Продленка для снежной королевы (СИ) - Ти Ана - Страница 6

— Интересно. Очень интересно, — спокойно высказался Мартынов.

Он не спешил, переваривал информацию, или возможно думал что ответить.

— Вы понимаете в какое положение ставите меня? — Мартынов вернулся в формальному обращению, что означало серьезность ситуации. — То есть Вы, Вера Ивановна, хотите что бы я сам разбирался с родителями, только потому что вы "не продаетесь"?

Последнюю фразу Тимур сказал с нескрываемым отвращением. Вере казалось, что он дал понять, часть про "я не продаюсь, и бла-бла-бла" его не устраивает.

— Тимур Ильдарович… — начала Вера, но он ее перебил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Вера, — тяжело вздохнув, Мартынов повернулся и посмотрел прямо на девушку.

Только сейчас Вера заметила то что раньше не замечала — он устал. Устал от всего этого, и скорее всего от Веры и ее бзиков.

Прикрыв глаза, Тимур продолжал думать как правильно поступить с ней. До конца семестра оставалось две недели. Если он ее уволит, то на поиски нового, ХОРОШЕГО, учителя уйдет пару месяцев. За это время родители одиннадцатиклассников порвут его на мелкие части и сожрут без соли.

О Вере и ее методах преподавания было много хороших отзывов. Те из учеников кто слушал и делал то, что она говорила, получали высокие баллы на вступительных экзаменах в университетах. Участники олимпиад по ее предмету всегда занимали призовые места. Она была хорошим преподавателем.

Что не так в этом случае? Неужели она решила показать, что она не такая. Выпендривается, или просто набивает себе цену. Тимур не мог понять сидящую перед собой девушку. Он не верил ее словам, у всех есть цена, и все, увы, продаются. Почему она решила пойти другим путем? Пусть берет взятку, он будет ее презирать как всех остальных, и дело в шляпе. Все должно быть просто, но она пришла к нему и теперь рушит всю систему.

Мартынов обошел стол и облокотился бедром об столешницу возле Веры.

"Слишком близко!" — внутренний голос Веры начал поднимать панику. Мужчина действительно был слишком близко, если он нагнется, то спокойно достанет до ее лица своим. Почему именно такой метраж пришел ей в голову, Вера не хотела рассуждать.

— Интересная ты, Вера. Хочешь казаться лучше других? — Мартынов сложил руки на груди, от этого мышцы рук и плеч напряглись еще больше, Вере казалось что вот-вот и ткань треснет. Только после пары секунд она поняла что он откровенно ее оскорбляет.

— Я ничего не пытаюсь. Я просто хочу чтоб вы знали мою позицию. — Старалась не повышать голос Вера.

— Вера, твоя позиция никому не интересна. — Отрезал Мартынов.

— Она интересна мне, — Веру начинало трясти от злости. Почему он ее провоцирует.

— И ты думаешь, что это лучшее место для такой принципиальной девушки? С такой позицией? — с иронией посмотрел на нее Тимур. Его веселила вся эта ситуация.

— Тимур Ильдарович, извините, но я не понимаю к чему этот разговор. Если вы хотите меня уволить, то так и скажите! — Вера не выдержала. У нее не осталось сил на перепалку с директором.

Веселая ухмылка сменилась серьезным лицом. Мужчина наклонился к Вере, одной рукой он оперся о стол другой взялся за спинку Вериного стула. Их лица оказались очень близко.

Вера оцепенела. Она боялась пошевелиться, лицо директора было на одном уровне с её, их разделяли пару сантиметров напряженного воздуха. В кабинете стало жарко, у Веры опять предательски пересохли губы. Она всеми силами пыталась не облизывать их находясь так близко к нему. Он смотрел прямо Вере в глаза, гипнотизировал.

— Вера, — он говорил тихо, с хрипотцой.

У Веры побежали мурашки по спине, внизу живота стало горячо, ее тело реагировало очень остро на этого мужчину. Это пугало девушку.

— Я не хочу тебя увольнять, — продолжил он, — я понимаю твою позицию и уважаю, но ты долго не продержишься здесь если продолжишь в таком духе.

