Очень драконий отбор (СИ) - Чернышева Алиса - Страница 30

Заминка получилась у дверей его покоев. 

— Ладно, спокойной ночи. Приходи в себя, — я повернулась, чтобы уйти, но моё запястье обвила рука. 

— Не уходи. Пожалуйста, — в последнем слове мне слишком явственно послышалась мольба. И это было… неправильно.     

Я повернулась и прикусила губу, увидев беспомощность в его глазах.

Найду тварь, что сделала это с ним — заставлю расплатиться. 

— Ладно, — я послушно позволила ему завести меня в комнату и усадить на кровать. 

— Тебе говорили, что у тебя очень красивые волосы? — он ласково прикоснулся к моим прядям, очертил кончиками пальцев овал лица. 

— Сидхе все красивы, — пожала я плечами. — Обычное дело для хищника — быть привлекательным. Уж тебе ли не знать. 

Он слегка улыбнулся. 

— Ты хочешь что-нибудь?

— Нет, — вздохнула я. — Ложись спать, а?

— Как уснуть, когда рядом ты? 

— Уж постарайся, — я пожала плечами. — Хочешь, колыбельную спою? 

— Хочу принять твоё вчерашнее предложение, — его пальцы скользнули по моей шее. 

— Да уж кто бы сомневался… Кио, мы взрослые ребята. Давай начистоту: эта дрянь действует, как стимулятор возбуждения? Если да, если совсем невмоготу — я к твоим услугам. Если нет, то предлагаю воздержаться. Не считай меня ромашкой, но для меня совокупление с невменяемым, невесть чем накачанным телом  — изнасилование. 

— Ты — женщина, — отметил он задумчиво. 

— И что это меняет, м? Мужчине намного приятнее проснуться утром и осознать, что он с кем-то переспал под действием неведомого психотропного дерьма?  

— Моя добрая девочка, — сделал неожиданный вывод он. 

Ну да, что ещё он мог сказать в таком состоянии?

— Я нихрена не добрая, Кио. Ты сам об этом вспомнишь, когда проспишься. Я делала много разного, такого, за что моя мать выгнала бы меня из рода, а мой отец проклял бы. Но да, у меня есть личные табу, за которые я держусь, чтобы не чувствовать себя совсем уж мразью. И этот момент — один из них. Я слишком часто видела обдолбанный товар, который привозили в бордели. И знаешь что? Это не весело. И не смешно. Такой эффект, как у тебя, тоже наблюдала… или похожий. Скорее похожий, но всё же.

— Да? — он склонил голову набок, и на миг в его глазах промелькнул Глава Безопасности. — Мне сейчас тяжело думать… очень. Расскажешь утром?

— Договорились, — вздохнула я. — Хотя не факт, что смогу помочь толком: речь идёт о ломке личных рабов, и Крысы таким даже не занимались. Для этого были спецы из Змей. Как рабов там обрабатывали и чем накачивали, тем более понятия не имею… Но да, завтра расскажу, что знаю. 

— Хорошо. Пойдём в комнату для омовений? 

— Что, хочешь всё же, чтобы я потёрла тебе спинку? — снова здорово, да?

Он покачал головой. 

— Не говори глупостей. Это драконьи покои, тут много чаш для омовений. Я просто… мне тяжело находиться далеко от тебя. Физически.   

Угу. То есть, акцент всё же не на возбуждении, а на привязанности… А ведь Снежинка, кажется, таки права: Кио повезло, что это оказалась именно я.

Может быть, даже сказочно повезло.

18

— Ну нихрена ж себе…

— Нравится? — кажется, в голосе Кио мне снова послышалась ставшая уже привычной лёгкая ирония…И нет, я не хочу задумываться о том, что употребляю применимо к дракону слово “привычно”. 

— Нравится? — переспросила я. — Не знаю, если честно. Ваша гигантомания, как по мне, принимает просто-таки неприличные формы. Большие и маленькие бассейны, огромное пространство — и всё для одного? Не перебор ли? Я уж молчу о потолках, до которых без лестницы не добраться. 

— Ты думаешь? — он придирчиво осмотрел купальню, в которой при желании гипотетический взвод солдат мог бы не только расквартироваться, но и устроить соревнования по плаванию. — Это просто сделано на случай, если дракону придёт в голову превратиться в звериную форму.

— В ванной? — я постаралась вложить в вопрос весь свой сарказм. 

