Когда мертвые открыли глаза (СИ) - Панасенков Вадим - Страница 57

Я вышел из тени.

Меня тут же заметили. Мыша обрадовался, но он меня мало волновал.

— Оленька… — Обрадовано прошептав одними губами.

Она так же заметила и остановилась. Я не сразу заметил на девушке балахон и медальон. Но вот суровое лицо говорило о многом. Не узнала? Или же…

— Демон, убивший моего дядю. — Сцепив от злости зубы, прошипела она.

С этими словами. Сломя голову Оля ринулась ко мне. На ее руках блеснула сталь. И я опомниться не сумел, как она заехала кулаком в солнечное сплетение. Это было больно. Слишком больно и только сейчас я увидел на руках кастеты. И видимо оружие было заговорено. Так как меня скрючило. Второй удар пришелся в висок.

— Стой! Не надо!

Испуганный крик Мыши послышался откуда-то сверху. Я что лежу на земле? Едва оторвав щеку и подняв голову, я увидел перед собой злую девушку в балахоне.

— Не надо! — Оказавшись рядом. Проныра попытался ее оттащить, но лишь выхватил оплеуху, после чего упал на колени.

— ТЫ убил моего дядю и занял его тело! — Оля замахнулась, и я снова ощутил жгучую боль растекающуюся по телу.

— Это же я… — хрипел и плевался кровью. Мне хотелось достучаться до племянницы. — Я Влад. Тот самый, у которого ты сидела на руках…

— МОЛЧАТЬ!

Ольга наносила удар за ударом. А с глаз девчонки текли горькие слезы.

— Я все видела! Видела, как ты умер! Ты не дышал. А сердце не билось и чтобы я не делала. Ты не просыпался! И после этого будешь говорить, что ты не нежить!

— Все сложно… прошу, выслушай меня! — Закрываясь руками, я пытался избежать ударов. Но Ольга била без сожалений и без колебаний.

— Все просто, Влад…

Она остановилась и поднялась на ноги.

— Все очень просто. Ты сегодня умрешь!

Удар! Сильный и хлесткий. И я провалился в черноту. Где из темноты на меня наблюдали два кроваво-красных глаза. Монстр внутри ликовал. Это было слышно по его довольному сопению.

«Только попроси» — Нечеловеческим голосом прорычал зверь.

Я очнулся. И оказалось, что сижу на стуле, а руки намертво привязаны к подлокотникам. Попытка освободиться, не увенчалась успехом.

— Веревки заговоренные. — Мужской голос исходил из-за спины. — Вырваться тебе не под силам.

Вперед вышел мужчина.

— Я Малфой. — Представился он. — Хотя, кажется, мы уже встречались.

— Было дело. — Свой голос едва узнал, он казался чужим даже чуждым.

Преподобный обошел стол и покосился на лежащий кинжал. Он ухмыльнулся и взялся за рукоять. Я дернулся. Представил, как кинжал в этот момент пьет его силы и вскоре он забьется в судорогах и умрет, но ничего подобного не было. Малфой вытащил кинжал и повертел в ладонях.

— Щиплет. — Признался он. — Странное чувство, значит рукоять пьет жизненную силу, а черный клинок успокаивает нежить.

Сидя привязанным в стулу, все что оставалось это наблюдать, как мой кинжал, который служил верой и правдой, сейчас покоился в руках преподобного.

— Нож тебе так же он дал? — Улыбнулся Малфой и на мой немой вопрос добавил. — Человек из преисподней.

— Так значит и ты вернулся обратно. — Догадался я.

На это, преподобный расстегнул мантию и продемонстрировал татуировки, которые покрывали все его тело. Правда они не были вырезаны, а нарисованные несмываемой черной краской, но сути не меняло. Они один в один повторяли линии запечатующей пентаграммы.

— Я так же имею силу убивать оживших. — Воскликнул преподобный, и указал пальцем на медальон. — С его силой я очищу землю от скверны.

— Ты же убиваешь невинных…

— В войне все средства хороши. — Оскалился Малфой. — И это только начало, я полностью перекрою этот мир.

— Алчный человек не сможет адекватно править.

— Я не алчный! О нет! Тут ты ошибаешься! Я хочу стать Богом!

— А что я не так сказал…

— