Невеста для Тёмного Лорда (СИ) - Волкова Ольга - Страница 4

Я сунула телефон обратно в сумочку, обулась и присела, крепко вцепившись в свою вещь. Ожидание убивало, но что мне делать? Точно – окно! Словно спринтер, я рванула к нему и распахнула тяжелые, плотные шторы. Металлические кольца оглушили тишину, разрывая своим звучанием, а я… я замерла, увидев, что было за окном.

— Это всё сон! — промолвила, мигом занавешивая окно обратно. — Сон, и я сейчас проснусь. Проснусь! — прокричала, ущипнув себя за руку. — Ай! — застонала от боли, которую сама себе причинила впопыхах, желая удостовериться в своей догадке. — Соломон, — прошептала имя мужчины, укравшего не только мое спокойствие, но и меня саму.

Сквозь дремучую тишину, окутавшую комнату вновь, послышалось шуршание шагов. Я замешкалась, не ведая, как отреагировать на незнакомца. Но этот некто замер у массивных черных дверей, а в прощелине было заметно, как чья-то тень кружила у комнаты, но не решалась войти. Осмелев, я сама подошла к двери и прислонилась щекой, затем прислушалась, вдруг хоть словом обмолвится кто.

— Эй! — не вытерпела я, — эй, я знаю, что ты там! А ну откройте! Выпустите меня отсюда! Кто вы такие, черт возьми!

Снова шуршание, но только теперь шаги заметно потяжелели, а следом двери распахнулись, и я в буквальном смысле вывалилась, падая в крепкие, мужские руки, которые подхватили меня на лету. Стоило мне вздернуть голову вверх, как наши взгляды вновь встретились, прошибая меня до дрожи.

— Буянишь, Анна?! — деловито приподняв правую бровь, Соломон прижал меня к своей груди, но я заметила, что не слышала его сердцебиения. Ведь практически прильнула к нему так близко. Мое же сердце зашлось ходуном, разливая огненную кровь по венам. В ушах зазвенело от частого пульса, а в висках вдруг потяжелело – такого со мной еще не было, чтобы я развалилась, как какая-то старушенция. Где же взять аппарат, чтобы давление измерить? Ох, Анна, не об этом ты сейчас думаешь… мой внутренний голос раздраженно констатировал очевидное. Соломон ухмыльнулся, нежно проведя по моей щеке и очерчивая скулу, следил за тем, как «рисовал» линии на лице, медленно касаясь нижней моей губы. Сам задышал учащённо, но быстро смахнул затяжную вуаль, и вновь посерьезнел. Я первой разорвала невидимую связь, отскочив от него. И неважно, что в его объятиях мне было комфортно чувствовать себя.

— Еще как – буяню! Это мягко сказано, — прыснула я, еще на шаг отойдя от него. Получилось, что мы вошли в комнату, в которой я проснулась чудесным образом. — Ты чем-то опоил меня, да? — с подозрением накинулась на мужчину с вопросами. — Где я?

Соломон молчал. Он скрестил руки на груди, наслаждаясь моей эмоциональной тирадой – да по его нахальным, прищуренным глазам это было видно! Я тоже решила сыграть по его правилам – замолчала и встала в позу. Соломон засмеялся, искоса посмотрев на окно, снова нахмурился. Смена его настроения с невероятной скоростью отражалась выражением на лице.

— Понравилось то, что увидела? — властно задал вопрос, и в его тоне я ощутила бескомпромиссность. Я обязана была ответить, иначе, мужчина бы явно выпытал из меня не слово, так звук.

— Нет, — вздёрнув подбородок, резко сказала я. — Что за чертовщина происходит? Какая это улица? Я не помню, чтобы вблизи города такое существовало. Это декорации? — в моих мыслях столько вариантов проскочило, а, учитывая, что я любила смотреть фантастические фильмы – воображение работало на ура, предлагая бесчисленное количество эпизодов.

За окном простирался лес, но деревья все изувеченные и явно пылали и тлели от ветра, который тихонько выл порывами. Невероятных размеров луна – не наша земная, ярко освещала городок, а мы смотрели на него свысока, словно с птичьего полета. Я, конечно, мало представляла масштабы, но что-то все-же прорисовывалось. Соломон прошел мимо меня, и, как мне показалось, затаил дыхание, чтобы не дышать со мной одним воздухом. Высокий, статный и широкоплечий, мужчина был облачен в длинный темно серый плащ, хотя в помещении не было холодно. Остановившись у окна, он распахнул шторы и вновь обратил на меня свое внимание. А я замерла, предчувствуя, что он прямо сейчас чем-то огорошит меня.

