Хамелеон по неволе (СИ) - Малиновская Марина Юрьевна - Страница 60

Часть 4.

Слова Милы были для всех, как удар грома среди ясного неба. Почти на минуту в столовой наступила тишина, которую разрушил смех Елены Соколовой.

— Ну, что я вам говорила, господа? — Сказала она, обведя всех гордым взглядом. — Вот вам и сюрприз от служанки. И кто же твой жених, милочка?

— Кирюша. — Ответила Мила, потом слегка мотнула головой и договорила. — Мой жених — это ваш повар Кирилл. Мы влюбились с первого взгляда. Он такой добрый, мягкий, послушный и… разговорчивый. С ним так весело и легко… Но Нил Фролыч его уволил, да ещё так жестоко обвинив в насилии надо мной. А никакого насилия не было! — Воскликнула она. — Вы оклеветали моего жениха, Нил Фролыч. Как говорится, «услышали звон, а не знаете, где он». И теперь он, бедненький, еле работает в кухне. Он даже не может держать свой любимый нож в руке, как его колбасит. А фартук вообще повязал на левую сторону. А это, между прочим, большой грех для повара.

Семейка Бугровых и Елена во все глаза смотрели на Милу, и только Том, после минутного удивления, закрыл глаза, еле сдерживая, рвущийся наружу из его груди смех.

Мила тут же поняла, что он «раскусил» её игру и вздохнула с лёгкой улыбкой.

— Так, что, прощайте господа. — Она сделала шаг назад. — Спасибо, вам за то, что были моими хозяевами какое-то время. Теперь, как видно, мне предстоит идти своим путём, под ручку с женихом. — Она сделал ещё один шаг назад. — Но ничего. Мы не пропадём. Мой Кирюша — отличный повар и не пропадёт…

— Мила, остановись. — Прервал её слова Станислав, вставая со своего места. Он подошёл к девушке и указал рукой на свободное место за столом. — Сядь на стул за столом и поговорим. В ногах правды нет. Садись.

Мила села на стул рядом с Нилом и почти напротив Тома. Она боялась взглянуть на одного и другого, поэтому смотрела, как Станислав возвращается на своё место за столом.

— Итак, у тебя, Мила, есть жених? — Произнёс он, лишь сел за стол. — И ты его любишь и не хочешь с ним расставаться?

— Да, как саму себя. Он очень хороший человек.

— Так и не расставайся. Просто найди работу своему жениху рядом со своей.

Мила несколько раз хлопнула ресницами, прежде чем спросила. — Как это?

— Всё очень просто, девочка. — Стас ей улыбнулся. — Я сделал тебе предложение стать моим секретарём. Ты обещала, что подумаешь. — Мила утвердительно кивнула головой. — Так вот, пока ты будешь думать, пусть твой жених поработает на меня. Сегодня его уволил Нил, а завтра я принимаю его на работу в своём доме. Как тебе это предложение?

— Правда? — Воскликнула Мила, вскакивая со стула. — Да я вас расцеловать, готова, Станислав Олегович. Не пожалеете. Кирюша такой хороший повар! А как ножами орудует? Просто загляденье.

— Ишь, как она расхваливает его? — Вдруг усмехнулась Алина. — И хоть бы постыдилась врать? Да я сама видела, как буквально два часа назад, мой кузен Нил прямиком направился в твою комнату. После нашего разговора в библиотеке, мне показалось странным, почему Нил направился в мансарду. Да ещё так быстро и резво, что я этим заинтересовалась.

— Ты за мной следила? — Грозно спросил её Нил.

— Да. Я — женщина и мне было интересно, что тебя заинтересовало в нашей мансарде. И я увидела, как ты вошёл в её комнату. — Алина ткнула пальцем в сторону Милы. — Я спряталась на тайной лестнице для служанок. Есть у нас в доме такие лестницы. Так вот я там спряталась и решила подождать, что будет дальше. И увидела, как Мила возвращается в свою комнату. Ну, а потом… — она театрально закатила глаза к небу, — из комнаты стали доноситься кое-какие вскрики…удовольствия.

— Что?! — Мила на выдохе произнесла это слово, застыла статуей и …перестала дышать. Клевета этой девушки так её напугала, что она остолбенела, не в силах даже защитить себя.

— Что застыла? — Усмехнулась Алина, глядя на Милу. — Правда глаза колет? Но и это, господа, ещё не всё…

— Может, хватит? — Вдруг произнёс Том, вставая со своего места.

