Идеальная (не) пара - Аркади Алина - Страница 5

Я с ним согласна – безапелляционно! Уродиной себя не считаю, нет, но такому нужна другая женщина, это точно. Мы с ним словно слон и Моська. Он своими ручищами, кажется, может мою талию обхватить, и пальцы спокойно сомкнутся, и запас ещё останется.

– Свадьба послезавтра, что-то менять нет времени. Выбора нет – ни у меня, ни у тебя. Поехали, – отрезает Осман. Мне остаётся лишь подчиниться.

Загружаем мой чемодан, прощаемся с семейством Орловых, и гелик выезжает с парковки.

Минуть двадцать молчим, просто привыкая к обществу друг друга. Каждый думает о своём: я о том, что совершенно ему не подхожу, он, видимо, о том же самом.

– Варя, сколько тебе лет? – Вопрос выдёргивает из размышлений.

– Двадцать семь.

– Кхм, а по виду и двадцати нет… – бросает в мою стороны косые, резкие взгляды, оценивая снова и снова, а я сжимаюсь практически в комочек под натиском его удушающей силы.

Следующая пара часов проходит в гробовом молчание под спокойную музыку и шелест колёс по асфальту. Тишина откровенно напрягает. Я понимаю, что всё не так и не то, но Осман мог сказать сразу, мы бы что-нибудь придумали, однозначно.

– О чём думаешь? – Неожиданный вопрос заставляет подскочить на месте.

– О том, что Роберт прав – мы совершенно не пара. Любой, кто посмотрит на нас со стороны, обязательно спросит, как мы оказались вместе. Мы ещё можем вернуться и обдумать другие варианты.

– Не можем. Дороги обратно нет. Делаем всё, как договаривались. Ну… а то, что не подходим друг другу, так это в плюс. Дед мои предпочтения знает, я бы блондинку не выбрал, а то, что мы вместе такие разные – значит любовь настоящая, и всё по серьёзному. Сыграем на контрасте.

– Уверен? – Сомнения всё же имеются.

– Абсолютно. Главное, ты не подведи.

– Обещаю, постараюсь, словно это мой выпускной экзамен. – Хочу сказать «вот те крест», но вовремя осекаюсь, вспоминая, что Осман мусульманин.

– Ладно. Я начну первый. Басиров Осман Дамирович, тридцать восемь лет, день рождения, – большой мужчина откровенно мнется, – восьмого марта…

Серьёзно смотрю на него и жду продолжения рассказа.

– Что? Даже не посмеёшься? У здорового мужика днюха в женский день? – смотрит с удивлением.

– Нет. Не посмеюсь, – делаю паузу, – потому что у меня день рождения двадцать третьего февраля.

Смотрим друг на друга пару секунд и взрываемся смехом. Откровенно ржём, понимая, что наша «не пара» прям подобралась идеально. Обстановка немного разряжена позитивными эмоциями, что радует.

– Это тоже плюс – точно не забудем, когда у кого день рождения, – выдаёт Осман и снова становится серьёзным. – Родители погибли в аварии много лет назад, мне тогда было двенадцать, Адилю семь, Сафине пять. Дед полностью взял над нами опеку, воспитывая по своим правилам.

Осман замолкает, и я в полной мере осознаю, почему он так старается оправдаться перед дедом, затеяв весь этот спектакль. Тот не просто дед, а самый родной человек, который воспитал, вырастил внуков, вложив в них душу, силы и время. Именно поэтому Осман так боится разочаровать его, выставить себя в неприглядном свете.

– До двадцати лет жил в Крыму, занимался когда-то в юности боями без правил, мне это нравилось какое-то время. Дед желал приобщить меня к семейному крупному бизнесу, но я хотел чего-то своего. Приехал в Москву, начал своего дело, открыв фирму «Алания», первое время шло туго, заказов почти не было. А потом случайно судьба свела с Орловым десять лет назад. Сейчас у меня большой и прибыльный бизнес, много заказов и своё место в сфере строительства. Не женат и никогда не был, детей нет. Это вкратце. Теперь ты.

– Абрамова Варвара Сергеевна, двадцать семь лет, день рождения ты уже знаешь, – снова улыбаюсь. – Родители давно разведены, живу с мамой, Анной Валентиновной, но с отцом тесно общаюсь. Пятый год работаю в школе учителем русского языка и литературы. Знаю французский, учила четыре года назад, там же познакомилась с Леркой, и с тех пор общаемся. Не замужем, – запинаюсь, – и никогда не была, детей нет.