— Добро пожаловать в Царство Адово, Анна.

— Куда, прости? — я округлила глаза, и даже икнула. — Это шутка, да? — во мне поднималась новая волна паники.

— Нет, — сказал, как отрезал. И я поверила ему, потому что на его лице не пробежало ни тени усмешки надо мной. Меня лихорадочно затрясло, а мысли вдруг испарились. — Я похитил тебя. И теперь ты одна из претенденток в мои невесты, — еще одна новость, которой он окончательно добил меня, отправляя в очередной нокаут.

Перед глазами поплыло изображение и мне стало нечем дышать. Соломон почувствовал мои смятения и резко ухудшившееся состояние, подскочил ко мне и обнял, снова прижимая к своей сильной груди. Нахмурив брови, он внимательно наблюдал за мной, а я разглядела в его взгляде то ли волнение за меня, то ли испуг…

— Скажи, что ты шутишь, пожалуйста, — едва шевеля губами, промолвила.

— Нет, не шутка, Аня, — мягко ответил он, но только его слова уже доносились до меня в виде отдаленного эха… потому что я вновь отправилась в бездну бессознательного состояния.

 Вот это я попала… единственное, о чем я смогла подумать, прежде чем отключиться.

ГЛАВА 4. Соломон

Вновь уложив Анну на постель, я присел на край кровати и долго смотрел на ее румяное личико. Длинные ресницы касались нососкуловой складки глаза, покрывая нежную кожу теплом. Девушка дышала ровно, погруженная в шоковое состояние. Как только она придет в себя, разговоров мне не избежать. Наклонившись, я буквально в пару сантиметрах навис над ее розовыми губами, слегка приоткрытых, искушенный поцелуем – настоящим, всепоглощающим, находился на грани безумия. Но я оборвал всякие мысли о нем, чтобы больше не испытывать судьбу на прочность. Едва касаясь тыльной стороной ладони скулы Анны, я провел по контуру, очерчивая ее овал лица; девушка не пошевельнулась. Я оставил ее, а сам направился к Хранителю.

Мой замок был возведен на огромном утесе, вокруг которого пылала лава, словно мой личный щит. Мои прадеды намеренно вскрыли вены почве планеты, выпуская на волю кипящий огонь. Враги всегда находились: кому-то не нравилась правящая семья демонов – в основном чистокровным, другие(перерожденные) были подавлены и чаще всего таились в глубинах лесного массива. Озлобленные гоблины – не переродившиеся души, навеки застревали в пограничном состоянии. Вот как раз их я остерегался больше всего. Царство Адово претерпевало множество бунтов, но в последние пару веков шла относительная тишина, хотя я предчувствовал скорую бурю. Слухи. Всюду ненавистные мне интриги, которые строили слуги, элита и даже мои родители. Я до сих пор не мог связаться с Авраамом. Дядька залег на дно; очевидно его появление в нашем мире вновь – возбудило народ. Все помнили его провальные попытки связаться себя узами брака. А заодно примеряли его судьбу на мне, искоса посматривая каждый раз, когда проходил бал невест под земную кровавую Луну.

— Мой Лорд, — слуга поклонился мне, перехватив на пути к Хранителю.

— В чем дело?

— Элита желает знать, как скоро их повелитель даст добро на проведение столь важного мероприятия, — ехидно проговорил он, глядя на меня исподлобья. Он заметил, что я вышел из гостевой спальни, где сейчас находилась Анна. Уже пошли разговоры о девушке, которую я якобы нашел в лесах. Им не нужно было знать, что она украдена, да еще не где-то там из наших краев, а совершенно в другом мире и даже измерении.

— Пусть элита не беспокоится, — с многозначительной интонацией проговорил, — у них одно на уме – балы-маскарады, словно других развлечений больше нет. Ступай, — кивнул слуге, отпуская его, но он не спешил со мной расстаться.   

— Мой Лорд, еще элита беспокоится о вашем дяде. Они взволнованы, — сказал слуга. Ага, ух, какие переживательные, черт бы их побрал. Окинув взглядом седовласого мужчину с глазами цвета нефрита, я отметил для себя, что демоны очень медленно старели и этому древнему скорее всего как моему прапрадеду. Разодетый в идеально белые одежды, поверх которой был покрыт длинный синий плащ, слуга так же не сводил с меня своих глаз. Я чувствовал, что он меня не боялся, но уважал.