Карта костей (ЛП) - Хейг Франческа - Страница 20

Снова улыбка.

— Лучше уж он, чем кто-либо другой. Некоторые хотели оставить меня на Острове на растерзание солдатам Синедриона. Саймон же был против. Он знал, что нам понадобятся все сильные воины и моряки, чтобы отправить с Острова последнюю группу. Он поддержал меня, когда все остальные отвернулись. Но потом был последний бросок к лодкам, и после этого я его больше не видел. Он плыл в другой лодке. Я даже не знал, жив ли он.

— И где он теперь? — спросила Зои у Салли.

— Он не так глуп, чтобы подолгу задерживаться на одном месте, — ответила Салли. — Тем более после разорения безопасных домов.

— Но ты знаешь, что он жив? И где прячется сейчас?

— Елена навещала меня на прошлой неделе, идя дальше на восток. Она недавно его видела.

— Где?

Салли как будто не услышала вопрос и обратилась к Дудочнику:

— Ты уверен, что Саймон хочет тебя видеть? Ты не особо-то популярен после трагедии на Острове.

— Мне плевать, если меня не встретят с распростертыми объятиями. Я все еще могу помочь.

— А если тебя встретят с обнаженными клинками? — спросила Салли. — Я знаю, что там произошло. Ты выбрал порвать с Ассамблеей. Если вздумаешь сейчас присоединиться к Сопротивлению, тебя могут убить.

— Могут, — спокойно кивнул Дудочник. — Но я приду к ним не один, а с тобой.

Салли покачала головой.

— Я давно отошла от дел, и ты это знаешь. Взять к себе Ксандера и заботиться о нем — самое большое, что я могу сделать.

— Мы все в деле, — возразил Дудочник. — Ты сама сказала: сеть Сопротивления рушится. Безопасные дома обнаруживают один за другим. Думаешь, альфы не доберутся до тебя в один прекрасный день? Этот дом и ловушки не смогут защищать тебя вечно. Идем с нами, и я смогу тебя защитить. И Ксандера тоже.

Салли одобрительно посмотрела на него и медленно рассмеялась.

— Хорошо я тебя научила.

— В смысле?

— У тебя всегда есть программа действий. Ты можешь говорить что угодно о том, что хочешь мне помочь и обезопасить нас с Ксандером. Но на самом деле я нужна тебе ради гарантии, что Сопротивление тебя не прогонит.

Дудочник не стал отрицать.

— Ты знаешь, как люди к тебе относятся. Ты лазутчица-героиня и можешь помочь объединить Сопротивление.

— Кем бы я ни была тогда, сейчас я просто старая женщина. Ты просишь меня покинуть мой дом. И мы оба знаем, что только дурак может обещать мне безопасность. Нигде не безопасно, особенно в наше время.

Салли бросила взгляд на меня.

— Вот это все, о чем рассказали Дудочник и Зои, — обратилась она ко мне. — Резервуары, убежища. Ты видела их своими глазами?

Я кивнула.

— В видении? Как Ксандер?

Я собиралась возразить, объяснить, что мои видения не такие. Но я бы солгала. Они были такими же, вот только я как-то умудрялась держать голову на поверхности их мутной воды, а Ксандер ушел под нее.

— Да, — сказала я. — Я видела их и лично, под Уиндхемом. Но видения показали мне все остальные. Сотни резервуаров. Тысячи.

Салли медленно кивнула.

— Когда видения приходили к Лючии, она всегда говорила, что их нельзя толковать однозначно.

— Она была здесь? Лючия?

— Дудочник и Зои один раз приезжали вместе с ней, несколько лет назад. Но тогда она уже теряла разум.

— Она годами преданно работала на Сопротивление, — сказал Дудочник, поглаживая рукой стол. — Ты достаточно долго заботилась о Ксандере, чтобы понимать, какая за это расплата.

— Вернемся к делу, — вмешалась Зои. — Необязательно об этом говорить.

Я повернулась к Салли.

— Лючия была права. Видения неоднозначны. Я вижу разные вещи, но не всегда понимаю, что они обозначают и когда случатся.

— Но насчет резервуаров ты уверена? — уточнила Салли.

— Да. Я видела их воочию.

Салли перевела взгляд на Ксандера. Он сидел на другом конце стола и смотрел на нетронутый кусок хлеба на своей тарелке, непрестанно шевеля руками.

