дыр. Его длинные спутанные волосы были темными, отливали синевой. Обломанный край рога зарос, но части выглядели раздраженно.

Хоть она должна была бояться его, Даниэлла ощущала жалость. Он бился всю жизнь. Шрамы на его лице и теле были доказательством.

Она приняла верное решение. Он был борцом, выживал. Он мог научить ее выживать, пока она не станет королевой.

Она встретила его взгляд решительно и повторила:

— Я хочу научиться сражаться. Я буду королевой этого королевства однажды, и я не буду править так, как мой отец.

— Да? — Жуть приподнял бровь.

— Да. И я хочу, чтобы ты научил меня, как выступить против него. Мне нужно забрать мое королевство.

Жуть широко раскрыл крылья.

— Благородное дело, принцесска. Но мы не благородные существа. Ни люди, ни Жути. Мы принимаем решения для себя, не для других.

— Я принимаю этот выбор для всех.

Его губы дрогнули.

— Посмотрим.

Он ушел от нее. Добрался до камня, где был до этого ее меч. Рядом он пытался убить ее.

Казалось, это было годы назад.

Она поспешила за ним и крикнула:

— Почему ты пытался убить меня при первой встрече?

— Потому что ты человек.

— И?

Жуть замер. Мышцы на спине подрагивали. От раздражения?

— Люди не были добры с Жутями.

— Но многие люди не знают о Жутях.

Он оглянулся.

— Сколько ты знаешь об истории Холлоу-хилл?

Она могла рассказать многое из книг. Даниэлла не помнила всего, ей было скучно от рассказов учителя о посевах и урожаях. Она пожала плечами.

— Достаточно, чтобы знать, что книги по истории скучные. Холлоу-хилл всегда было… — она вспомнила сестру. Говорящую, что шла война. Даниэлла продолжила. — Может, я знаю не так много, как думала.

Жуть повернулся к ней отчасти, протянул руку.

— Может, нам стоит начать твое обучение, принцесса.

— Я обучена, — она посмотрела на его ладонь, словно там была ловушка. Острые когти беспокоили ее.

— Да? — он взмахнул рукой. — Почему твое королевство названо Холлоу-хилл?

Это был самый простой вопрос. Детей учили этому. Она не взяла его за руку, а скрестила руки и приподняла бровь.

— Дворец был построен на холме, и первый король был Лион Холлоус. Королевство назвали в его честь.

— Да? Или, может, это королевство пустое? — Жуть пошевелил пальцами. — Бери меня за руку, принцесса. Я покажу правду.

Пустое королевство? Как такое было возможно?

Сердце Даниэллы гремело в ушах. Она медленно опустила ладонь на его руку. Когти сомкнулись вокруг ее запястья, и Жуть потянул ее глубоко в пещеры.