Воришка, хочешь в семью? (СИ) - Коротко Ольга - Страница 15

Хуже всего здесь было с окружением. Все учащиеся делились на четыре больших группы — прикладная магия, боевая магия, целительство и артефакторика, а дальше у каждого ученика было свое личное расписание. Мечты о том, что у меня, как у любой студентки, будет дружная группа были не учтены этим миром. Кроме того, здесь много учились. И первый месяц я на волне энтузиазма вторила всем остальным. Могу подтвердить — дружить становиться некогда!

Иногда удавалось подсмотреть как общение протекает у нормальных, тех кто в клане, студентов. Действительно, больше всего это напоминало семейные отношения, даже без кровного родства. Старшие помогали младшим в учебе, защищали от недоумков и довольно грубо объясняли правила тем, до кого долго не доходило. Так, например, одного первокурсника подвесили за штаны на штырь в коридоре за то, что он лез к девушкам в комнаты, стараясь увидеть их в неглиже. До сих пор помню эту красную рожу недовольства и стыда.

Меня в семьи тоже звали, но без особого энтузиазма. Один особо выделился, спросив: “Пойдешь к нам?” Получив отрицательный ответ он счастливо смылся. Похожая реакция была у всех, кто ко мне подходил. Да, предлагали по-разному, некоторые предложения были приятны с финансовой точки зрения, но доверять никому нельзя. Плавали — знаем!

Со стражем академии, который для меня был и остается милым песиком, мы договорились. Нам удалось наладить общение и он даже мог отвечать на мои вопросы. Волк, имя стало нашим совместным творчеством, давал мне левую лапу, если ответ нет и наоборот, правую, если ответ да. Марицио уверил меня в том, что страж все-все понимает, так что может просветить меня во многих вопросах.

Первым делом я спросила у него насколько реально то, что я вижу. Может у меня затяжные галлюцинации? Волк дал левую лапу. Хотя откуда галлюцинации знать о том, что она галлюцинация. Ладно. Дальше были вопросы про то, как мне следует себя вести. Стоит ли присоединяться к одному из кланов. На какой факультет пойти. Что лучше всего из еды в столовой. Из-за перечисления вариантов мы общались довольно долго, но мне это было по нраву. Так мой мозг получал заслуженный отдых, а приятная компания грела душу. Волк стал моим первым другом в соединенном королевстве.

Но вскоре друзей у меня прибавилось. Переломным моментом стал урок по ментальным блокам. Мне нужно было заранее подготовиться, но я расслабилась от того, что ничего особого не происходит. На уроке преподаватель выжил из ума и стал меня провоцировать. На весь учебный класс сказал о том, что я неучтенная и моим родителям стыдно давать фамилию такой дочери, поэтому у меня нет клана. Я и прежде знала, что моя семья — довольно болезненная для меня тема. Поэтому не смогла удержаться от того, что видела во снах. Неловкий жест пальцами, мысленное усилие и вуаля! Преподаватель корчится на полу, а по аудитории прошла волна удивленного восклицания. Так всем, в том числе и мне, открылась моя способность к ментальному воздействию.

За следующие несколько суток я поняла, как хорошо мне жилось до этого. Меня игнорировали, но хотя бы не трогали. Теперь же меня старались задеть и унизить. Не учли, что я дворовая девчонка, так что драться научилась раньше, чем читать. Показательное выступление и я снова в зоне отчуждения. Плюс выговор от ректора и едкое: “докатились!” от его секретаря.

Марицио, к которому я бегала плакаться в жилетку, успокаивал меня тем, что подобное отношение никак не связано со мной лично. Все дело в тех первых, что решили захватить власть. Среди них были ментальщики десятого уровня, а значит для них не было проблемой внушить подданным короля мысль об его убийстве. Со мной все еще хуже. Я могу не просто внушить какую-то надоедливую мысль в голову, а управлять человеком от и до. Было бы лучше, если бы меня учили на дому, а в академию отправили развивать другое направление магии. Всем так было бы спокойнее. А теперь иди учись…

— Привет! — ко мне подошла юная девушка невероятной внешности. Белые ресницы и брови, черные волосы и бледная кожа. — Давай ты будешь моим принцем?