— Она кажется вполне вменяемой, — обратилась Салли к Дудочнику и Зои.

— Эй, я тут сижу! — возмутилась я. — Не говорите при мне обо мне, словно я ребенок.

— Это слишком важно, чтобы волноваться о приличиях! — рявкнула Салли. — Ты просишь людей рисковать всем из-за каких-то видений!

— Вы понимаете, на какой риск мы пойдем, если вы мне не поверите? — спокойно парировала я.

Салли обратилась к Дудочнику, по-прежнему глядя на меня:

— Я веду эту борьбу больше восьмидесяти лет. Ты правда думаешь, что одна девчонка может все изменить?

— Нет, — честно ответил Дудочник.

Я бы ответила так же, но эти три буквы из его уст, произнесенные его обычным деловым тоном, выбили из моих легких весь воздух.

— Не в одиночку, — продолжил Дудочник. — Ей понадобится наша помощь. Моя и Зои. Но нас двоих недостаточно. Ты нужна нам, чтобы объединить Сопротивление и отыскать корабли. Возможно, послать новые. Не знаю, получится ли у Касс найти Далекий край или низвергнуть Синедрион. Но мне кажется, что она — лучший шанс для нас. И я совершенно уверен, что в одиночку она не справится.

Салли не сводила с меня глаз. Мне стоило бы привыкнуть к изучающим взглядам. Я выросла в доме, где все всех подозревали. Зак следил за мной, родители наблюдали за нами обоими. Даже сейчас Дудочник следил за каждым моим движением. Но взгляд Салли прошивал насквозь. Она смотрела на меня и, я знала, видела Ксандера. Его отрывистый лепет, его беспокойные руки.

— Значит, уходим на рассвете, — решила Салли. — Саймон недалеко от берега, в заброшенном карьере близ бухты Хоторн, где стоит на якоре половина флота. Двинемся на лодке, хотя бы поначалу. И, полагаю, нужно показать Касс документ о Ковчеге.

Глава 11

— О чем речь? — спросила я у Салли.

Та встала.

— О том, что я обнаружила более сорока лет назад, служа под прикрытием в Уиндхеме.

Салли подошла к камину и опустилась на колени. Я подхватилась, чтобы ей помочь, но Дудочник остановил меня прикосновением к плечу. Он позволил ей действовать самостоятельно: осторожно приподнять угол половицы и достать большой конверт, потемневший и покрывшийся пятнами от времени. Так же медленно Салли поднялась и вернулась к столу. Она несколько минут просматривала бумаги, прежде чем выбрать одну и выложить ее на стол между мной и Зои.

— Я нашла это, когда смогла на час проникнуть одна в личный кабинет Командора.

Дудочник упоминал Командора несколькими днями ранее, когда мы говорили о Воительнице. Командор был ее наставником, и, по слухам, именно она его и убила.

— Мне удалось стащить ключ от сундука с документами. — Салли разгладила листок, и пожелтевшая бумага зашуршала. — Это копия. Оригинал был совсем древним — я никогда не видела ничего настолько старого. Бумага тоже выглядела странно — невероятно тонкая и такая ветхая и заплесневелая, что крошилась на кусочки. Кое-где текст отсутствовал или не читался. Даже печать отличалась: крошечные, аккуратные буквы, совсем не похожие на нынешние. Я не рискнула украсть листок, и не только из страха, что Командор его хватится, но и потому что опасалась, что документ попросту развалится, если положить его в карман. Так что я переписала текст, который успела разобрать до возвращения прислуги.

Я склонилась над бумагой. Небрежный почерк, кляксы от чернил, посаженные спешащей Салли. Но не это затрудняло чтение и восприятие текста, а обилие незнакомых слов.

«6 год, 5 июня.

Меморандум (14 с) для Временного правительства Ковчега о стратегии выживания видов.

Как было отмечено в Приложении 2 (Отчет об условиях на поверхности вне Ковчега от экспедиции 3а), влияние взрывов на климат превосходит самые пессимистичные довоенные прогнозы с точки зрения масштабов и продолжительности ядерной зимы. Рассеянный свет проникает через облака пепла в течение 2 — 4 часов в сутки, продолжительность светового дня остается крайне низкой, недостаточной для ведения полноценного сельского хозяйства. Температура на поверхности понизилась до […]».