Внебрачный ребёнок генерального (СИ) - Романовская Ирина - Страница 21

Мы же буквально два часа назад проговорили около получаса. Зачем опять звонит?

— Привет! Извини, дорогая, что отвлекаю от работы. Просто хотел узнать, как ты добралась? Сегодня погода такая…

— Солнечная? — перебиваю я его.

— Ветренная. Поэтому я..

— Поэтому ты переживаешь, как бы меня на моей маленькой машине не сдуло ветром, да? — вновь опережаю Андрея и договариваю за него.

По правде говоря, я еле себя сдерживаю, чтобы не перекривлять Андрея дурацким детским голосом. Утомил он меня своей через чур навязчивой заботой.

— Именно. Но еще я хотел тебя пригласить сегодня в ресторан на ужин.

Ловлю себя на том, что первая бессознательная реакция на звучащее в трубке приглашение от Самсонова — я закатываю к потолку глаза. И лишь потом культурно пытаюсь намекнуть ему, что не могу согласиться на от ужин.

— Андрей, я напоминаю тебе. Мой Тим болеет и мне надо ехать за ним к родителям.

— Я помню. Мы ненадолго. А затем я вас отвезу и привезу куда скажешь. — в голосе Андрея сквозит приторной податливостью, сладкой лестью и настойчивостью.

Он умеет быть ласковым, мурлычущим котом, если ему очень надо. Или, наоборот, грозным защитником, если того требует чаще всего рабочая ситуация.

Предполагаю, сейчас Андрей думает, что расположит меня ближе к себе, если станет более заботливым, мягким и внимательным мужчиной. Но это не он, не тот, кого я знаю и к кому однажды воспылала взаимной симпатией. Поэтому выбранная им тактика меня только отталкивает дальше от него.

Знаю, что на каждое мое «нет», Андрей сможет привести по три ответа, почему все-таки я должна ответить «да». Чувствую, что он настроен решительно и мне проще согласиться. Там же и обсудим его «изменения», ревность к Титову и почему Олег не исчезнет из моей жизни, как бы Самсонову этого не хотелось.

— Ладно. Я заканчиваю в шесть. Если вдруг что-то изменится и мне придется задержаться, я наберу.

— Договорились. Целую.

От последнего я даже поморщилась. Это вообще лишнее. Меня всегда привлекала в Андрее его рассудительность, строгость и в некой мере холодность в разговорах. Особенно в телефонных. Когда мы оставались с ним наедине в постели, он показывал себя с другой стороны — чувственный, внимательный, нежный, страстный любовник. Но это было только там за дверями спальни. А не как сейчас. Будто все это напоказ и не для меня лично.

Настроение тем временем медленно катится еще ниже. Даже погода за окном вместе со мной загрустила. Осеннее солнышко постепенно исчезает за набежавшими серыми тучами. Скоро пойдет дождь.

К переживаниям за здоровье сына, добавилось еще волнение из-за предстоящей встречи с Самсоновым. Выхода другого нет. Я должна была давно рассказать Андрею всю правду. Может тогда бы он относился ко всему спокойнее.

Возвращаюсь за свое рабочее место. Открываю рабочую почту, проверяю новые письма.

Черт.

Чуть не забыла про подготовку конференц-зала к предстоящему совещанию. Вот был бы позорище. Еще надо подготовить кофемашину, засыпать в нее зерен и залить молока. Чтобы не нервничать и не опозориться лишний раз.

Так. Вода с газами и без — есть. Бумага, ручки — есть. Чашки для кофе/чая — готовы. Саха-есть. Необходимо еще поинтересоваться у Олега Юрьевича, не нужно ли заказать еды для гостей.

На все про все уходит около сорока минут. В надежде, что у меня есть еще минут двадцать, чтобы перевести дух перед приездом гостей, тянусь взять свою сумочку со стула и отправляюсь в уборную. Но, я забыла, что потратила нужное время на разговор с Самсоновым. Поэтому сталкиваюсь с Титовым нос к носу. А точнее мой нос к его груди. Он как раз вышел встречать гостей, которые уже поднимаются в лифте, когда я пошла в том же направлении.

— Извините, Олег Юрьевич, — шепчу я еле слышно.

Боже, какой же у него умопомрачительный аромат. Улавливаю носом стойкие ноты зеленого бергамота, черного шоколада с орехами и … перцем.

