Изумрудная роза (СИ) - Хамм Эмма - Страница 7

Она преклонялась перед ним, как не должна была делать принцесса.

Она вдохнула и медленно посмотрела на него. Меч оставался с ней, но был вонзён в землю. Хоть на это ушла вся концентрация, она отпустила меч.

— Ах, — пробормотал Жуть. — Ты выглядишь мило на коленях.

Огонь вспыхнул в ее груди, горло заболело. Она хмуро посмотрела на него.

— Убей, если нужно, зверь. Но это будет как животное, грубой силой одолевшее женщину.

Он опустился на колени. На ее лицо упала тень его рогов, длинная и короткая неровная. Он прижал ладонь с когтями к ее челюсти, большой палец был у ее горла.

— О, но, принцесса, мне не пришлось тебя трогать в этот раз.

Даниэлла не могла вытерпеть жалость в глазах и правду в его словах. Она не думала. Она действовала.

Ее ладонь поднялась сама, ударила по его запястью, отталкивая руку. За миг она поняла свою ошибку.

Его гладкое лицо стало темным и злым. Его ладонь взлетела, и Даниэлла не успела это остановить. Его пальцы сжали ее горло так, что она не могла выдохнуть. Он подтянул ее ближе к себе.

— Осторожно, принцесса, — прорычал он. — Я могу быть добрым или жестоким. Что предпочтешь?

Она прошипела на последнем дыхании:

— Ничто. Уйди, чудище.

Она ждала, что он сломает ее шею. Но он рассмеялся и отпустил ее.

Даниэлла упала на землю, потирая ноющую шею, где на коже появится больше синяков. Она глотала воздух, но этого было мало. Ей нужно было больше, она не могла надышаться.

Жуть встал и отошел на пару шагов.

— Я научу тебя сражаться.

Слова ударили по ней волной и захлестнули. Научит сражаться? Такое существо ничему не могло ее научить.

Но он превзошел ее. Много раз, а она думала, что неплохо обучена.

Она посмотрела на него.

— Зачем тебе это?

— Мне надоели люди, которые бросают прутья, думая, что пронзят нашу плоть, — он развел руки в стороны. Может, так он давал ей шанс убить его, хотя и знал, что она не могла. — Если я научу тебя, может, получу последнее испытание.

— Я убью тебя, как только пойму, как, — сказала она.

Он склонил голову и кивнул.

— Потому я и хочу тебя обучить, принцесса. Принцесса Холлоу-хилла должна уметь наносить удары.

— Я смогу сделать куда больше.

Его смех был жестоким.

— Нет, принцесса. Но я ценю твой энтузиазм. Многие пытались меня убить, но редкие смогли хотя бы пустить кровь.

Она прижала кулаки к земле, мышцы дрожали от желания напасть на него.

— Я искупаю тебя в твоей крови.

Он указал на нее с опасной усмешкой.

— В тебе зверя больше, чем во мне.

Жуть раскрыл крылья и взмыл в воздух. Порыв ветра оттолкнул ее на землю, прижал силой.

Даниэлла смотрела, как он пропал за деревьями. Он оставил ее в живых. Снова.

Сглотнув, она сжала рукоять меча. Она не знала, считалось ли это согласием на обучение.

Даниэлла знала, что вернется на луг. Если он думал, что мог научить ее сражаться, то он мог научить ее, как убить его.

ГЛАВА 6

Даниэлла вернулась в замок целой, хотя часть ее разума осталась на лугу.

Она не сошла с ума. Как и ее мать. В лесу были существа. От них у любого были бы кошмары.

Его кожистые крылья были из сказки. Дыры в них… Это было красиво и опасно, и она еще не пробовала такую смесь.

Он дважды сжимал ее горло. Он оставил следы на ее теле, но и оставил ее в живых.

Разве в этом была логика?

Даниэлла прошла в свои покои, отчаянно желая побывать у мамы. Может, королева знала больше. Если бы ее мать узнала, что она ей верила. Что в лесу были монстры, и они могли говорить. Ее мать общалась с кем-то как Даниэлла?

