Та самая (СИ) - Гречушная Вера - Страница 6

«А вдруг он изменится?» — крутилась в моей голове мысль надежды. Я взглянула на Игоря: широкоплечий, мускулистый блондин с правильными чертами лица и пухлыми губами. Стоит и смотрит на меня своими голубыми, как озеро Рица, глазами щенячьим взглядом в ожидании ответа. Эх, ну какой же он красавчик! Хоть сейчас на обложку журнала!

— Мне нужно подумать, — вздохнула я, понимая, что еще немного — и сдамся.

— Хорошо, — кивнул Игорь, — Я буду ждать.

И, бросив на прощание еще один печальный взгляд на меня, он направился к лифту. Закрыв за нежданным гостем входную дверь, я вернулась на кухню, прижимая к себе розы, отчего их колючие шипы больно вонзились мне в кожу.

— Помирились? — хмуро поинтересовался папа, убавляя звук телевизора. Я отрицательно покачала головой и бросила цветы на стол, недовольно взглянув на ранки, оставшиеся на руках. Почему обязательно дарить именно розы? Неужели в магазинах перестали продавать другие цветы?

— Надеюсь, что ты будешь благоразумна и пошлёшь этого Аполлона туда, откуда он пришел.

— Ты не веришь, что человек может искренне раскаяться и измениться?

— Этот парень — точно нет, — категорично отрезал отец.

— Почему?

— Потому что я сам когда-то был молодым смазливым мальчиком и пока еще прекрасно помню, какую лапшу вешал на уши девчонкам.

— Вот как? — с удивлением произнесла я, — Расскажешь подробнее?

— Не в этот раз. Я просто дал тебе мудрый совет, а уж следовать ему или нет — решай сама. Это твоя жизнь.

Папа встал из-за стола, поцеловал меня в лоб и, пожелав спокойной ночи, ушел в свою комнату. А я осталась наедине с огромной дилеммой в стиле «казнить нельзя помиловать» и этим несчастным букетом алых роз, для которых у нас дома не было подходящей вазы. Ранки от шипов стали неприятно саднить. Ненавижу розы.

— Вот только не говори, что ты решила его простить! — сердито заявила Алёна, услышав мой рассказ о визите Игоря.

— Пока нет.

— Пока???

— Алён, а вдруг он действительно всё понял, изменился?

Подруга с сочувствующим выражением лица дотронулась теплыми пальцами до моего лба.

— Деточка, ты заболела что ли? Как можно ТАКОЕ простить? Он ведь отымел почти половину города!

Понуро опустив голову, я спросила:

— Считаешь, что рисковать не стоит?

— Да тут даже думать не о чем! Надо было по морде ему этим букетом залепить, — фыркнула Алёнка, неодобрительно покосившись на вазу с цветами, — И вообще: насколько я помню, тебе приглянулся Богдан, а про Игорька ты даже не вспоминала.

— И где этот Богдан? — развела я руками, печально усмехнувшись, — Он не спросил мой номер телефона, свой тоже не оставил, «ВКонтакте» я его найти не смогла…

— Есть и другие возможности.

— Какие? Пойти опрашивать актёров из той постановки?

— А что? Отличный вариант!

— Нет уж, я не собираюсь бегать и искать его по всему городу. Подумаешь, на мордашку понравился! Мне Ченнинг Татум тоже нравится и что теперь, заграницу лететь?

— Если б он позвал — я сто процентов и полетела, и побежала, и поплыла бы, — засмеялась подружка, — Кстати, ты смотрела «Да здравствует Цезарь!» с ним?

— Не слышала даже о таком фильме. Годный?

Мы плавно перешли на обсуждение знаменитостей, новинок кино и университетских новостей. Однако, уходя, Алёнка строго произнесла:

— Снова сойдёшься с Игорем — я лично тебя покусаю. Уяснила?

— Понял — принял! — отрапортовала я как послушный солдат.

Утро пятницы у меня не задалось. Во-первых, я проспала. Во-вторых, выставила неправильный таймер на микроволновке и вместо вкуснейших бутербродов, получила несъедобные горелые сухари. В-третьих, испачкала неудачно открытым соком свою любимую футболку.

