Продленка для снежной королевы (СИ) - Ти Ана - Страница 27

— Не обижаюсь… Вера Ивановна, какой пример вы подаете ученикам? — Шутливо подшучивал над ней Тимур.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Мои ученики, в отличие от вас, Тимур Ильдарович, не заглядывают мне под юбку! — Вера решила сыграть с ним в эту игру. Обстановка немного разрядилась. Тимур лукаво улыбнулся, но ничего не ответил. В глазах бушевали маленькие черти.

— Давай вернемся к еде. Я сам голодный как волк.

— Ты на него и похож. — Буркнула под нос Вера.

Тимур кинул вопросительный взгляд на девушку, но опять ничего не ответил. Вере начало казаться что он записывает все в невидимую книжечку, чтобы потом опять провести “воспитательный момент”. Честно признаться, место где его тяжелая ладонь “воспитывала” Веру все еще побаливало.

— Раз ты всеядная, давай закажем пасту. Или ты за фигурой следишь?

— Пасту так пасту. — Пожала плечами Вера. Дабы не ударить лицом в грязь она решила отдать бразды правления в руки мужчины. Плюс, знания о разных пастах у нее было не больше чем о машинах, или таблице Менделеева.

— Какую хочешь? Сейчас закажу доставку, как раз доставят к нашему приезду.

— Честно, я не великий знаток пасты, пару раз ходила с бывшим в ресторан средней паршивости и заказывала карбонару. Так что, если знаешь что-то получше, то я только за!

Искренняя, немного детская улыбка Веры подействовала на Мартынова двояко. Ему нравилась ее открытость, впервые за все их тесное общение, они вели диалог и не ругались. В то же время, ее нахождение в его машине, расслабленной, в хорошем настроении, казалось таким… необычным.

Он знал Веру-учительницу. Частично познакомился с Верой-любовницей, но обычная Вера была для него загадка. Проанализировав их знакомство, он понял что ни черта о ней не знает. Какое ее любимое блюдо? Что она делает в свободное время? Есть ли у нее братья, сестры? Та он даже не знал какой у Веры любимый цвет. Внутри Тимура появилась резкая необходимость знать все о ней.

Мартынов мало интересовался жизнью своих бывших, их то и бывшими было трудно назвать. Но с Верой опять все по другому. Некая вина начала терзать изнутри мужчину. Еще и это упоминание о бывшем. Одна мысль о том что к ней прикасался другой мужчина, вызывало агрессию и… ревность. Тимур НИКОГДА не ревновал.

Затея провести с ней выходные начинала казаться все менее правильной. Отогнав дурные мысли Тимур вернулся к выбору еды.

— Тогда давай карбонару… нормальную, вкусную. — Подчеркнул Тимур.

Заказав две карбонары, Тимур добавил тирамису на десерт.

— В этом ресторане самое вкусное тирамису которое я когда-либо ел. Даже вкуснее чем в Италии.

— Ты был в Италии? — Задавать такой вопрос было глупо. Но вера все же решилась спросить. Ей хотелось узнать больше о мужчине сидящем рядом.

— Да пару раз.

— Красиво там наверно, — мечтательно протянула Вера.

— Ты не возражаешь если я задам вопрос личного характера? — Голос Тимура выдавал его напряженность.

— Не возражаю…

— Я знаю какая у тебя зарплата и премия, но ты не носишь брендовую одежду, у тебя нет машины, что опять-таки странно, и я никогда не слышал рассказов о твоих поездках куда-либо. Это не мое дело, и ты непохожа на игроманку или любительницу алкоголя. Ты на что-то собираешь деньги? У тебя долги? Извини что так в лоб, просто вишенкой на торте стала квартира в которой ты живешь. — Тимур напрягся, вопрос действительно оказался очень личным, и если вера решит не отвечать, он не будет настаивать.

Вера молчала. На лице девушки четко считывалось смущение.

— Извини, глупый вопрос, это не мое дело…

— Все в порядке, — перебила Вера, — мало кто интересуется моей жизнью, по этому странно отвечать на такие вопросы, — грустно улыбнулась девушка — по поводу машины, я трусиха, боюсь за руль садится. В брендовой одежде не вижу смысла, скорее по тому что у меня ее никогда не было, ну и плюс, ты когда-нибудь пытался отстирать мел или корректор? Это очень тяжело, — уже веселее говорила она. — Квартира не моя, тетя сейчас живет в Италии, кстати, и я присматриваю за ее жилплощадью.