Да-да, это точно перец. Острый, огненный, красный. Идеальное сочетание с характером Олега. Аромат такой же яркий, соблазнительный и оставляющий незабываемые впечатления, как и тот, кто сейчас его на себе носит.

— Ничего, Яна. Не ушиблась? — уголки его пухлых губ слегка приподняты. В глазах Олега горит тот самый дерзкий огонек, которого я уже две недели не наблюдала. Оказывается, я скучала по нему. Загипнотизированная синевой его глаз, я не могу сделать ни шагу в сторону, ни промолвить и слова. Отрицательно машу головой, мол, нет, не ушиблась.

Клянусь, если бы не шум, раздающийся из-за разъезжающихся дверей лифта, то я бы тотчас же потянулась к его лицу и поцеловала его. Я была готова сделать этот рискованный шаг в синий омут.

17

Отскакиваю от Титова, как ошпаренная. Что за помутнение рассудка у меня? Стоит только Олегу меньше на меня обращать внимания как я «по уши» растворяюсь в нем. Так нельзя. Мне, в конце-то концов, давно уже не восемнадцать. Еще не хватало мне, чтобы нас увидели вместе и поползли слухи о том, что у нас с генеральным нечто большее, чем рабочие отношения.

Хватит и того, что нас видели вместе на дне рождении Ибрагимченко. Я облазила все социальные сети, перелистала тысячи аккаунтов, вводила в поисковик и свое имя, и Титова. Мне страшно было увидеть фотографии, где я стою в объятиях Олега, еще и не дай бог в момент нашего поцелуя. Но все что я смогла найти это свою спину, которую обнимают руки Петра. Выдохнула тогда с облегчением. Пронесло. Но второй раз подставляться так не стоит.

В приемной появляются трое мужчин и одна женщина. За ними следом топчутся юрист и бухгалтер клуба. Все одеты как в строгие деловые костюмы, как и Олег. В сравнении с ними я в своей кремовой рубашке и юбке-карандаш, которая ниже колен, выгляжу, кажется, чересчур вызывающе. Мужчины одаривают меня мимолетной улыбкой и кивком головы.

Единственной женщине из этой компании, исключая меня, на вид лет сорок. Рубашка застегнута на все пуговицы, ее каре идеально уложено, ни одной выбивающейся пряди. Лицо худенькое, острый подбородок, невысокий лоб, маленькие губы, аккуратный прямой слегка вздернутый нос. Пара морщинок возле глаз показывает ее немалый жизненный опыт и придают ей некого шарма. По моему субъективному мнению, она очень красивая.

Взгляд автоматически переходит на Олега. Мне хочется знать, как он реагирует на эту женщину. Сейчас я всех представительниц женского пола автоматически рассматриваю как соперниц. Но ведь не борюсь за сердце Олега, какая мне должна быть разница?

К моей радости, все внимание Титова сосредоточенно на седовласом мужчине, который находится чуть впереди всей честной компании. На вид ему лет пятьдесят. Узко посаженные глаза, маленький рот и небольшая россыпь веснушек на лице, зелёные глаза. Мужчина явно иностранец. Остановившись напротив Олега, он едва достает макушкой до его плеча. Они с улыбками приветствуют друг друга.

— Добрый день, Олег! — с явным английским акцентом, но по-русски здоровается с директором этом мужчина.

— Приветствую Вас, Алекс! Рад наконец-то встретиться в вами лично.

Оба пожимают друг другу руки и хлопают по плечам.

Что сказал Олег? Алекс? Тот самый Алекс, которого мы должны были встретить на дне рождении чьей-то там жены? Значит Олег не соврал? Алекс Робтон существует и вот он передо мной стоит. Делаю выдох и сразу становится легче.

Он не врал мне. Все было правдой.

Хотя… Стоп! Стоп! Стоп!

Алекс Робтон же англичанин и должен разговаривать на английском, так? И Титову для этого нужен был переводчик, так? То есть нужна была я? Но ведь мужчина прекрасно разговаривает на русском языке. И обман все-таки был. Олег хотел, чтобы я обязательно пошла на это мероприятие вместе с ним. Для того чтобы что? Показать мне роскошный банкет и впечатлить? Поматросить и бросить? Тогда почему прекратил всякие поползновения в мою сторону? Совесть замечала, когда узнал, что у нас уже было однажды?

Всё совещание мне пришлось присутствовать в конференц-зале с Титовым и гостями. Подносила кофе, чай. Записывала на автомате ту информацию, которую просил запомнить Олег Юрьевич.