#Розовым мелом (СИ) - Муравская Ирина - Страница 34

— Это ещё лучше, чем я представлял, — новый поцелуй не заставляет себя ждать.

Какой он уже по счёту? Ой, да кто считает!

— А слабо ещё раз? — слова вырываются прежде, чем мозг их отфильтрует. Заявы в духе нимфоманок, которой я сроду не была.

— И не один, принцесса, — костяшки с нежностью очерчивают контур моего лица. — И не один. Я, наконец, дорвался до тебя, так что так легко ты не отделаешься.

От его обещания по телу снова начинается растекаться дурманящее тепло. Эй, эй, эй. Полегче. Попридержи коней, физиология. Дай прийти в себя хотя бы!

Вот только физиология слала нафиг все мои просьбы, требуя продолжения банкета. Невозможно спокойно реагировать, когда по тебе блуждают ласковые касания, очерчивая каждый изгиб.

— Я чистая, если что, — наверное, важно об этом упомянуть при факте практически незащищенного секса. — В смысле, без сюрпризов и венерических букетов. Надеюсь, ты тоже.

Князев притягивает меня к себе, так что теперь я упираюсь внутренней стороной бедра в его ещё сохраняющее активность достоинство. Или уже не сохраняющее?

Тогда размер внушителен. Я толком его не успела разглядеть, а пялиться теперь как-то неудобно. Хоть и, если уж честно, ой как подмывает.

— Принцесса, — целуют меня в ключицу. — Понимаю, в твоём представлении я моральная скотина, трахающая всё подряд, но это не так.

Утыкаюсь носом ему в шею, вдыхая нереально вкусный запах мужского пота.

— Я так и поняла, когда стены в квартире ходили ходуном.

— Ты о чём?

— О ваших ночных попойках. Спать было невозможно под бабские стенания, доносящиеся из твоей комнаты.

Недоумённо моргаю, когда его грудь вдруг начинает трястись в беззвучном смехе.

Ему смешно?

— Поверишь, если скажу, что это не я? — спрашивает он.

— Конечно, не ты. Что я, женские стоны от мужских что ли не отличу.

— Нет, принцесса. В смысле, вообще не я. Я в гостиной спал. Это Мартынов бордель устраивал, каждый день где-то новых девиц цеплял. Я их, так-то, и не слышал почти. Пару раз было, но тогда и разгонял.

Офигенно.

— Зашибись. Ещё и не ты. Напомни, вымыть квартиру с хлоркой, как вернёмся.

Илья изворачивается так, чтобы наши взгляды снова встретились. Боже. Я дурею от этого взгляда.

— Прости за него. За меня. За всё, — он говорит, а я слышу, как с замиранием ёкает внутри. — Знаю, что одного «прости» недостаточно, но пока это единственное, что в моих силах. Я без тебя не смогу. Смогу, вернее, раньше ведь справлялся, но не хочу.

Ты нужна мне сильнее, чем можешь представить.

По обнажённой спине пробегают взволнованные мурашки.

— Нет. Давай не сейчас. Не сегодня, — прошу я. — Сегодня я не готова. Будет новый день, тогда и вернёмся к разговору.

— Хорошо. Как скажешь.

Как скажешь.

Как скажу.

Да.

А как я скажу?

Сложно.

Очень сложно. Надо думать.

— Я в душ. Не помешает ополоснуться, — выскальзываю из его объятий и, наплевав на стеснения, походкой высокомерной крали, что благодаря клубу уже давно въелась в натуру, скрываюсь за матовой перегородкой ванной. Исчезаю, но появляюсь снова, вопросительно вскидывая бровь. — Ты со мной или я одна?

Жаркий секс под душем — это всегда приятно. Жаркий секс под душем с Зои — лучшее, что могло придумать человечество. Отныне на одиночные походы в ванную я не согласен. Только так и никак иначе.

Пока принцесса приводит себя в порядок, попросив пару минут и немного личного пространства, из соображений моральной этики натягиваю боксёры и выхожу на балкон покурить. Забытый на кофейном столике телефон рядом с пачкой сигарет высвечивает два пропущенных от Огурца.

Делаю перезвон.

— Эй, Князь. Ты куда так резко пропал? — раздаётся бодрый голос друга.

— Я в Испании. Прилетел к родителям… С Зои.

— О-о-о… — в этом «о» сразу всё, так как Ваня единственный, кто со школы знал про мои к ней чувства. Типа ж лучший друг.

