И в болезни, и в здравии, и на подоконнике (СИ) - Коханова Юлия - Страница 54

Темные, будто прорисованные, круги под глазами. Обкусанные губы. Ввалившиеся щеки. Землисто-серая кожа. Льюис выглядел усталым, нездоровым и до предела загнанным.

- Эй… Вставай… - Делла осторожно коснулась влажных после душа волос. Льюис дернулся и открыл глаза.

- Что? Где?!

- Ничего. Пошли в кровать.

- А кофе? – широко зевнул Льюис. – Я вишневые пирожные купил – в сумке, в прихожей…

- На завтрак останутся. Давай, вставай, - потянула его Делла, и Льюис послушно поднялся. Шатаясь и загребая ногами, он прошлепал в спальню и рухнул с размаху на кровать.

- Иди сюда.

Льюис потянул руки, и Делла скользнула ему в объятия, устроилась рядышком, потершись носом о шею.

- Нокс.

Свет погас, и спальня погрузилась в тихую, теплую темноту. Льюис завозился, устраиваясь поудобнее, обнял Деллу за талию.

- Так не больно?

- Нет, нормально.

- Делл…

- Что?

- Если я спросонья что-нибудь сделаю, выруби меня, ладно?

- В смысле? – Делла приподнялась на локте, вглядываясь в смутные очертания лица.

- Ну ты же знаешь, мне постоянно дерьмо всякое снится. Иногда я просыпаюсь, и… и не сразу соображаю, что происходит. Если меня занесет, долбани Ступефаем, не стесняйся.

- Льюис…

- Или ты обещаешь, или я в гостиную на диван уйду.

- Ладно, обещаю, - вздохнула Делла, и Льюис поцеловал ее в плечо.

- Спасибо.

Делла хотел было потребовать, чтобы Льюис снял монашеские боксеры – не для того она тащила мужчину в кровать, чтобы всю ночь тереться о безблагодатный хлопок. Но Льюис, едва проговорив «спасибо», рухнул в сон, обхватив ее руками и ногами, словно кальмар – щупальцами. Делла очень давно не спала ни с кем в одной кровати. Секс – да. Разговоры – да. Но не сон. И сейчас она ожидала, что чужое присутствие будет мешать, сломает привычное ощущение дремотного размеренного покоя. Но Льюис был очень живым, очень мягким и очень теплым. Мерное дыхание успокаивало, а вес навалившегося тела ощущался надежным и правильным. Безопасным.

- Да подвинься ты, ужас глубин, - толкнула она Льюиса в бедро, пристроилась поудобнее, закинула ему руку на грудь и тоже уснула.

Глава 33

Проснулся Льюис неожиданно поздно. Он не вскинулся от кошмара и не выполз из тяжелой, гадостной, вязкой дремы. Просто проснулся – довольный жизнью, отдохнувший и с полноценным утренним стояком.

Это было охуенно.

Слава тебе господи за наши малые радости. Аминь.

Льюис бодренько выполнил утреннюю норму отжиманий, втайне красуясь стремительной легкостью, с которой мышцы выбрасывали тело вверх, ополоснулся в душе и почистил зубы новенькой, вчера купленной щеткой. Теперь она самоуверенно возвышалась в стакане, абсолютно недвусмысленно заявляя права на территорию.

Делла чем-то звенела на кухне, по дому плыл запах свежезаваренного кофе и жареного бекона.

Это было так странно. Быть в чужом доме, чистить зубы в чужой ванной. Знать, что посторонний, в общем-то, человек, готовит тебе завтрак.

Что он вообще здесь делает?

Какой в этом смысл?

Господи, Льюис, ты гребаный псих и убийца, ты не контролируешь себя. Зачем ты сюда приперся? Что можешь дать девушке – ну, кроме проблем? Проблемы ты уже обеспечил.

Да ты даже трахнуть ее нормально не смог. Присунул по-быстрому, пожрал и уснул. Красавец, блядь. Мужчина мечты.

Тяжело опершись о раковину, Льюис молча смотрел в зеркало. От жизнерадостной утренней бодрости не осталось и следа, предвкушающее возбуждение схлынуло. Темная мерзкая дрянь, пропитавшая мозг, ожила и забулькала, наполняя черепную коробку ментальным аналогом соляной кислоты.

Медленно, глубоко вдохнув, Льюис вернул на лицо доброжелательно-спокойное выражение. Все хорошо. Это просто перепады настроения. Так уже было. Он справится.

- Льюис, кофе стынет! – проорала Делла.

- Иду! – отозвался он, в последний раз с ненавистью посмотрел в зеркало и вышел из ванной.

