Наследник приходит, чтобы восстать (ЛП) - Пеньяранда Хлоя - Страница 17

— Я не представляю угрозы, — сказала она в ужасе.

— Мы еще не знаем, кто ты, Фэйт.

ГЛАВА 9

Фэйт медленно и тихо прокралась обратно в хижину, вздохнув с облегчением, когда увидела, что Джейкон крепко спал на своей кровати. Было половина двенадцатого, когда она рассталась с Ником на окраине города, и она никогда бы не услышала конца ругани Джейкона за то, что она опоздала.

Она сбросила меч и плащ, переоделась бесшумно, как призрак, прежде чем скользнуть в постель. В ее голове бушевал вихрь мыслей и эмоций.

— Я бы предположил, что ты позволяешь своим эмоциям слишком накаляться.

Слова Ника прокрутились в ее мыслях, и она зажмурилась, желая успокоить свой разум, желая не оказаться в голове того о ком она думала. И все же ей страшно хотелось спать.

Она ворочалась и ворочалась часами. Каждый раз, когда она чувствовала, что ее веки опускаются, пыталась взбодриться, просыпаясь, не уверенная, что совет Ника будет услышан, когда она соскользнет в это пространство подсознания, как он это назвал.

Фэйт повернулась на бок и посмотрела на Джейкона, который спал как убитый и мирно храпел. Она молча проклинала его в своем состоянии раздраженного беспокойства за то, что он мог спать без всяких забот.

Ее веки закрылись. Она позволила на мгновение дать глазам отдохнуть. Это все, что ей было нужно.

Всего на несколько минут…

Джейкон шел по улице, здороваясь со всеми, кто проходил мимо. Никто не обращал на Фэйт никакого внимания, когда она следовала за ним.

Она смутно узнала дальнюю восточную часть Фарроухолда и задалась вопросом, что они здесь делают, поскольку в этом конце города не было ничего интересного. Она услышала громкий лязг металла, прежде чем заметила кузнецов в конце улицы. Нуждался ли ее меч в заточке? Она ломала голову, пока звуки приближались, но не могла вспомнить, когда они обсуждали это или планировали поездку сюда.

Заметив их за пределами открытого комплекса, человек внутри прекратил стучать молотком и отложил инструменты в сторону. На них были длинные фартуки и сварочные маски.

Джейкон прошел дальше в большое пространство, и кузнец вытер руки о фартук, прежде чем снять защитную маску. Это потрясло Фэйт, так как мужчина, которого она ожидала увидеть, оказался молодой женщиной. Она была приятно удивлена красивой блондинкой, которая поприветствовала их, и не могла не уставиться на нее, приподняв брови. Ее волосы были заплетены в неряшливую косу, а щеки и лоб были испачканы сажей, но Фэйт с восхищением уставилась на кристально-голубые глаза женщины и непринужденное мягкое, женственное лицо.

— Это моя лучшая работа, — сказала женщина Джейкону с широкой улыбкой.

Странное чувство охватило Фейт, и она в замешательстве отшатнулась, ее сердце слегка затрепетало. У нее никогда раньше не было таких чувств к женщине. Они были смешаны с головокружительным возбуждением, и Фэйт не могла понять себя, поскольку ее глаза оставались прикованными к незнакомке. Джейкон ухмыльнулся ей, и она отступила дальше в мастерскую, за занавеску, вернувшись с чем-то под черной простыней.

— Камень был идеальной формы — он хорошо сел, — прокомментировала она, снимая простыню, чтобы показать великолепный меч под ней. Меч Фэйт, Лумариас.

Рука Фэйт метнулась к боку, который теперь был обнажен. Когда ее глаза последовали за рукой, она увидела свою одежду и…

Ужас, шок и осознание парализовали ее одновременно.

— Ключ в твоем собственном сознании. — Ее не было здесь с Джейконом — на самом деле не было. Она была в его сознании, в его памяти. Ее дыхание стало быстрым и тяжелым. Знал ли он, что она здесь? Казалось, что это не так, но она побледнела при мысли о том, что он узнает, когда проснется. Она не имела права находиться здесь.

Джейкон с благоговением посмотрел на меч.

— Это идеально, — выдохнул он. — Более чем идеально. Ты действительно превзошла саму себя, Марлоу.

Краска залила щеки девушки-кузнеца, когда он взял у нее клинок, балансируя им в своих ладонях.

