#Розовым мелом (СИ) - Муравская Ирина - Страница 31

Но сейчас случай ваще другой. Мне не то, что не стыдно. Я на чистом кайфе.

Адреналин так и кипит.

Поцеловала. Как — неважно. Важен результат.

— Не спрашивай. Лучше не спрашивай, — довольно подмигиваю матери я.

Представляю, как светится моё табло. Словно в розетку включили.

— Не спрашиваю, — стоит отдать должное, она никогда не лезла в мою жизнь с нравоучениями. В отличие от отца. — Лишь хотела попросить быть осторожнее. Не совершай ошибок, за которые потом может быть стыдно.

— Эти ошибки я насовершал уже давно. Их ещё расхлёбывать и расхлёбывать без ложки.

— И всё же несколько раз подумай. Чтобы потом никому не было больно.

— Ма, я влюбился. Это не контролируется.

Какой тяжёлый вздох. Можно сказать, обречённый.

— Что я могу на это ответить? Вы уже не дети, по углам вас больше не растащить.

Просто будьте осторожнее.

— Это ты про детей? — многозначительно играю бровями. — Насчёт этого не беспокойся, дальше лифчика меня неизвестно когда пустят. И пустят ли вообще.

— Вот только давай только без подробностей, ладно? Есть вещи, которые слышать мне совершенно не нужно.

— Замётано.

Ма подзависает, словно пытается что-то вспомнить. Вспомнила.

— Я что пришла-то. Тебя искала. Пока вы не уехали, хотела попросить поговорить с отцом. Нормально. Спокойно. От вашей грызни у меня нескончаемые мигрени. Ты знаешь его характер, сам же его унаследовал, так будь умнее. Пойди первым навстречу. Ради меня.

— Я поговорю. Обещаю.

Она удивляется такой покорности. Ещё бы. Это, по-моему, первый раз, когда я в принципе соглашаюсь идти на уступки в том, что касается внутрисемейных взаимоотношений. Винтики в моей башке явно раскрутились в какую-то не ту сторону.

Неужто старость и мудрость на пятки наступает?

— Спасибо, — просто благодарят меня. — Ужин в девять, как и договаривались.

— Хорошо. Ма, — окликаю её у лифта. — Если парень много лет вёл себя как мудак с девушкой, что ему надо сделать, чтобы вернуть её доверие?

Ответ не заставляет себя ждать.

— Запастись терпением.

Мда. Прикольно. Этот товар у меня как раз в дефиците. Где можно заказать? Я уже сейчас едва сдерживаюсь, чтобы не вломиться в запертую дверь. Чисто ради того, чтобы побыть рядом лишние полчаса. На большее, благо, хватает извилин не рассчитывать. Осталось с остальными частями тела договориться, которые от двух месяцев воздержания уже по жёсткому давят на психику. Особенно в её присутствии.

Кое-как договариваюсь с терпелкой и до ужина пережидаю бурю в штанах у себя.

Да и на ужине стараюсь держаться образцово, правда пару раз под столом всё же нахожу её руку, сжимая хрупкие пальчики. Касаться себя мне снисходительно позволяют, но ответных действий не предпринимают. Ничего. Пока и этого достаточно.

Не могу не заметить, когда вакуум в котором я себя с упорством суицидника муровал столько лет прорвало, стало намного легче. Наверное, надо было сделать это раньше. Надо было вообще не уезжать. Признаться ещё тогда, но наш последний разговор сильно в своё время резанул по уверенности и самолюбию. Да и, больше чем уверен, в тот момент меня бы попросту послали в дальнее пешее шествие.

И правильно б сделали. Это ж надо быть такой малолетней гнидой. А я ведь прежде и в голову не брал, что внешне невинные шалости могли восприниматься так остро и болезненно. Мне то всё это было по фану. Типа, не поскандалили — день прожит зря. А тут вон оно как. А я ещё удивлялся: а чё это она меня за километр шугается? И правда. Чё это? Я ж такой зайка.

Короче, надо брать быка за… за то самое. Одних рогов мало, тут впору хвататься за всё, что под руку попадается. Для надёжности. А то принцесса, смотрю, опять заднюю врубает. Мы вчера так балдёжно общались, а ща снова началось блеянье.

Разговаривает сухо, односложно, чисто на отвали. Не, я так не хочу. Я хочу вчерашнюю девочку, с блеском в глазах и заразительным смехом. Её мне заверните.

Можно без упаковочной бумаги и бантика.

Хочу — значит пошёл искать. А то она после завтрака куда-то умотала. Вроде в город с ма. Надеюсь, та на уши ей не присядет. Я такую масштабную бабскую диверсию не потяну.

