Чаша отравы (СИ) - Герасимов Игорь Владимирович - Страница 52

Дашкевич растерялся от неожиданности.

— Ты кто? Чего тебе тут нужно? — спросил он через несколько секунд.

— Помогите, пожалуйста. Я убежала из дома. Отец пьяный, бил меня, по ноге стукнул, больно ходить. Довезите до бабушки, я покажу, это в соседнем районе.

Денис колебался. Потом, видимо, повинуясь какой-то глубинной, неосознаваемой журналистской интуиции, взял в руки смартфон, сделал вид, что отвечает на звонок:

— Да... Да, дорогая, купил, скоро буду. Пока... Целую.

Незаметно для незваной гостьи включил видеозапись и опустил смартфон в карман рубашки — так, чтобы камера выступала сверху и могла фиксировать то, что происходит.

Что-то Денису не нравилось. Чувствовалось — что-то тут не то...

— Надо вызвать полицию... и скорую, наверное.

— Нет, пожалуйста. Полиция приедет и уедет, у отца связи в опеке. Ему ничего не будет. Можно я хотя бы у бабушки побуду, пока он не приедет за мной? Пожалуйста, поскорее. Папка может и спать завалиться, и в любую минуту выскочить из подъезда, чтобы догнать меня, не угадаешь, как обернется... — заскулила девочка, испуганно оглядываясь и стараясь пригнуться, чтобы снаружи ее не видели.

— Ладно... Как тебя зовут? — спросил Денис, заводя машину.

— Люба.

— Сколько тебе лет?

— Одиннадцать.

— У меня тоже дочка, почти твоя ровесница, на год моложе. Жаль, что ее сейчас в машине нет, пообщались бы... Я как раз домой к своим еду.

— Пожалуйста, довезите до бабушки. Я покажу, куда.

— Хорошо, хорошо, едем...

— Пока прямо...

— А почему ты так прыгаешь в машину к незнакомым людям? Не боишься?

— Вы на вид приличный человек. Точно не такой, как мой папка.

— Он тебя часто бьет?

— Каждый день...

Промелькнул у Дениса в голове еще один уточняющий вопрос — но он его, конечно, вслух задавать девочке не стал... Дерьмо какое-то, честное слово... Хотя... так в России многие живут... Даже в Москве, не говоря уж о какой-нибудь провинциальной дыре...

— Он тебя по ноге двинул, что ли? Так, что идти не можешь?

— Да, взял стул и ножкой ударил сверху прямо по ступне и пальцам... Болит очень, еле хожу... Может, даже перелом.

— Давай в травмпункт.

— Нет, сначала к бабушке, пожалуйста. Она отвезет, если нужно.

— Телефон есть?

— У меня? Нет.

— Давай я наберу ее, чтобы встретила. Какой номер?

— Не помню точно... Она недавно поменяла. Доедем, позвоню в домофон.

Что-то тут совсем не то, пришел к выводу Дашкевич. Он начал внимательно оглядываться по сторонам. Может, ловушка? Грабители? Вот и помогай кому ни попадя. Даже если это ребенок...

— А мама где?

— Умерла.

Денис не стал уточнять причину — в подобной ситуации она может быть какой угодно. Если вообще всё это правда...

— Подъезжаем. Направо, — показала девочка. — По той дороге можно срезать.

Там находился съезд с улицы — в какой-то тенистый извилистый проулок. Денис повернул, проехал несколько десятков метров.

Впереди был припаркован черный «лендкрузер». Он загораживал путь, и пришлось остановиться. Денис подал сигнал, прося дать проехать.

Из внедорожника деловито вышли двое крепко сложенных коротко стриженых мужчин и направились к нему.

Девочка вдруг начала суетиться. Дашкевич инстинктивно к ней обернулся. Нагло, явно не по-детски, смотря ему в глаза, она проворно скинула с себя курточку и осталась в разодранной футболке. Потом начала стаскивать с себя джинсы...

Как же хорошо, что это действо попало в кадр... Могло ведь и не попасть.

Вообще, надо, конечно, регистратор покупать. Наверняка, если он в машине висит, такие, с подобными целями, в нее вообще не суются.

Денис еле успел заблокировать двери.

Ударили кулаком по стеклу: разбить не пытались, но показывали, кто тут хозяин.

— Давай, открывай, козел. Малолетки интересуют, да? — звук был приглушенный, но подошедший бандит говорил достаточно громко.

Наклонились и стали внимательно разглядывать, что внутри салона. Один из них снимал смартфоном. Дергали за ручки.

— Открыл, живо, ну. Надо перетереть. Давай, а не то хуже будет.

Сзади припарковался еще один «крузак». Видно, следил всё это время.