Тошнота одолела Фэйт. Ей хотелось громко извиниться и объяснить, что она не хотела быть здесь, умолять его простить ее. Раньше она не испытывала этих эмоций, они принадлежали Джейкону. Ее собственные чувства смешались с его воспоминаниями, и ей было трудно отделить их друг от друга. Теперь, осознав, что она бродит по ночам, Фэйт обнаружила, что может слушать его мысли. Каждая мысль, которая у него была.

У нее закружилась голова, когда она подумала обо всем, что могла бы узнать о нем, находясь здесь. Каждая личная тайна и чувство, все, что делало его тем, кем он был, лежало прямо перед ней. Он никогда не узнает.

— Она счастливая женщина, — улыбнулась Марлоу.

Взглянув на нее, Фэйт захотелось настоять, чтобы между ними все было по-другому. Но она не могла. Она никогда там не была и даже никогда раньше не была у кузнецов.

Фэйт зажмурила глаза и закрыла уши, пытаясь блокировать его мысли, переплетающиеся с ее мыслями, отчего у нее заболела голова. Она сосредоточилась на своей кровати, на своей комнате, точно так же, как раньше пыталась выйти из сознания Ника. Почувствовав нить, она потянула за нее всем, что у нее было, обратно на себя…

Резко выпрямившись, Фэйт с трудом перевела дыхание, пытаясь сфокусировать взгляд на окружающем мире. Чьи-то руки мгновенно обхватили ее за плечи, и ей показалось, что она слышит голос Джейкона, но не могла понять, настоящий ли он. Она сильно задрожала и резко подняла глаза, чтобы посмотреть на него, подняв дрожащую руку, чтобы коснуться его лица.

Реальный.

— …просто сон, — услышала она, слова были искажены, как будто ее голова была под водой. Джейкон поднял свою руку, чтобы нежно взять ее за подбородок. — Это был просто сон, Фэйт. — Его голос стал яснее.

О, боги, если бы он только знал.

Рвота подступила к ее горлу, и она оттолкнула его, чтобы побежать к раковине в ванной, едва успев сделать это вовремя, прежде чем ее вырвало едой с прошлой ночи.

Джейкон успокаивающе провел рукой по ее спине и убрал волосы с ее лица, пока она не упала, прислонившись спиной к стене и плотно подтянув колени.

— Ты хочешь поговорить об этом? — тихо спросил он, стоя рядом с ней.

Она всхлипнула, и слезы навернулись ей на глаза. Она не могла сказать ему и даже не знала бы, как это сделать — или простит ли он когда-нибудь ее непрошеное вторжение в его память. Покачав головой, она закрыла лицо руками. Джейкон только притянул ее к себе и держал, пока она плакала от вины и стыда. Но в основном она плакала от безнадежности и страха, что, возможно, никогда не сможет контролировать себя.

Когда она, наконец, достаточно успокоилась, чтобы встать, Фэйт не торопясь умылась и оделась, прежде чем найти Джейкона за кухонным столом. Он приготовил миску овсянки для них обоих и уже наполовину съел свою, когда поднял глаза.

— Чувствуешь себя лучше? — тихо спросил он.

Она слабо улыбнулась ему и села.

— Да, я в порядке, — сказала она хриплым голосом.

У нее не было аппетита, но она заставила себя поесть, чтобы не упасть в обморок от того, что в ее организме ничего не осталось.

— Может быть, тебе стоит попросить у Мари выходной. Ты выглядишь как привидение.

Она покачала головой.

— Нет. Я в порядке, честно. В любом случае, сейчас я с ней на тонком льду. — Когда Джейкон вопросительно приподнял бровь, она пояснила: — Слишком много неторопливых прогулок между доставками. — Это частично было ложью.

Он закатил глаза с легким смешком.

— Если ты уверена. Не хочу, чтобы ты потеряла сознание в одном из ее пирогов. Тебя бы точно уволили.

Фэйт выдавила улыбку и отодвинула свой завтрак, чтобы отвлечься от спазма в животе, который она чувствовала каждый раз, когда смотрела на него. Он совершенно не обращал внимания на то, кем она была и на что была способна.

Джейкон доел свою кашу и попрощался с ней, несколько раз проверив, не собирается ли она упасть. Вскоре после этого Фэйт покинула хижину, нуждаясь в свежем воздухе перед началом рабочего дня. Утро только начинало разогреваться, и она приветствовала легкий прохладный ветерок, когда медленно прогуливалась по пыльным мощеным улицам, решив пойти длинным путем к площади, так как у нее было свободное время.