Хамелеон по неволе (СИ) - Малиновская Марина Юрьевна - Страница 58

— Садись, брат и рассказывай. Всё рассказывай, что можно и что нельзя. — Стас усадил Тома в кресло, а сам пододвинул к нему другое кресло и сел в него. — Я сяду рядом. Всё ещё не могу поверить, что ты живой, и ты вернулся. Так, где ты был так долго и почему не возвращался?

Прошло ни мало времени, прежде чем Том ему всё рассказал и ответил на все вопросы брата. Единственно, что он утаил от Стаса, так это его любовь к Миле, приключение со статуэткой «лесная нимфа» и о том, что знает, где сокровища семьи Бугровых.

— Значит, деда отравили и тебя тоже. — После раздумий произнёс Стас. — И ты сейчас пытаешься выяснить, кто это был.

— Да, кивнул Том, — и самое главное, для чего это было сделано, брат. Я так и не понял, чем мы с моим отцом помешали нашим родственникам.

— Да что тут непонятного? — Воскликнул Стас, вскочив с кресла. Он быстро зашагал по комнате, говоря на ходу. — Да из-за зависти! Вот из-за чего! — Он остановился напротив Тома. — Сам подумай, я то уж по этому поводу много лет думал. Семье… вдруг… наш дед объявляет, …что ты его сын! Это было шоком для всех. Уж мне-то можешь поверить. — Стас приложил ладонь к груди. — Дальше он объявляет, что у него есть ещё тайное наследство, которое он отдаёт…только тебе! — Стас раскинул руки в стороны. — Я вообще понять не могу, как Фрол с Нилом «дуба не дали» в тот момент. Они-то считали, что владеют всем в семье, даже твоей частью наследства, брат. И вот на тебе… — он сложил из пальцев фигу, и показал её в дверь, — получайте фигу от деда в виде нового тайного наследства!

Том слушал его, не перебивая. Все его выводы Стас только что ему подтвердил, но было ещё много вопросов, на которые он не знал ответа. И он задал один из них брату.

— Хорошо, деда убили из-за зависти и ненависти к нему. А меня за что? Я же ещё не получил наследство отца-деда и даже не знал, где оно находится.

Стас с полминуты думал над его вопросом, а затем слегка пожал плечами. — Не знаю ответа, брат. А может ты кому-то навредил? — Он почесал затылок и договорил. — Тогда кому из семьи? Не понятно… Вот, к примеру я, если бы «имел на тебя зуб», то сначала бы дождался, когда ты получишь наследство, а уж потом… — Он Махнул рукой и тяжело вздохнул.

— И что бы ты сделал потом? — Усмехнулся Том.

— Наладил бы с тобой отношения покрепче, чем они у меня были. Глядишь, ты бы мне и помог, и мне не нужно было бы жениться …на деньгах, что я и сделал. — Стас вновь сел в кресло рядом с Томом. — Знаешь, Клим, мне иногда кажется, что Господь наказал меня тем, что дал глухонемого ребёнка, а затем ещё и жену отобрал, тоже в наказание. Вот тебе, Станислав, за жажду денег и женитьбу без любви.

Он опустил голову в ладони и слегка застонал. Том тут же решил его успокоить.

— Всё, хватит, Стас, успокойся. Что было, не вернёшь, а что будет, нам не известно. Теперь живи по-другому и не совершай подобных ошибок.

— Вот поэтому я и выгнал Елену. — Стас прямо посмотрел Тому в глаза. — И ещё мне в этом помогла Мила. — Он усмехнулся. — Она раскусила эту девушку на «раз-два», а я почти год ходил за ней хвостиком, не замечая её алчности. Я вновь был ослеплён любовью к … её деньгам. Что же мне теперь делать?

— Теперь ты ни один, брат. Я рядом. И мы всё преодолеем. Поэтому нам надо договориться, как вести себя с нашим дорогим семейством.

В глазах Стаса загорелся огонёк, который был знаком Тому ещё с детства. Он всегда загорался в глазах брата, когда они играли в поиски сокровищ в его доме, и Том понял, что не зря признался ему во всём.

Часть 3.

Мила сидела на стуле в кухне и наблюдала за работой повара Кирилла. И работа его ей не нравилась. Да и вообще подготовка к ужину началась как-то странно.

В назначенное время она с Лилей пришли в кухню и получили распоряжение Дарьи Ивановны, которое их очень удивило. Старушка отправила Лилю на уборку трёх комнат, а Миле было запрещено появляться в столовой, так как обслуживать господ за этим ужином, поручено двум официантам-помощникам повара Кирилла. Он был в шоке от такого распоряжения, но промолчал, и работал с явным нежеланием.