— Привет! — представила себя в роли принца и мысленно расхохоталась. — Прости, не могу. Принцами бывают только мужчины.

— Принцами бывают те, кто честен помыслами и обладает силой. — возразила она мне. — Твоя сила велика. Значит не чисты помыслы?

— С такой точки зрения я ситуацию не рассматривала. А зачем тебе принц?

— Для защиты от коршунов. — девчонка явно повторяла чьи-то слова. — Мои родители умерли, а родственники растаскивают наследство с согласия старших в семье. Ты могла бы им приказать.

— Тут я тебе не помощник. За такое и под стражу берут. Но временно отодвинуть кражу твоего наследства на второй план мы способны.

После недолгих переговоров у нас созрел план.

Главной женщине семейства начали слать любовные письма и цветы, подбирая такое время, когда это мог увидеть ее муж. Самой нервной паре, это я выяснила заранее, мы посылали письма со штрафами. Их было сложно отличить от настоящих, поэтому надеялись на долгие разбирательства. В каждом доме срывало трубы, выходила из строя канализация и ломались поддерживающие холод артефакты. На запотевших стеклах появлялась надпись: “Я знаю, что вы намереваетесь сделать!”. Прочие мелкие неприятности, о существовании которых меня просветил кинематограф, полились градом на семью полу-эльфов. Мне не было страшно от того, что нас поймают. Здесь подобная расправа никому не приходила в голову, так что все предостережения спишут на счет высших сил. Удобно!

Что удивительно, так это то, что жена главы семейства решила будто муж ей изменяет. А любовные письма и цветы нужны для того, чтобы усыпить ее бдительность и оставить виноватой. Воистине, у женщин, оставленных в одиночестве, фантазия богаче всех сокровищниц мира. В итоге от девчонки, что подошла ко мне с запросом на принца, отстали за несколько недель. Глава семейства поехал с женой в путешествие, а остальным членам семьи приказал вести праведную жизнь.

Сказать, что это изменило мое пребывание в академии, это ничего не сказать. Из персоны нон грата я стала одной из самых обсуждаемых девушек академии на целую неделю. Сплетни тут распространяются быстро, но и также молниеносно гаснут, если их не подогревать. Мне это было без надобности, ведь хороший вор — незаметный вор. Пусть моя жизнь изменилась, но я не чувствовала под этим никакой основы. Малейшая ошибка и все вновь вернется на круги своя.

Из недели под софитами я вынесла несколько полезных знакомств, доброжелательное отношение с теми, кто раньше только фыркал в мою сторону и двоих приятелей. Думаю, их интерес был сугубо физиологического рода, но я не спешила им что-либо разрешать. С парнями мне всегда было проще, если не брать в расчет сестричек семьи Браун. Мужчины любого возраста не могут устоять перед красотой и женственностью, готовы выпрыгивать из штанов, лишь бы их похвалили и отметили. Это на руку таким девицам как я.

Их ответы меня обрадовали. Никаких филиалов у академии нет, без экзаменов берут тех детей, что находились на домашнем обучении с репетиторами из работников академии или ее выпускников, разделения по богатству здесь не приветствуется, считается что все ученики равны между собой, а описание каждого ученика есть в картотеке, которая хранится в кабинете ректора. Информацию за предыдущие года можно найти в архиве, который находится в подвалах.

Пусть это стратегически неверно, но пообщавшись с парнями несколько дней и даже не запомнив их имена, решила свести общение на нет. Я слишком зациклена на том, как было здорово у семьи Браун. Общаться с людьми, которые думали и вели себя иначе, было неинтересно даже ради выгоды. Конечно, если ничего не выйдет, то я вновь вернусь к алкоголю в барах и случайным знакомствам, однако в тот период мне показалось, что в мире существуют те, с кем невероятно комфортно. И чье нахождение рядом помогает расти над собой. Возможно я просто поменяла зависимость на зависимость, кто знает.

На учебе меня хвалили. Я выбрала темп, при котором у меня были редкие оценки на отлично, но при этом я не скатывалась на удовлетворительно. В нашей системе образования меня назвали бы хорошисткой. Не сказать, что я не смогла бы лучше. Скорее стремилась не выделяться, да и боялась, что вот-вот и мне надоест.