«А может нафиг эти пары, и остаться дома?» — мелькнуло в мыслях, но сегодня были мои любимые предметы и прогуливать их не хотелось. Пережевывая банан, я достала чистую кофту и торопливо продолжила сборы. На нормальный макияж и укладку не было времени, поэтому собрав волосы в высокий хвост, я подхватила рюкзак с тетрадями и выбежала из квартиры, натягивая на ходу пуховик. Но едва я перешла дорогу от дома на другую сторону, сообразила, что забыла телефон на полочке в коридоре. Чертыхнувшись себе под нос, резко развернулась и… с силой врезалась в какого-то человека. От неожиданности я инстинктивно сделала шаг назад, поскользнулась на нечищеной дорожке, которая в ночные заморозки успела слегка заледенеть, и, не удержав равновесие, бухнулась на землю, ощутимо приложившись копчиком.

— Твою ж мать! — громко выругалась я, морщась от боли. Отлично начинается денёк, ничего не скажешь!

— Девушка, сильно ударились? — раздался надо мной обеспокоенный, но приятный мужской голос, и в ту же секунду сильные руки вернули моё несчастное тело в вертикальное положение. Перестав жмуриться, я взглянула на доброго самаритянина.

«Господи, за что? Чем я провинилась?» — завопил внутренний голос, ведь прямо передо мной стоял не кто иной, как Богдан. Ну почему он встретился мне именно сегодня, именно сейчас? Когда я сонная, не накрашенная, да еще и так позорно шмякнулась на ровном месте, выражаясь отнюдь не речами Шекспира!

— Эй, всё в порядке? — слегка встряхнул меня за плечи Богдан, заволновавшись из-за долгого молчания.

— Да-да, нормально, — глухо ответила я, чувствуя, как краснеют от стыда щеки.

— Мне кажется, что я Вас уже где-то видел, — прищурился парень, продолжая держать мои плечи.

— Город маленький, всё возможно, — пробормотала я в ответ, не рискнув признаться, что мы совсем недавно общались в клубе. Ведь там я была шикарная секс-бомба, а сейчас — неуклюжая серая мышка.

— Извините, мне пора идти.

Высвободившись из рук Богдана, я собралась было пойти дальше, но снова поскользнулась и второй раз шлёпнулась на тротуар. Молодой человек тут же подхватил меня за талию и твёрдо произнёс:

— Девушка, Вам просто необходима серьёзная мужская поддержка. Я не могу отпустить Вас в одиночестве — Вы же вся переломаетесь по дороге! Куда Вас проводить?

— Домой, — вздохнула я, понимая, что настроение идти на пары иссякло окончательно.

— И где Ваш дом?

— Совсем рядом, на Горького десять.

Богдан осторожно взял меня под локоть, и мы отправились обратно к светофору. Однако пройдя буквально пару метров, я сдавленно охнула и остановилась: правая лодыжка нещадно заныла. Видимо, я неудачно подвернула ногу, когда упала.

— Что такое? — Замер на месте и мой спутник.

— Нога болит, наступать больно.

Недолго думая, Богдан неожиданно подхватил меня на руки и понёс через пешеходный переход. Прохожие и пассажиры машин тут же уставились на нас любопытными взглядами.

«Завидуют! Сто процентов завидуют!» — довольно подумала я, а вслух скромно произнесла:

— Вы надорвётесь.

— От пятидесяти килограмм? Не смеши, — резко перешел на «ты» парень, бодрым шагом направляясь к домам.

— Главное, чтобы теперь не упали Вы, — улыбнулась я, не желая ему возражать. А-то, когда меня последний раз носили на руках? Уже и не вспомню. Наверное, только папа в детстве…

Дойдя до моего подъезда, Богдан осторожно опустил меня на землю, а я с трудом подавила огорченный вздох: и почему мой дом находится так близко? Мы не потратили на дорогу и пяти минут, поэтому даже не успели пообщаться.

— До квартиры сможешь подняться? — нарушил молчание парень.

— Смогу. А ты разве не зайдешь на чашечку чая? — произнесла я, сама не ожидая от себя такой смелости. Или наглости?

— Не отказался бы.

— Тогда пойдём, — кивнула я в сторону подъезда и достала из кармана ключи.

На руках меня Богдан уже не понёс, — всё равно нужно было ехать в лифте — но слегка придерживал за локоть.

Сняв верхнюю одежду и обувь, мы вместе прошли на кухню.

— Как тебя зовут? — спросил Богдан, присаживаясь на стул.

— Значит, ты меня так и не вспомнил? — вопросом на вопрос ответила я ему.