Мила попыталась воспротивиться такому распоряжению, но Дарья Ивановна лишь вздохнула и ответила, что на то воля хозяев дома.

Лиля с сожалением ушла выполнять волю господ, а Мила принялась помогать на кухне, но тут возникла проблема. Лишь она подходила к Кириллу или обращалась к нему с вопросом, как парень шарахался от неё, как от зачумлённой, еле отвечал на вопросы и, в конце концов, Миле это надоело.

Она терпела, сколько могла, но потом её терпелка закончилась, и она смело подошла к столу повара.

— И долго это будет продолжаться, Кирилл? — Спросила она, поставив руки на пояс. — Что с тобой происходит? Куда делся весёлый пухлый повар, который своими ножами выстукивал танец с саблями на своём столе, разделывая утку или курицу? — Она сделала шаг к столу и ткнула в сторону повара указательным пальцем. — Да ещё он при этом улыбался, руководил своими помощниками, осыпал улыбками и шуточками меня с Лилькой? Куда он делся?

— Никуда не делся. — Ответил Кирилл, глядя на неё ошарашенными глазами. — Я тут стою и… работаю.

— Нет. Здесь стоит какое-то чучело в колпаке, со стёртой улыбкой и… — Мила ткнула пальцев парню в живот, — …фартуком, надетым задом наперёд. А это плохой показатель для хорошего повара.

Кирилл ахнул, глядя на свой фартук. Нож выпал из его рук на стол, он несколько раз моргнул и еле ответил. — Мила… меня увольняют из-за ….тебя. А мне этого так не хочется… — Лицо парня скривила гримаса боли и непонимания.

— Что? — Ужаснулась Мила, застыв на месте. Её указательный палец всё ещё протыкал живот парня. Наконец она «пришла в себя», слегка тряхнула головой, убрала палец от парня и произнесла. — Как это из-за меня? Не понимаю.

— Лишь мы вернулись с Лилей из города с покупками, и я вернулся в свою комнату, что бы слегка отдохнуть, ко мне пришёл господин Бугров. Молодой господин.

— Понятно. — Кивнула Мила. — Это был Нил Фролыч.

— Вот, вот… Это был он. И он обвинил меня в …приставании к тебе. — Парень произнёс эти слова, с опаской глядя на Милу. — А разве я это делал, Мила? Да, ты мне нравишься, но я…даже не дотронулся до тебя. Я так ему и сказал. А он тут же обвинил меня во лжи! Он сам видел, как я держал тебя в объятиях, а ты сопротивлялась. А перед этим он вообще слышал твой вопль о помощи. Представляешь, Мила?

Мила слушала его с открытым ртом.

— А потом он сказал, что бы я ни ждал никаких хороших отзывов о своей работе. Он их не даст мне! И ещё сказал, что это мой последний день работы в этом доме. — Парень вздохнул, и вновь взял нож в руку. — Мне приказано убираться из него сразу же после окончания ужина. А мне идти некуда. Я снимал комнату у хозяйки, и теперь она сдана на неделю туристам. Где же я спать буду этой ночью, Мила?

Мила вздохнула и проговорила. — Вот, значит, как, господин Бугров Нил Фролыч? Хорошо. — Она утвердительно качнула головой и смело посмотрела в глаза повара. — Спасть ты будешь в своей комнату, Кирюша, в этом доме и, поверь мне, очень долгое время. — Она резко развернулась и направилась к выходу из кухни, но в дверях задержалась и вновь посмотрела на повара. — Не вешай нос, повар-гардемарин, и … всё же переверни свой фартук на лицевую сторону, от греха подальше.

Прошло уже больше половины ужина, а обстановка за столом всё ещё была напряжённой. И напряжение это внёс Станислав, лишь появился в столовой. Он тут же объявил всем, что кем-то из них был отравлен.

— Я не ожидал от вас, мои дорогие родственники, что вы на такое способны. — Произнёс он, усаживаясь на своё место за столом. Он вопросительно посмотрел на Елену, которая тоже присутствовала за столом. — Это тебя не касается, Елена. Но…ты же собиралась уехать?

— Это я уговорила её остаться, племянник. — Произнесла Алла и улыбнулась. — Девушка была так расстроена, когда пришла ко мне. Она даже чуть не плакала, Станислав. Как ты мог так грубо разговаривать с ней, а потом ещё и… Ой, даже думать об этом не хочу. Мы, конечно, всё списали на твоё давление. Но ты появляешься за столом и обвиняешь всех в отравлении? Что это такое, Стас? Нам господин Джонс сказал, что у тебя было давление.