Тимур продолжал смотреть на девушку. Вера приоткрыла рот, но не могла подобрать слова. Она все еще переваривала сказанное Мартынов, и ей жутко мешали собраться с мыслями его губы, которые были уж слишком близко.

Тимур резко отстранился от нее, развернулся и вернулся за рабочее место. Сев за стол он продолжил смотреть на Веру. Он ждал ее ответа.

— Я понимаю, — девушка опустила голову, — но это мой выбор. Я понимаю что будут последствия. — Тихо добавила Вера.

Сказать ей было больше нечего. У нее начинала болеть голова.

— Хорошо, я учту все о чем мы говорили. С Симакиным проблем нет? — серьезно спросил Тимур.

— Нет, — почти шепотом ответила Вера. Во рту появился горький привкус отвращения. Она подписала договор с дьяволом.

— Я могу идти? — поднимаясь со стула спросила Вера.

— Идите.

Мартынов вернулся к просмотру бумаг. Про то что тут была Вера он уже забыл.

Вера вышла из кабинета, Тамары Степановны уже не было. Пятница вечер, все спешат домой, но не он. Вера посмотрела на закрытую дверь кабинета директора и тяжело вздохнула. Куда она вляпалась?

— Нужно разложить книги, — грустно произнесла Вера.

Девушка начала смеяться, это был смех от отчаяния, она устала. Нужно было позвонить маме, узнать как там бабушка.

Эти и следующие выходные она не может поехать к ним, а вот когда закончится семестр, обязательно навестит.

Следующие две недели были очень напряженными. Так бывает каждый семестр, учителя и ученики сходят с ума. Вера была занята не меньше остальных.

Она перевела на мамин счет небольшую сумму денег. Бабушка шла на поправку, осложнений не было. Вера звонила каждый вечер проверяя или бабушка приняла таблетки, что прописал доктор. Как любой человек в возрасте, бабуля не любила таблетки и любила самолечение. Вера и мама боролись с этим как могли.

Вторая неделя Декабря подходила к концу, все финальные экзамены были написаны, хвосты зачищены. Учителя готовились к не менее важному событию, вечеринке по окончанию семестра. Это была традиция.

В фильме "Ирония судьбы" раз в год собирались в баню, а в этой школе было принято собираться и праздновать окончание семестра. Несмотря на столь странную традицию Мартынов был не против, и даже присутствовал на каждом мероприятии.

Вера прибежала в учительскую как раз вовремя. Все было готово к грандиозному празднику.

Одноразовая посуда, сырные и колбасные нарезки из соседнего супермаркета и алкоголь.

Народ потихоньку собирался, Роза Ларионовна восторженно ахала, подзывая всех к столу. Увидев в дверном проеме директора школы она быстро поспешила к мужчине.

Вальяжно взяв Тимура под руку, Роза Ларионовна потащила его к столу.

— Ой, Тимур Ильдарович, давайте я за вами поухаживаю, — она схватила одноразовую тарелку и начала накладывать всякие вкусности Мартынову.

— Спасибо, Роза Ларионовна, много не накладывайте, я не голоден. — Мартынов был вежлив и сдержан.

— Как скажите, — Роза Ларионовна вручила почти полную тарелку Тимуру. — Выпьете с нами в честь праздника?

Вере показалось или Роза Ларионовна кокетничала. Это выглядело очень мило, как будто мама ухаживает за сыном. Мартынов одарил женщину сдержанной улыбкой и попросил налить ему воды.

— Ой, даже разочек не поддержите компанию? — уговаривала Роза Ларионовна.

— Я за рулем Роза Ларионовна, — менее приветливо ответил Мартынов.

— Розочка, отстань от Тимура Ильдаровича, — Виктор Иванович аккуратно взял женщину под локоть и отвел в сторону подальше от директора.

Мартынов не теряя время отошел от стола.

Народ разбирал тарелки, наливал напитки в пластмассовые стаканчики. Вера не стояла в стороне, она была голодна, за целый день девушка выпила только пару кружек кофе.

Мартынов стоял в другом конце аудитории. Облокотившись на подоконник он держал в руке пластмассовый стаканчик. Его взгляд был сфокусирован на Вере. Он не просто смотрел на девушку, он сверлил её взглядом.