— Вот тебе и «о».

— И как оно? Контакт налаживается?

Оборачиваюсь через плечо, бросая вглубь номера задумчивый взгляд. Мы оба с Крамер понимаем, что секс не решение проблем. Это лишь возможность стать чуть ближе. Попытка наладить хрупкую связь. Чтобы упрочнить её потребуется много времени. И не меньше усилий. Но оно того стоит. Она того стоит.

— Надеюсь, — неоднозначно отвечаю я в трубку, понимая, что молчание затягивается.

— Ого. Уже радует. Ладно, не лезу с расспросами. Я, собственно, что хотел. Мой кореш интересуется по поводу аренды. Ты ему так и не прозвонился.

Чёрт. Правда не перезвонил. Спонтанная поездка отфутболила на дальний план все остальные дела, включая затею с тату-салоном.

— Я позвоню. Сегодня же.

— Это всё гуд, только у него там ещё один желающий нарисовался. Лучше б было, чтоб ты подъехал. Как только сможешь.

— Я понял. Всё решим. Спасибо, — спиной слышу приближение Зои. — На связи.

— Лады. Зойке привет.

Хмыкаю, отключаясь, и оборачиваюсь к принцессе. Стоит такая притягательная, в одном отельном полотенце. Сто процентов уверен, что под ним ничего нет. В смысле, так много чего есть, но белья как раз нет. От одной этой мысли в трусах моментально активизируется стояк.

— С кем разговаривал? — кусает принцесса свои нереально вкусные губки.

— С Огурцом. Он тебе привет передавал.

— Оу… — резко мрачнеет. — Уже доложил обстановку?

— Не понял.

— Не знаю. Что завалил сеструху. Не удивлюсь, если вы на это поспорили. Эй, — оскорблённо потирает она лоб, по которому я отвешиваю ей гулкий щелбан.

— Ещё раз скажешь что-то подобное и получишь по губам. Больно.

— А что? Это многое бы объяснило.

— Крамер, ты дура. Мы не в тупой мыльной мелодраме. Вытряхни эту чушь из своей копилки и впредь о таком даже не заикайся. Никаких споров, никаких «на слабо».

Не ищи второго дна там, где его нет, — притягиваю её к себе, разворачивая так, чтобы обнимать со спины. — И ты никогда не была мне сестрой.

— Помню. Ты не устаёшь об этом напоминать.

А вот теперь улавливаю горечь. Глупая. Она так и не поняла? Целую её в макушку, зарываясь носом во влажные волосы.

— Сестёр не любят так, как я любил все эти годы тебя.

В ответ тишина, но чувствую по расслабившимся лопаткам, что слова действуют.

Так и стоим следующие несколько минут, любуясь видом на предзакатное побережье.

Вернее, Зои может и морем любуется, а мне вот на него до одного места.

— Это тот самый? — замечаю маленький шрам на шее.

— Он.

— Больно было?

— Когда в тебя прилетает металлическая бандура с острыми краями — это по определению не особо приятно.

— Прости. Я тогда не думал, что попаду. Был уверен, что пролетит мимо.

Принцесса оборачивается ко мне.

— Ты решил извиняться за каждый свой проступок?

— Если это хоть сколько-то поможет, да. Могу в письменном виде. Составить таблицу. Нарисовать диаграмму.

Получаю в награду слабую, но искреннюю улыбку.

— Не надо диаграмм. Достаточно простых извинений.

— Тогда я заранее прошу прощения.

— За что?

— За это, — увлекаю её в угол, где нас не видно с улицы и пригвождаю поцелуем.

Мешающее полотенце летит на пол. О, да. Под ним ничего. Как я и думал. Сплошная отрада для глаз. — У тебя когда-нибудь был секс в людном месте?

— Слушай, — притормаживают меня недовольно. — Я не до такой степени без комплексов. И так уже стыдно перед всеми, кто нас слышал.

Ха. А то, что слышали — это факт. Пару раз даже стучали в стену.

— Я тебя понял, — подхватываю хрупкую фигурку, отрывая от пола и утаскиваю обратно в номер, но недалеко. Буквально до соседнего с дверью панорамного окна. — Тогда будет секс с видом на Средиземное море.

— С видом для тебя? — смеётся Зои, вжимаясь спиной в стекло. Согласен. Ей не особо удобно разглядывать горизонты.

— Могу развернуть.

— Не надо. У меня есть идея получше.