Он взял свой бокал с водой и подошёл к Миле. Вставив в её руку бокал с водой, поднёс к её губам и заставил сделать глоток. Она выпила воду и тут же обмякла. Том с силой усадил её на стул и обратился к Алине.

— Госпожа Бугрова, — произнёс он, глядя на Аллу, — я не подозревал, что приняв ваше приглашение пожить в этом доме, я буду вынужден почти каждый обед участвовать в судебных разбирательствах над людьми. Мне этого хватает и в другое время. Поэтому я буду вынужден покинуть этот дом. Но сначала… — он посмотрел на Милу, которая продолжала медленно пить воду из стакана, — я предлагаю этой девушке стать её адвокатом в деле о клевете, которую я только что услышал из ваших уст, Алина. Более того, я приложу все усилия, что бы этот процесс стал публичным. Уверен, что процесс против семьи Бугровых будет знаменательным и сильно разорительным для вашего семейства и бизнеса.

Со своего места тут же вскочил Фрол и быстро подошёл к Тому.

— Господин Джонс, — произнёс он, — простите Алину за вольность, которую она себе позволила. Я обещаю, что мы решим этот вопрос безболезненно для Милы и её жениха. Я отменяю все решения Нила по поводу увольнения повара. И Алла обязательно даст ему соответствующие рекомендации для его устройства на работу. Я даю вам слово.

Фрол тут же переключился на Милу, взял её руку в свои ладони.

— Мила, девочка моя, ты мне веришь? Я же никогда не обижал тебя. А если тебя обидел Нил, то я…

— Вот это мы сейчас и выяснил, господин Бугров. — Оборвал слова Фрола Том. — А пока, предлагаю всем занять свои места.

Фрол утвердительно кивнул головой, произнёс «как скажите, господин Джонс», и вернулся на своё место за столом. Том взглянул на потухшую Милу, затем на Алину, которая теперь сидела за столом белая, как мел, и с ужасом в глазах, и тоже вернулся на своё место за столом.

— Итак, если уж у нас началось судебное разбирательство над Милой, то предлагаю заслушать показания обеих сторон. — Произнёс он, оглядывая окружающих.

Фрол тут же кивнул. Алла кивнул нехотя. Стас согласился, произнеся «правильно, так и надо поступить». Алина в упор смотрела на Нила, который по виду был готов растерзать всех окружающих, но был вынужден согласиться с условиями Тома. И когда он кивнул, то это сделала и девушка.

И только Елена усмехнулась и проговорила. — Как у вас интересно. Ни одно событие, так другое. С удовольствие послушаю это разбирательство.

— Тогда начнём, — сказал Том и обратился к Алине, — госпожа Бугрова, вы подтверждаете все показания, которые мы от вас только что выслушали?

Алина кивнула. — Да, господин судья, подтверждаю. Я видела, как в комнату Милы вошёл мой кузен, а через полчаса и сама девушка. А дальше я слышала стоны…

Том тут же увидел болезненный взгляд Милы и то, как она отрицательно мотнула головой.

— Прошу уточнить, Алина, вы слышали стоны или… крики? — Спросил Том. — И помните о наказание за ложные показания.

Алина замялась. — Ну, я уже не помню точно. Стоны, крики… Какая разница?

— Хорошо. Об этом мы спросим другого участника этой сцены господина Бугрова Нила. Он, наверняка, помнит точно, что это были за звуки?

Все вопросительно посмотрели на Нила и Мила тоже.

Нил не отрывал взгляда от Тома. Его убийственный взгляд мог сразить любого, но не Тома. Он спокойно смотрел брату в глаза и ждал его ответа.

— Нет. — Проговорил, наконец, Нил. — Был не стон, а крик ужаса. — Он перевёл взгляд на Милу и добавил. — Девушка увидела большого паука, который спустился с потолка прямо перед её носом. Она испугалась и закричала. Очень сильно закричала. Я даже испугался.

— Хорошо. — Кивнул Том. — А что вы делали в комнате служанки Милы в тот момент, Нил?

— Ждал её, что бы поговорить. Я хотел узнать предпочтение девушки в одежде. Вы, Том, сделали ей подарок, прислав несколько платье. Пришло и мое время, сделать то же самое. Между нами, Том, существует договор о Миле с определёнными условиями? И каждый из нас выполняет эти условия. Я не прав?