Хотя, может, от этого состояние ее матери станет только хуже.

Слишком много вопросов пылало в ее голове, и она всегда оказывалась в одном месте. Он сказал, что научит ее сражаться.

Незнакомая эмоция расцвела в ее груди, но это ощущалось как гордость. Если такой монстр увидел в ней что-то чудовищное… может, она была не просто напыщенной принцессой.

— Даниэлла! — рявкнула ее служанка. — Где вы были! Опаздываете на ужин!

Она закрыла дверь и посмотрела на бардак в комнате. Ее служанка бросила платья на стульчик и трюмо в углу. Они усеивали бледно-голубую кровать и диван. Одно даже свисало с ее окна.

— Что случилось, Мэйси? — спросила она.

— Ваш отец объявил о внезапном ужине. Сказал, что хотел провести время с детьми, — Мэйси заламывала руки. — Он сказал, чтобы вы все были нарядными.

Все дети должны были надеть лучшее. Может, потому ее скромная служанка уничтожала ее спальню.

Мэйси была простой, но милой даже в плохое время. На ней было простое коричневое платье и белый фартук. Белый платок скрывал ее волосы, но длинные пряди шоколадных кудрей выбились из-под него. Ее большой нос и маленькие глаза делали ее идеальной служанкой, а не невестой, но Мэйси не была против.

Она хотела заботиться о ком-то. Так она сказала Даниэлле годы назад.

Даниэлла вздохнула.

— Ладно. Если отец хочет нас увидеть, так и быть. Посмотрим, насколько милой я могу стать.

— Вы выглядите прекрасно.

Но в этом была проблема, да? Даниэлла была красивой. Она была изящной и небольшой, идеальная принцесса для роли королевы. Она была всем, чем ее мать не была, и всем, чем была ее мама.

Все, что хотел ее отец, родилось, когда она вдохнула. Потому он управлял каждым ее движением.

Даниэлла села за трюмо, и Мэйси быстро заплела ее волосы. Каждый завиток был новой цепью на ее теле. Бусы с жемчугом обвили ее волосы и лоб. Корона и нет.

Еще напоминание, что, хоть Даниэлла была потомком отца, она еще не была королевой.

Мэйси выбрала бледно-голубое платье, что окружало ее тело как морская пена. Рукава были прозрачными. От каждого ее вдоха они приподнимались и долго опускались. Корсет сжимал ее тело, изящные юбки покачивались от движений.

Она будто вышла из сказки. Принцесса, о которой все мечтали.

Крохотная.

Милая.

Идеальная.

Она хотела сорвать ткань с тела и бросить в огонь. В жутком наряде она ощущала себя пленницей.

Мэйси отошла со шпилькой во рту и кивнула.

— Вы прекрасны. Как я и думала.

— Это красиво? — спросила Даниэлла. — Или хрупко?

— Это одно и то же.

Она не могла спорить. Принцесса Холлоу-хилла не могла спорить, чтобы не испортить отношение к ней. И она молчала.

Даниэлла прошла к главному залу. Двойные двери маячили впереди, два стража в серебряной броне стояли по краям, парень прислонялся к двери, скрестив руки.

— Мило, — она замерла перед братом. — Что ты делаешь?

— Жду тебя, — он сдул с лица прядь волос, ниспадающих до пояса, и посмотрел на нее сквозь пряди.

Мило был красивым, почти как женщина. Как единственный сын, в другом королевстве он унаследовал бы трон. В Холлоу-хилл передавали власть старшему ребенку, независимо от пола. Но он не обижался на нее.

Он использовал шанс выразить себя. Даже сейчас он был в штанах мужчины, но его рубашка была прикрыта замысловатым синим корсетом. Золотые пуговицы сияли спереди двумя рядами. Служанка чудом смогла затянуть его, и его талия получилась поразительно узкой.

Даниэлла приподняла бровь и посмотрела на пояс, который она могла обхватить ладонями.

— Есть ты, видимо, не собираешься?

— Отец сказал нарядиться, — он посмотрел на корсет, потом на нее с улыбкой. — Я так и сделал.