Замолкаем, каждый обдумывает услышанное. Принимаем друг друга, медленно, шаг за шагом.

– Нужно придумать, как мы познакомились. Что-то реальное, – предлагаю Осману, это первое, что дед может спросить.

– Уже. Роб рассказал историю знакомства с женой. Она три месяца назад на какие-то курсы приехала учительские в Москву. Вот и скажем, что ты тоже на них была, ты ж училка. Лера познакомилась с Робом, а мы с тобой через них. Складно?

– Вполне, – поддерживаю Османа. – Как дедушку зовут?

– Мурад Абдулхамидович.

Закрываю глаза и проговариваю про себя несколько раз имя и отчество, шевеля губами.

– Что ты делаешь? – Осман удивлённо на меня смотрит.

– Повторяю. Плохо запоминаю имена, а тем более отчества. Нужно проговорить несколько раз, чтобы в памяти осело. – Он лишь молча кивает. – Итак, какая программа поездки?

– Завтра приезжаем, отдыхаем после дороги, собираемся с мыслями, в субботу – первая свадьба, в воскресенье вторая, и домой.

– В смысле вторая? – не понимаю, вроде же об одной речь была.

– Традиции. Первая свадьба невесты, на которую приглашены преимущественно её родственники и друзья, вторая – жениха, по тому же принципу. Но самые близкие родственники присутствуют на обеих. Поэтому нам с тобой идти на две. Сафина, моя родная сестра, подберёт тебе несколько нарядов на два дня, сама выберешь, что больше по душе. Кстати, сестра в курсе нашего представления, так что в критической ситуации поможет, если что.

– Деду не проболтается?

– Исключено. Младшая сестричка всегда поможет, тем более она прекрасно понимает – я никогда не женюсь, и причину знает не понаслышке.

Предполагаю, в жизни Османа произошло что-то такое, что напрочь отрезало желание жениться, возможно, несчастная любовь или, как у меня, предательство и измена.

– Пройдёмся по родственникам? – предлагаю ему сменить тему.

– Деда сказал, Сафину тоже. Родной брат Адиль, тот самый, у которого свадьба. – Я киваю, поняла. – Его невеста Сабина из богатой и состоятельной семьи. Дед с её отцом бизнес хотел объединить браком Адиля и Сабины, договорным. Но, познакомившись, они друг другу понравились, так что брак теперь по любви. Семьи состоятельные и свадьба богатая, так что почти пятьсот человек приглашённых.

– Сколько? – У меня чуть ли глаза на лоб не лезут. На моей свадьбе планировалось всего пятьдесят, и то мне казалось, что это много и очень дорого. – И как я их запомню?

– А тебе не надо запоминать! – восклицает Осман, ловко выкручивая руль на кольце. – Кроме деда, Адиля и Сафины, тебе нужно запомнить ещё моего родного дядю Ахмеда. У нас отношения с ним натянуты. Дед в своё время, да и сейчас вкладывается в мой бизнес, помогает, и Ахмеду совсем немного. А вот если я облажаюсь и дед рассердится, вся помощь уйдёт к дядьке, так что он первый, кто заинтересован в нашем провале. Поэтому общайся с ним осторожно, думай, прежде чем сказать.

– И как он нас раскусит? Не следить же будет? – фыркаю, не веря, что взрослый человек будет в щель заглядывать.

Осман молча смотрит на меня. Взгляд, объясняющий всё.

– То есть будет? – понимаю я.

– Ещё как будет! И подслушает, если нужно, и проследит, и в дверной замок посмотрит!

– Так, поняла: Сафина – поддержка, дядя – подстава.

– Умная девочка. Похвально, – одобрительно кивает Осман. – Жить будем в доме деда, как и Ахмед с женой и сыном Рустамом, их дочь Мадина не приедет. Мы с тобой по отдельности, так как не женаты, дед в этом плане строг, его дом – его правила.

Мысленно выдыхаю, всё, как Лера говорила – не в одной кровати. Так проще даже: пообщаться с роднёй, погулять на свадьбе и домой. Ничего сложного! И на море искупаться – это главное для меня.

– Надеюсь, хоть невинность-то изображать не нужно?

– Нет, конечно. Дед не древний, понимает всё, – улыбается Осман. – Ты ж не школьница и не татарка.

– Кстати, а как насчёт того, что я русская? – спрашиваю осторожно, этот вопрос не уточнялся ранее.