Вся Правда (ЛП) - Кент Рина - Страница 30

Когда Ашер отпускает мою шею, это похоже на то, что он заставляет мое удовольствие резко остановиться. Не могу поверить, что я так привыкла к его извращенным манерам, что даже мой экстаз зависит от этого.

Тысячи мурашек танцуют по моей коже, когда конечности дрожат от облегчения. Ашер немного замедляется, но не кончает. Черт, не похоже, что он собирается кончать в ближайшее время.

Мне это в нем нравится. Как будто он не может физически освободиться, пока не помучит меня достаточно долго, не войдет в меня достаточно сильно и не овладеет мной целиком.

Он помещает пробку, между нами, когда толкается в меня медленно и размеренно, затем долго и неторопливо, темп так похож на...

Нет.

Я не пойду по тому пути. Если я это сделаю, то начну думать, что Ашер испытывает ко мне такие глубокие чувства, и когда пойму, что это не так, это только разрушит меня.

Он проводит пробкой по моим промокшим складкам. Кожа такая чувствительная и опухшая, что от малейшего трения у меня сводит пальцы на ногах. Мои ногти впиваются в ладони до тех пор, пока я чуть не пускаю кровь. Узел на запястье не слишком тугой, но даже это трение вот-вот выбросит меня через край.

— Ты мокрая. — он водит предметом вверх и вниз туда, где его член входит в меня и выходит. — Ты мокрая для меня, королева выпускного?

Я киваю один раз, моя спина отрывается от кровати. Глубокие углы его толчков сводят меня с ума.

— И ты всегда будешь мокрой только для меня, — ворчит он, засовывая пробку мне в задницу.

Никакой подготовки, никакого предупреждения.

Я ожидаю, что это будет больно, но все довольно... хорошо.

Из того, что я слышала, это должно быть болезненно, но в некотором роде приятно? Я ощущаю тонкую грань между его членом и пробкой, и мои бедра дрожат сильнее от этого ощущения.

Я впитываю его темп, глубокие толчки и блеск пота на его груди. Его мышцы и сухожилия напрягаются от великолепия его движений. Его руки на моих бедрах ощущаются как якоря, большие и твердые.

Когда я вхожу в ритм, Ашер выскальзывает из меня и переворачивает меня так внезапно, что я вскрикиваю, когда мои груди прижимаются к матрасу. Со связанными руками у меня нет другого выбора, кроме как лечь на живот в той позе, в которой он попросил меня быть, прежде чем вошел в комнату.

— Задницу вверх и раздвинь ноги. Дай мне посмотреть, насколько ты влажна для меня.

Мои бедра все еще дрожат и отказываются слезать с ореола, поэтому мне требуется слишком много времени, чтобы подчиниться. Тот факт, что он стоит позади меня, видя меня такой обнаженной, воспламеняет мое лицо.

Он крепко хватает ее за ягодицу, и пробка немного двигается, прежде чем он выдергивает ее. Я почти протестую, но он погружает свой средний палец в мою киску. В мою гиперстимулированную, чувствительную киску.

Я думала, что больше не выдержу прелюдии, но стон все равно срывается с моих губ.

Это эффект Ашера.

Он разорвал мою душу на части и вырезал себе там уютное местечко.

Его член скользит по моей гладкости, а затем возвращается к моей заднице. Движение взад и вперед сжигает меня и мучает.

О, Боже.

Почему он не может этого сделать? Это мое наказание?

— Эш...

Отпуская мою задницу, он наклоняется так, что его горячая, упругая грудь покрывает всю мою спину, затем протягивает руку подо мной и щипает сосок. Это настолько сильное, что я кричу одновременно и от удовольствия, и от боли.

— Что, королева выпускного?

Я не смогла бы говорить, даже если бы захотела. Трехгранной стимуляции его пальца внутри меня, его члена, скользящего вверх и вниз по моей влажности, а теперь и его руки, щипающие и покручивающие мои соски, достаточно, чтобы я отключилась.

Если он не сделает этого прямо сейчас, я могу упасть в обморок. Мое тело может вынести только это. Это похоже на нахождение в зоне, где я не могу думать или делать; я могу только чувствовать.

