Между нами мегаполис (СИ) - Чмутова Анна - Страница 8

Ник понимал, что он буквально плавится под томными прикосновениями Даши. А она своими тонкими — почти что музыкальными пальцами — уже пробиралась под плотную ткань его боксеров и трогала то, что явно дозволено не каждой. Парень прогнулся и попытался плотнее прижаться пахом к ее ладони, что так уместно сжала его.

Да, вот так, дорогая, крепче. И сильнее. Да.

Ник позволил себе насладиться ласками девушки и все же поменял дислокацию. Оказавшись сверху, принялся выполнять все то же самое с самой Дарьей. Сначала медленно ласкал, растягивая удовольствие. Отбросил в сторону ее бюстгальтер и припал к чувствительной груди, отчего получил первый полноценный стон с ее губ.

Да, кричи, дорогая.

Ник стащил с девушки шелковые брючки, чуть не запутавшись в них самому, потянул в сторону и тонкие трусики, тоже отбрасывая. А потом там — пальцами и языком — сорвал все ее крики. За неделю отношений парень понял, что любимым его наслаждением был даже не сам оргазм. А наблюдение. Ему нравилось смотреть, как кончает Даша. Сначала сжимает сильнее мышцы на внутренней стороне бедра. Потом начинает мелкой дрожью от этой статики покрываться все тело. Девушка в такие моменты выгибается яркой дугой. И когда он смотрит на нее снизу вверх, видит только острые пики напряженных сосков и идеально ровный животик с расчерченными линиями мышц.

Дарья закидывает голову и сжимает ладони. Иногда в них оказывается скомканное покрывало, иногда — его плечи. И стонет. Его любимое наслаждение для ушей. Слышать ее оргазм.

А потом уже, когда наслушался и насмотрелся, можно насладиться и самому. Он входит обычно в нее, мягкую и податливою. Хотя Ник считал их пропорции идеальными, в сексе все же приходится немного изловчиться. Поэтому перед тем, как войти в Дашу на всю длину, он подкладывает под ягодицы подушку. Тогда точно получится тягуче. Сладко. Остро.

Первый раз входя в нее без презерватива, Ник замер. Он чувствовал своей кожей огонь, по-другому даже не мог назвать тот жар, что перетекал между их телами в местах соприкосновения. Тактильные рецепторы обострились до предела. Даша тоже дышала рвано, принимая его длину. Все же первый раз это было сделать не так просто, но Ник, понимая это, первые движения делал особенно аккуратно.

Девушка иногда ловила под его ритмические движения второй оргазм, иногда он управлялся и в одного. И сегодня Дарья порадовала его еще одним наслаждением, но с этого ракурса — сверху — она была не менее прекрасна.

А после они уже лежали в обнимку, когда Ник подтягивался на руках и прижимал к себе девушку. А она дышала ему в ключицу громко, пытаясь привести дыхание в норму.

— Так что там с твоим списком?

— Что?

— Списо-о-ок, — Ник уже отдышался и мог продолжить конструктивный разговор. А вот Дарья еще не могла вернуться в бренный мир и связно говорить.

— Какой список?

— Я понял, как из тебя выбивать занудство.

— Да иди ты, — наконец смогла соединить пару слов.

— И куда же?

— В жопу!

— Фу, Даш. Это противоестественно. А ты что… хочешь? — и парень с намеком погладил ее по ягодицам.

— Все, не буду больше с тобой говорить, — девушка показательно отвернулась от него, представив взору парня как раз таки оговариваемую часть тела. Ник задумчиво осмотрел изгиб талии, идеальные ягодицы и вздохнул. Потянулся к ее телу, прижимаясь плотнее и обнимая одной рукой.

— Так что у нас по списку? — на ухо интимным шепотом.

— Я с тобой не разговариваю.

— Фу, какая обижака, не будь маленькой.

— Маленький в нашей компании ты. А я взрослая и…

— Что ты сказала? — Ник перевернул девушку тут же на спину и навис сверху. — Кто из нас маленький?

— Ты, потому что по возрасту.

— Да ладно, а по поведению — ты. Первый класс, вторая четверть.

Даша плотоядным взглядом охватила тело парня — от мощной шеи до накачанных трицепсов и массивной грудной клетки.

— Ты как-то очень странно представляешь себе первоклассников.

