Очень драконий отбор (СИ) - Чернышева Алиса - Страница 50

— Ну полно, — сказала я, отсмеявшись.  — Это всё хорошо, но я хочу услышать конец истории. Уже понятно, что у Лайлин и Каталины сложное прошлое. Но как оно всё же привело к такому финалу? И почему Каталина так уверена, что на неё покушалась действительно Лайлин?

— Вот тут и начинается самое интересное. Насколько я понимаю, у вас с леди Каталиной на празднике состоялся весьма неоднозначный разговор?

— Да, было такое. Но…

— Так вот. Сразу после этого разговора к Каталине подошла настоящая Лайлин. 

Вот так номер.

— Взяла и подошла? Прямо посреди праздника?!

— Да. И да, я сам в шоке. Тем не менее, Каталина принесла мне магическую клятву, что не солжёт и полсловом. И она утверждает, что леди Лайлин, облачённая, как конкурсантка Ртутного Дома, затащила её в укромную нишу, чтобы поговорить. 

— Она слышала нас…

— Судя по всему. Она сказала леди Каталине, что ты — не Лайлин; порадовалась, что Каталина наконец-то поняла, как некрасиво она поступила, насколько мерзки, ужасны и порочны драконы, как они всех угнетают… Ну, ты понимаешь. 

— Да. 

— Она сказала Каталине: “Я помогу тебе вырваться из этого болота”. 

— А что Каталина?

— Леди Каталина, как ты понимаешь, отнюдь не глупа. Она понимала, что ничем хорошим это всё не пахнет. Но тут сыграли эмоции.

Я вспомнила свои встречи с призовой может-даже-не-курицей.

— Вина? То самое нечто, что она испытывала к Лайлин? 

— Честно говоря, думаю, всё вместе, — ответил Кио. — Ей не хотелось второй раз предавать Лайлин, и она всё ещё нечто к ней испытывала. 

— Нечто, что заставляло её все время искать внимания Лайлин, но не позволило сдать её. Логично.

— Да. И они с Лайлин даже ухитрились несколько раз обменяться письмами. Там Лайлин писала о свободе, справедливости, всеобщем счастье, другой судьбе для человеческих девушек… А Каталина, как и в детстве, шла у неё на поводу. Но это изменилось, когда Лайлин упомянула между делом, что скоро ты умрёшь. 

— Я?

— Да. Ты. Письмо не сохранилось: оно было при Каталине в момент падения, но потом таинственным образом испарилось. Тем не менее, как я понимаю, леди Лайлин предвкушала гибель кровавой нелюди и драконьей подстилки в твоём лице. 

Я нахмурилась. До меня постепенно начало доходить, что именно произошло дальше. 

— Леди Каталина не оценила. 

— Нет. В общем-то, мало какой вменяемый человек в этой ситуации оценил бы. А леди Каталина, ко всему прочему, достаточно образованная личность, воспитанная в уважении к закону.

— Но она пошла ко мне, а не к службе безопасности.

— Да. Как я понимаю, она просто не верила до конца и хотела услышать твою версию происходящего. 

— То есть, она второй раз предала крошку Лайлин…

— Да. И Лайлин ей этого не простила. 

Я вздохнула.

— Опекуна она тоже, кхм, того? И родителей?

— Опекуна да. К смерти родителей она вроде бы непричастна; по крайней мере, так всё пока что выглядит. Посмотрим, что накопаем дальше. Сам факт, что между девушками произошла ссора, по итогу которой леди Каталина оказалась внизу, на камнях. Что было дальше, ты более-менее знаешь. 

О да.

— Мне вот пришло в голову... Я просто представляю, как сейчас рвёт волосы на всех причинных местах тот, кто провёл сюда леди Лайлин. Как ни крути, её выходка им очень дорого стоила. 

— Это да, — Кио покачал головой. — Но так уж работает человеческий фактор. Можно составить идеальную, как по нотам, многоходовку… Но в итоге всё равно споткнёшься о человеческий фактор. Или драконий. Или фоморий. Или эльфийский... Но всё сводится к тому, что чувствующие совершают ошибки. Это неизбежно. Именно потому существует золотое правило: будь попроще. Чем больше различных ответвлений и допущений, чем больше разумных вовлечено — тем больше вероятность провала. Хотя…

Его губы изогнулись в на удивление предвкушающей, немного даже жутковатой улыбке. Иногда это проглядывало сквозь его добродушную маску: нечто хищное, азартное, сложное… Лицо любимого оружия Первого Императора. Кио мог сколько угодно сожалеть о содеянном, мог даже (в чём я практически уверена) собственноручно отправить на тот свет любимого учителя. Но… 

Вещи, случившись однажды, остаются с нами навсегда. Это неизбежно; наш выбор лишь в том, как их переосмыслить и после них жить. 