Зону, которую только Ашер может создать для меня.

— Умоляй об этом. — его зубы покусывают мочку моего уха, когда он шепчет: — Сделай это убедительно.

—Я... я...

— Неубедительно.

— Трахни меня, Эш.

— Куда?

— В попку. Трахни меня в попку.

Мой голос хриплый, и кажется, что я уже говорила эти слова раньше.

— Это моя девочка.

Пробка расслабляется внутри моей задницы. У меня перехватывает дыхание, когда он заполняет меня сантиметре за мучительным сантиметром.

— Оооо...

Это... ох, ничего себе, все совсем не так, как я себе представляла. Это почти так же приятно, как то, что он трахает мою киску, если не больше.

Еще один стон вырывается из моего горла, когда мои веки опускаются, и я позволяю себе расслабиться. Я не думаю о привязках или о чем-то еще.

Единственное, что наполняет мой разум, сердце и душу, это он.

Только он.

Он сжимает мои бедра и вводит еще один палец в мою киску, пока я не наполняюсь им всеми возможными способами.

О Боже. Почему это так приятно?

И почему нет боли?

Он начинает двигаться как в моей киске, так и в заднице, и я забываю обо всем, включая свое имя.

Прямо сейчас я просто с этим парнем, и мне нужно, чтобы он заявлял на меня права столько, сколько ему потребуется.

Мне нужно просыпаться утром и видеть каждую отметину, которую он оставил на моем теле, и чувствовать себя целой.

— Эта задница создана для моего члена, как и эта киска.

Сначала он начинает медленно, но потом его темп набирает обороты. Мое тело соскакивает с кровати от силы его толчков.

Стоны обрываются снова и снова с силой, с которой он обращается со мной. Это оно. Вот как это должно быть, между нами.

Я кончаю сильнее всего за последнее время, сжимая его член и пальцы, как он и сказал. Я выкрикиваю его имя снова и снова, будто это спасение — или проклятие, в зависимости от того, как на это посмотреть.

Он входит в меня все сильнее и быстрее. Сила его толчков наполняет меня столькими чувствами, но больше всего я безумна и счастлива — так чертовски счастлива, что он хочет меня до безумия, до потери всякого чувства контроля.

— Ты моя, — рычит он. — Ты всегда была моей.

— Всегда, — тяжело дышу я в матрас.

— Блядь, всегда.

Он стонет, кончает в меня, и горячая жидкость разливается по моим ягодицам и киске.

Я закрываю глаза, позволяя ему отметить меня.

Завладеть мной.

В конце концов, я королева Ашера на публике и его шлюха наедине.

Мои глаза пытаются открыться, несмотря на усталость, навалившуюся на нервные окончания.

Подождите... что?

Откуда взялась эта мысль?

Прежде чем я успеваю это проанализировать, я поддаюсь изнеможению и засыпаю, связанная, помеченная и совершенно довольная.

Глава 19

Ашер

Она крепко спит.

Я стою, наблюдая, как струйки моей спермы покрывают ее ягодицы и стекают по ее киске и между бедер.

Она все еще связана и лежит на животе, ее светлые пряди прилипли к затылку от пота. Щеки раскраснелись, а губы слегка приоткрылись. Только одно слово ревет внутри меня:

Моя.

Моя.

Блядь, моя.

Меня так и подмывает позволить ей вот так поспать. Хуже того, меня так и подмывает пододвинуть стул и наблюдать за ней в таком положении всю ночь.

Да, у меня есть проблема, когда дело доходит до Рейны. Даже я признаю это.

Но она простудится от такого количества пота, прилипающего к ее коже.

Бросив на нее последний взгляд, я направляюсь в ванную, умываюсь и возвращаюсь в комнату с мокрым полотенцем.

Она повернулась на бок, ее связанные руки свисают в неловком положении. Я развязываю узел и бросаю лифчик в кучу одежды. Рейна стонет, когда я провожу пальцами по ее покрасневшим запястьям.

Трахните меня.

Сейчас она выглядит такой хрупкой, что у меня возникает искушение трахнуть ее во всех возможных позах.