— А ты много говоришь, — Ник опустился на руках, не прижимая полностью тело Даши к кровати. И уже с угрозой на ухо: — Еще раз назовешь меня маленьким или упомянешь в таком контексте разницу в возрасте, трахну на сухую.

— Ты серьезно? Тебя это беспокоит? Я бы предложила своего психолога, но… хотя нет, не предложила.

Под Дарьин треп Ник опять улегся на постели, перетаскивая девушку на себя. Кстати, слышать ее голос просто так и ощущать вибрацию своим телом, когда она говорила, лежа на нем, было тоже отдельным наслаждением. Кажется, парень банально кайфовал, находясь рядом с ней.

— Почему нет? — просто продолжил разговор. Хотя по факту самому было все равно, о чем там идет речь.

— Потому что ей двадцать один и у нее грудь четвертого размера, — Даша даже насупилась, понимая всю бредовость своего заявления. Ну, при чем здесь это вообще? Она же ему не жена, такое предъявлять.

— А у тебя не менее странное представление о психологах, — тут же парировал. — Причем тут сиськи?

— Потому что в твоем возрасте на них чаще и смотрят.

— Все, идем в душ, — Ник подхватил девушку на руки.

— Эй, почему сейчас?

— Вымою и на сухую, я же обещал.

Но Ник все врал. В душе было все снова нежно и аккуратно.

Дарья устало потерла глаза. Сегодня пятница, и девушка могла бы немного отвлечься, переключая внимание на Ника. Но тот сегодня пошел на день рождение к одногруппнику. Поэтому коротать свой вечер Даше пришлось в компании аналитической сводки. Между душой и мозгом шла активная борьба за место под солнцем. Точнее разум планомерно вдалбливал девушке мысль о том, что на парне циклиться нельзя, иначе будет крах для карьеры.

А вот душа и глупое сердечко, которое к двадцати почти семи годам стало оттаивать, твердило с упорством Сизифа о важности хотя бы секса в их жизни. Мозг на аргументы о сексе соглашался. А остальное отказывался воспринимать. Ну и что с того, что вместе хорошо? Из-за этого чертового Ника в неделю пропадает три потенциальных продуктивных вечера! Это еще и если не вспоминать о потерянном дне субботы, который они с Ником проводили вместе.

Хотя иногда все же Дарья Александровна, позволяла себе заткнуть обоих и думать самой. В такие моменты она силилась вспомнить, как жила без Ника. Да и вообще не могла взять в толк, почему позволила ему так органично и быстро войти в ее мир.

В такие моменты Дарья начинала находить определенные плюсы в их отношениях. Такую масштабную сексуальную активность у ее сверстников и мужчин постарше еще нужно было поискать. А здесь молодое и крепкое тело. И умелые руки.

Интересно только, где он к своим годам так научился практиковаться? Даша не ревновала. Но любопытство брало верх. А вот разговаривать о бывших вовсе не хотелось. У нее опыта было не так много и к двадцати семи. Например, те же оргазмы ей давались не так легко. Но Ник будто бы готовился и заранее уточнял, как сделать партнерше приятно. А может именно из-за своего размера сначала доводил ее до оргазма, а потом брал тепленькую, догоняясь самому.

В любом случае его секреты обольщения и доведения до оргазма ее полностью устраивали. А как он к этому пришел — уже дело десятое. Правда справку об отсутствии заболеваний она все же попросила. И предоставила ему в ответ такую же. Ей важно было контролировать абсолютно все. Даже несмотря на абсолютно иррациональное желание спихнуть на кого-то свои проблемы и дать себе небольшую передышку, девушка не могла позволить себе этого.

Дарья включила на ноутбуке восемнадцатую вариацию рапсодии о теме Паганини и уставилась в окно, выходящее на набережную. Когда-то она еще в подростковом возрасте прочитала статью о благотворном влиянии классики на мозговую активность. После этого девушка стала регулярно подпитывать себя творчеством Рахманинова и Вивальди, бесспорно определив их в списки своих фаворитов.

Вот там — за окном — сейчас неспешно прогуливались люди вдоль Днепра. У каждого была своя жизнь, своя судьба и свой выбор. Дарья пыталась понять, правильно ли то, что она отказывается от части своих убеждений? Или же Ник исчезнет из ее жизни так же быстро, как и появился в ней? Что вообще происходит с ней? Все ли могут так просто изменить свое привычное поведение в угоду обычных жизненных поворотов судьбы?