Раз преступив черту, уже нельзя вернуться обратно и сказать “Ой, извините, обознался”.  Говорят, что не так-то просто вырваться из колеи или зоны комфорта; чушь. Не так-то просто вырваться из себя. Раз переступив черту, ты захочешь переступить её ещё раз — до тех пор, пока она и вовсе перестанет быть чертой. Раз сделав выбор, ты с большой долей вероятности повторишь его. Это… как тонкое лезвие на языке. Остро, поначалу режет, но потом становится своеобразной приправой к поцелуям — когда больно уже не тебе… 

Я любила играть с таким вот лезвием. Возможно, именно потому я и оказалась парой Кио.  

Он был замечательным драконом, на самом деле. Не так: он был достойной личностью по меркам любой расы. Но там, в глубине его глаз, жила чёрная тень того, кто однажды запустил когти в эту душу, кто исковеркал её и изменил… Я видела эту тень. Я сама носила подобные — в своих глазах. 

И вот сейчас это проглянуло сквозь привычное мне лицо Кио. Азарт, жажда победы, предвкушение хорошей охоты… И я задумалась: а чем мы будем заниматься на этом острове? Явно же, что Кио иногда нужно выпускать этого монстра наружу.

Как и всем нам.

— Ты знаешь, кто, — протянула я. — Знаешь, зачем. И ты уже что-то придумал. 

Он вкрадчиво улыбнулся, потянулся вперёд и ласково очертил пальцами мои губы. 

— Моя красивая девочка. Хочешь тоже всё знать? Извини, но ещё рано. Одно скажу: это интересная игра. С двойным… нет, тройным подлогом. Но мы ещё посмотрим, кто в чью ловушку попадёт. А пока что… я хотел бы ещё немного остаться с тобой. И заодно в очередной раз убедить тебя, что большие лысые крылышки — не такой уж недостаток… Но я всё же должен идти. 

— Ладно, — сказала я. — Но не мог бы ты выпустить меня ненадолго? Мне тут на свидание к Радужному сходить нужно. Для дела, — последнее я добавила, увидев чудные трансформации, происходящие с глазами Кио.    

Запоздало пришло понимание, что только что я дёрнула дракона даже не за усы, а за тот самый, нефритовый. 

Надо было это как-то помягче сформулировать, что ли…

— Если это шутка, — протянул Кио. — То я не понял, где смеяться. 

Ладно. Как говорится, если уж сделали первое па,то танцуем дальше.  

— Никакой шутки, — я независимо пожала плечами. — Как я уже сказала, это нужно для дела. Ты же не намерен мне тут устроить сцену ревности, я надеюсь? 

    Кио откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу.

— Мы говорим о Рие Радужном, верно?

— Да. Это…

— Исключено, — отрезал он. — Моя пара и близко не подойдёт к этому дракону. 

Серьёзно?

— Признаться, я как-то пропустила тот момент, когда ты успел превратиться в ревнивого придурка-собственника. 

— Признаться, я пропустил, с чего должен позволять тебе контакт с моим старым соперником… и вероятным фигурантом расследования. 

Вот что ты будешь делать…

— Я уже сказала, Кио: это нужно для дела. 

— Не представляю, какие у вас могут быть общие дела. Да и вообще, учитывая мои отношения с Рием, я бы ему распоследнюю служанку не доверил! 

— Но слать подарки Дорлине ты ему разрешил.

— Это отсюда ветер дует, да? — Кио поморщился. — Да, подарки я разрешил. Посчитал, что не имею право ограничивать девочке общение. Она уже давно в списке подозреваемых болтается на самых последних местах. Опять же, я… если бы у нас с тобой всё происходило по правилам, девушки бы уже получили от Ртутного дома компенсацию и смогли, при желании, присматривать себе покровителей. Так что я посчитал, что позволить ей получать подарки будет всего лишь справедливо. Как вижу теперь, в очередной раз недооценил скользкую Радужную натуру. И что он решит через Дорлину передать сообщение тебе. Что же, значит, никаких больше…