“Эту конуру тяжело назвать жилплощадью” — Раздраженно подумал Мартынов.

— Ну а по поводу денег…. — Вера опять замялась, — у меня в файле написано, что из родных остались мама и бабушка. Вот за ними и присматриваю…

— Присматриваешь? — Переспросил Тимур.

— Да, помогаю с коммунальными платежами, на продукты и медикаменты. Сам понимаешь, на пенсию и минимальную зарплату прожить тяжело. Мама с бабушкой живут в доме, а это плюс всякие налоги на землю в конце года. Постоянно что-то, — опять эта грустная улыбка, от которой Тимуру еще сильнее захотелось сжать Веру в своих объятиях.

Мартынов тяжело выдохнул. Узнав, что Вера, практически, сама содержит родных, вызвали уважение к этой хрупкой девочке, и, в то же время, злость. Злился Тимур опят на себя, на то как обращался с ней раньше. Вспоминая те времена, когда открыто насмехался над ней, Мартынов был готов прострелить себе ногу, что бы хоть как то перестать чувствовать себя подонком.

— Можешь кинуть в меня чем-то тяжелым, но я все же спрошу, почему тогда ты не берешь взятки? Неужели ты не хочешь большего в этой жизни? — Тимуру самому стало отвратительно от такого вопроса, но любопытство в нем разыгралось не на шутку.

— Конечно я хочу, но не таким способом. Я, знаешь ли, еще хочу спокойно смотреть на свое отражение в зеркале. Да и не умею я брать взятки, у меня сразу все на лице написано, — отшучивалась Вера. — Это личный выбор каждого, я не осуждаю других учителей, кто соглашается на взятки, просто я не могу. Вот и все. Давай больше не будем о работе? Хочешь я расскажу тебе о русской литературе шестнадцатого века? Вкратце могу описать летопись про Ивана Грозного — захихикала Вера.

— Вера Ивановна, я верю в ваш профессионализм, по этому оставлю такую честь для наших учеников, — разделяя ее веселье улыбнулся Тимур.

Машина въехала на закрытую территорию жилого комплекса.

Выходные начинались интереснее, чем предполагали Вера и Тимур…

Тимур сразу заметил перемену настроения Веры. Он и сам был как на иголках. Не так он себе представлял все это. Стараясь разрядить обстановку Тимур аккуратно взял Веру за руку. По сравнению с ним ее ладошка казалась крохотной.

— Все в порядке? — Тихо спросил он, большим пальцем Тимур начал поглаживать внутреннюю сторону ее ладони.

От его движений Веру опять кинуло в жар. Поражаясь своей реакции Вера мысленно отругала себя, он просто держит ее за руку, а она уже поплыла как мороженое в летний день.

— Да…

— Вера, я ни в коем случае не хочу чтоб ты чувствовала дискомфорт. Если ты хочешь все прекратить, уйти, я не в праве тебя останавливать. В любом случае я сдержу слово и выполню то что ты попросила, — серьезность его слов расслабили веру. Тимур категорически не хотел чтобы девушка думала что она должна ему.

— Тимур, — выдохнула она, — ты пойми, я конечно не ханжа, но со мной такое впервые… и я, гм… немного волнуюсь. Поверь, если я захочу уйти, я уйду, ты же знаешь.

— Знаю. — Недовольно хмыкнул Мартынов, то утро он запомнит надолго.

В лифте опять ехали молча. Теперь эта тишина не вызывала раздражения или волнения, Тимур успокоился, они расставили некие точки над i.

Чем ближе они приближались к пентхаусу, тем сильнее нарастало напряжение. Вера не скрывая кусала губы, словно она на важном экзамене, в глазах стоял загадочный блеск. За долю секунды девушка словно опьянела. Внутри творилось что-то непонятное, словно все тело завернули в ежовую рукавицу. Дикий дискомфорт… из-за одежды. Вот оно, слишком много одежды. Вера дико хотела побыстрее снять все, полностью.

Тимур открыл входные двери, по джентльменски пропустил Веру первой. Пройдя пару шагов вперед, оглядевшись, девушка начала снимать пальто. Все было так же как и в тот раз когда она приехала сюда ночевать. Смотреть на огромный диван, на котором они спали, и не только, оказалось не просто. Вера уже устала смущаться, но поделать с этим ничего не могла.