Не сразу, но Крамер обнаруживается у пустого басика на улице. Народ не совсем уж дикий, так что купаться в несезон не рискует. Да и зачем, когда на цокольном этаже есть крытый бассейн? Там большая часть и зависает сейчас, тут же глухо. Лежанки пустые, людей почти нет.

Одна принцесса томно возлежит на шезлонге: в солнечных очках и ярко-розовом сарафане. Ковыряется в телефоне. Тонкая, красивая, женственная, сексуальная. И совсем одна. Надо бы нарушить её идиллию.

— Да ну какого… — взвизгивает Зои, когда я задираю её ножки в босоножках, чтобы усесться рядом. Ножки в босоножках, какой каламбур. Их бы не задрать, а раздвинуть….

— Что делаем? — нависаю над ней, заглядывая в подсвеченный экран. Диалоговое окно с сообщениями.

— Девочки спрашивают, когда я смогу выйти на смену.

— Пиши. Пишешь? Никогда.

— Ха-ха, — хмуро стреляют в меня взглядом из-под тёмных стёкол. — Шутку оценила. А если серьёзно: когда у нас обратный рейс?

— Я готов сюда насовсем переехать, если это удержит тебя от возвращения в твой клоповник.

— Это работа. И не самая худшая.

— Да предел мечтаний.

— Тебя забыла спросить.

— Так спроси, — тилик-тилик — строчатся сообщения с раздражающим звуком. Отбираю у неё смартфон. — Сам напишу, раз не хочешь. Чего они пристали? Ты в отпуске!

— Отдавай. Отдай, кому сказала!

Ишь как завелась. Только так, видимо, её можно расшевелить. Домогательствами или подколами.

— Всенепременно, — вскакиваю с места, чтоб она не могла до меня дотянуться. И для надёжности убираю телефон в джинсы… В смысле прям в джинсы, не в карман. Пусть скажет спасибо, что не в трусы. — А, ты же просила тебе отдать, да?

Промашечка вышла.

Зои сердито надувает губы и упирает руки в бока. Ох, съесть бы эти милые губки.

— Князев, верни немедленно, — ну вот, я по романтике как могу распинаюсь, а она только и знает, что бурчать.

— А самой слабо? Я не таких строгих моральных правил как ты, разрешаю себя трогать. Везде.

Ничего не ожидаю, конечно, но у принцессы получается меня озадачить.

— Везде, значит? — подходит ко мне вплотную она, накрывая своим запахом.

Ничего необычного, даже клубничного намёка нет, но самообладание уже машет на прощание ручкой.

— О-о-о, — стою с опущенной головой и заинтересованно наблюдаю за тем, как расстёгивают мой ремень и вытаскивают из петелек. Хм. Вот прям интересно, что будет дальше. — Ты прям так? Ну ладна-а-а… Ахах, — со смехом спасаюсь бегством, пока не прилетело. — Ну не пряжкой же! — наяриваем круги вокруг басика. Привет, детский сад.

— Куда сиганул? — хищно скалится Зои, явно вознамерившаяся довести дело до конца. — Иди, приласкаю.

— Э, нет. Мы так не договаривались. Я слишком нежный для порки. Ты бы поосторожнее, тут скользко. Ещё… — не успеваю договорить. И поймать её тоже не успеваю. Вернее успеваю, но сохраниться и зафиксировать позицию нет.

Собственно, исход ожидаем. Летим с громким ухом прямиком в холодную воду.

Вместе.

Ну что, зато никому не обидно.

Освежает, не поспоришь. Я не планировал банные процедуры до вечера, конечно, ну да ладно. В такой компании грех не искупаться. Пока я отряхиваю мокрые волосы, лезущие в лицо, Зои пытается поймать расплывающуюся по поверхности юбку. Да, за это зрелище можно дорого отдать.

Кстати, о дорого.

Достаю причину наших разборок. Понятное дело, больше недееспособную. На всякий случай тыкаю по чёрному экрану. Не а. Всё. Пациент захлебнулся.

— Хм… — протягиваю телефон Крамер. Меня щас будут убивать, кажется. — Я куплю новый.

— Да ладно, — грустно встряхивают уже бесполезную коробочку. Типа попытка — не пытка? — Сама виновата.

О. Не, не будут убивать?

— Всё равно. С меня телефон, — вылезаю на сушу и помогаю выкарабкаться следом принцессе. Стоим, обтекаем и обдуваемся прохладным ветерком. Замёрзнуть не замёрзнем, но приятного всё равно мало. — Надо переодеться.