— Разные бывают ситуации, — усмехнулся он. — Вдруг меня — дай подумать — попытается кто-то убить?

— Туше, — фыркнула я.

— Ну вот. Потому-то, собственно, драконы и ненавидят замкнутые пространства. 

— … Или это сублимация на тему размеров, — примитивная подколка, но я просто не могла удержаться. 

— А считаешь, мне стоит сублимировать? — Кио небрежным жестом сбросил нижний халат, позволяя мне полюбоваться на гармонично сложенное тело. Я хмыкнула и отвернулась, дабы не подвергать себя лишним соблазнам. Но про себя отметила: и правда, сублимировать нечего. Не наколдованная для извращённых игрищ травмаопасная дубинка, которой часто помахивают обдолбанные завсегдатаи притонов для любителей экзотики, но вполне себе приятный взгляду инструмент. Я ещё изучу его подробнее, сыграю на нём руками и губами… позже. 

И задница ничего так, да-да…

Вздохнув, я призвала мысли к порядку, со стоном облегчения сбросила поднадоевший наряд и нырнула с головой в голубую мерцающую воду. Мы выбрали небольшие купальни, стоящие рядом: и личное пространство, и не нужно далеко отходить друг от друга. Так-то практика показала, что отпускать меня далеко Кио всё ещё не мог. 

— М-м, — пробормотала я, опираясь спиной на специальный бортик и чувствуя, как ароматная вода ласкает тело. — Готова признать: драконы разбираются в удовольствиях. 

— Хочешь — переезжай ко мне, — тут же предложил он, наблюдая за мной краем глаза. — Можно будет пользоваться ванной без ограничений. 

— Только если ты пообещаешь мне одеваться в прозрачный передник и подавать завтрак, да так, чтобы десерт можно было съесть прямо с тебя… Шутка, — тут же брякнула я, увидев, как он открывает рот. — Клясться не надо, хорошо? 

— Хорошо, — рассмеялся он. — Мне ещё предстоят серенады, так что… 

— Я тебя не заставляла, — тут же открестилась.

— Я тебя не обвиняю, милая, — сказал он. — И потом, это всего лишь серенады. А ведь ты могла попросить поклясться, например, что я предам Императора. И, боюсь, в том состоянии я сделал бы это. 

— Нужны вы мне со своим Императором, если честно, — отмахнулась я. — Но, если захочешь отблагодарить меня за великодушие, когда оклемаешься — предложение про передник ещё в силе. Если он будет кружевной, то вообще хорошо!

Он тепло улыбнулся:

— Как приятно общаться с женщиной, не стесняющейся своих желаний. У людей с этим… сложнее. 

— О да, — я покачала головой. — Культура накладывает отпечаток. У нас на островах то же самое было с мужчинами. Грустно.

— А какие мужчины тебе нравятся? 

Ого, какие вопросы пошли.

— Хочешь проверить, соответствуешь ли? — провокационно ухмыльнулась я. — Это даже мило! А так, спросишь тоже. Смотря для чего!

— А есть варианты? — развеселился он.

— О да, их много, — я криво улыбнулась. — Например, иногда, когда мне надо прочистить мозги, я нахожу несколько жестоких, напрочь отмороженных ублюдков. Приближаюсь к ним, отыгрываю жертву, позволяю им с собой развлекаться, а потом сворачиваю шею. Такой вот маленький ритуал. Всё ещё хочешь знать, какие мужчины мне нравятся?

— Интересно, — он склонил голову набок. — Но такие ритуалы не возникают на пустом месте. Всегда есть первые…

— Да, — я холодно улыбнулась. — Их я не искала специально. И убивала долго. А теперь будь добр, заткнись. Мне точно не нравятся мужчины, которые слишком много умничают. 

— Хорошо. Извини. Хочешь, расскажу, какие мне нравятся женщины?

— Валяй, удиви меня.

— Такие, как ты.

— Не удивил.

Он рассмеялся. 

— Ну да, в данный момент я не вижу никого, кроме тебя. Но уже хотя бы понимаю, что это нездорово. Ощущаю себя щенком, неспособным никуда пойти без поводка… Мерзкое чувство. 

— Мне жаль, — сказала я сухо. — Действительно мерзко. Для любого существа. 

— Да, — он мимолётом мне улыбнулся. — Но тут вот какое дело: когда приду в себя, отвечу то же самое. Мне нравятся такие женщины, как ты. На самом деле… не будь ты сидхе, я всерьёз бы задумался: не можешь ли ты оказаться…