Отсюда уже так просто не выехать — путь и вперед, и назад заперт.

Из второй машины вышел еще один «мужчина спортивного телосложения» и быстро подошел к подельникам.

Черт... Неужели девяностые еще продолжаются, промелькнуло в голове у Дениса. Вроде никто из знакомых не сталкивался с подобным.

— Ну, открывай, — властным тоном повторил главарь, демонстрируя всем своим видом, что каких-либо возражений быть не может, что жертва обязательно прогнется.

— Что вам надо? Пока не буду открывать, боюсь, что будете бить. Если нужно что-то сказать, то пока так, через стекло.

— Тебя на зоне будут бить, урод. Каждый день. И не только бить. В петушином углу гнить будешь. Сам в петлю полезешь.

— За что? Я к ней и пальцем не прикоснулся.

— Ты это следаку и суду скажешь, не нам. Все улики есть. Показания потерпевшей будут. Трое свидетелей. Съемки есть — он указал на подельника со смартфоном в руке.

— И что теперь делать? — как-то невпопад спросил Дашкевич.

— Надо решать вопрос. Это называется аудит. Давай налик доставай. Карточки банковские все. Открывать будем интернет-банки, счета смотреть. Платежи и переводы, как говорится... Кредитки дашь, пин-коды назовешь, — достал и показал мобильный эквайринг-терминал. — Мало будет — у друзей и родных попросишь. Будешь себя хорошо вести, разъедемся скоро, и пары часов не пройдет. Мусорам всё равно ничего не скажешь — видео у нас есть. И они тоже в доле. Так что хуже будет.

— Давайте лучше разъедемся. Не надо проблем. Вы меня не видели, я вас не видел. Нулевой вариант.

— Не проканает. Твое бабло нам нужнее, чем тебе. Так просто не отвертишься. Сейчас звоним тогда 112. По любому больше потратишь. На адвокатов. И на вазелин. Оправдательных приговоров в России, как ты знаешь, не выносят. Лучше по-хорошему давай, не борзей. Умный какой нашелся. И не такие последние заначки отдавали, как миленькие. Давай, раскошеливайся, лошара!

— Сейчас... Денис вытащил смартфон, незаметно опустил его вниз, под руль, нажал на остановку записи и получившееся начал заливать на облако.

— Ну чего?

— Думаю...

— О чем?

— Сколько откуда брать и у кого просить, — с ненавистью глядя в глаза главарю «бригады», ответил Денис.

— Ну, думай, думай.

Прошло несколько минут. Файл залился. Денис отметил общий доступ, скопировал ссылку, разлогинился из облака. И скинул ссылку двоюродному брату Грише, живущему в Минске. С сопроводительным текстом:

«Привет. Срочно! У меня проблемы. Заблокирован бандитами в машине. Требуют много денег. Удалось записать».

Сообщение ушло. Доставлено. И, через пару минут, — прочитано.

Прошло еще несколько минут. Видимо, скачивает себе и смотрит.

Раздался мессенджер-звонок. Да, это он.

— Привет. Что там у тебя?

— Еду с работы, заезжаю в магазин, покупаю, загружаю, готовлюсь отправляться, вижу, девчонка какая-то садится... — Денис коротко рассказал, что случилось.

— Ясно. Педоподставщики.

— Кто?

— Ну, есть автоподставщики, а есть педоподставщики. У нас таких не водится, а у вас в последнее время их достаточно расплодилось. Давай, прокрути пока им, что получилось. Телефон в руки не давай. Через щель в окне. Разговор со мной не обрывай.

Денис подозвал главаря, чтобы он наклонился к окну. Приоткрыл, чтобы осталась небольшая щель. Запустил воспроизведение.

Главарь, а за его спиной двое сообщников внимательно смотрели.

— И что? — с вызовом, мрачно спросил он, играя желваками.

— Прокрутил? — послышался голос из Минска. — Давай громкую связь... Ребят, я представлюсь. Полковник Комитета государственной безопасности Республики Беларусь Дашкевич Григорий Валентинович. Файл этот уже у меня, то есть у вас руки коротки его стереть. Таких, как вы, я лично отстреливал на брестской трассе, пока не убрались от нас или в сырой земле не упокоились. Если будете быковать и требовать от моего брата еще что-то, всё это окажется на нашем БелТВ и — в порядке межгосударственного сотрудничества правоохранительных органов — на уровне руководства ведомств ЭрЭф. Растекаться больше не буду — или сливаетесь без шума, или... Деньги вы не получите в любом случае, как бы ни обернулось. Ибо убежден, что израильский подход к террористам наиболее правильный. Ксиву показать, кстати?