На столе его ждала тарелка с яичницей, несколько ломтиков выжаренного до хруста бекона и тосты. Льюис безропотно сел на стул, взял вилку и начал забрасывать еду в рот, не ощущая вкуса.

- Ты в порядке? – подозрительно прищурилась Делла.

- Да, нормально, - растянул губы в улыбке Льюис. – Все отлично.

Он очень надеялся, что эта улыбка обманет Деллу. Потому что если нет… Если Делла поймет, что у Льюиса в голове, если увидит, какой он на самом деле – все закончится. Ну кому нахуй нужно такое счастье?

И что делать потом? Как работать с человеком, если смотришь на него – и дышать не можешь. Умираешь от нежности.

Да никак. Льюис не выдержит. Просто не сможет.

Боже, да о чем он вообще думал, когда лез к Делле в трусы?! Ебать напарника – это самая тупая вещь на планете. Ну, после запуска «Семейства Кардашьян».

Уж лучше бы хуй в улей засунул.

Это же надо было так все испортить. И дружбу, и карьеру, и вообще… все.

Блядь.

- Эй, - отложив вилку, Делла подошла и встала над Льюисом, скрестив под грудью руки. Через тонкую ткань футболки отчетливо выпирали горошины сосков. – Эй, ты чего?

- Ничего.

- Опять накатило?

- Да. Вроде того, - Льюис обнял ее за талию, притягивая к себе. – Сейчас пройдет.

Льюис провел руками по ягодицам, прижался лицом к животу и поцеловал Деллу куда-то в диафрагму прямо через футболку. Делла хихикнула.

- Думаешь, это смешно? – зловещим голосом спросил Льюис и прихватил губами сосок. Делла охнула. Льюис ласкал грудь через ткань, ощущая, как напрягаются, твердея, ее соски, сжимал ладонями ягодицы и бедра. И с тихим ужасом думал: а если не встанет? Утреннее желание – яркое, пляшущее искрами в крови – ушло, теперь внутри было стыло и пусто, как в заброшенном погребе. Что если, мать его, все-таки не встанет?

Яростно рыкнув, Льюис задрал на Делле футболку и двинул ей пальцы между ног, в горячее и влажное. Опыта в петтинге у него было мало, но порнушка – тоже инструкция. А усердие – мать успеха. Нашарив пальцами то место, где мягкие складки сходились в бугорок, Льюис осторожно погладил, надавил, покачивая рукой, и снова погладил. Низко, гортанно застонав, Делла подалась ему навстречу и раздвинула ноги. Ободренный успехом, Льюис удвоил усилия, круговыми движениями массируя клитор. С каждой секундой пальцы скользили все легче. Делла текла, ее бедра подрагивали, и Льюис опустил руку ниже, коснувшись входа. Сдвинув два пальца, он ввел их в горячую мокрую глубину до упора. Делла, всхлипнув, вскинула навстречу бедра. Льюис медленно, вдумчивым расчетливым движением вытащил пальцы – и снова толкнул. Снова. Снова. Снова. Делла стонала и подмахивала, цепляясь Льюису в плечи, как утопающий – в спасательный круг.

Дернулся просыпающийся член, и Льюиса накрыла волна чудовищного, всепоглощающего облегчения.

Привет, приятель! Долго же тебя приходится ждать.

Под внутренний ликующий грохот фанфар Льюис вытащил из Деллы пальцы и потянул ее вниз.

- Иди ко мне на коленки.

Приглушенно вскрикнув, Делла опустилась ему на член именно так, как это делают в порнухе. Но в жизни все было дохуя как круче. Льюис чувствовал ее вес, ощущал, как прижимается к нему горячее гладкое тело, как скользят по коже напряженные соски. Упершись Льюису в плечи, Делла качнула бедрами, и от этого движения перед глазами вспыхнули искры.

- О боже, Делл, вот так…

Льюис обнял ее, прижимая к себе, прижался губами к губам и толкнулся навстречу.

- Да, вот так…

Стул скрипел и раскачивался, жалобно звякала посуда на столе, внизу сосредоточенно топотала озадаченная и недовольная кошка. Льюису было все равно. Все, что он слышал – высокие, все ускоряющиеся вскрики Деллы, все, что чувствовал – прикосновения ее тела, давление горячих, тугих складок, сжимающих член.

- Да, Делла, да, вот так!

Стискивая ее в объятиях и задыхаясь, Льюис толкался бедрами, разгоняя себя, словно отрывающийся от земли шаттл. Вцепившаяся ему в плечи Делла напряглась как струна и простонала: «Льюис!», выгибаясь в оргазме. Первая космическая. Вторая. Третья. Да пошла ты нахуй, Земля! Кончив, Льюис осел на спинку стула, чистый, пустой и безвольный.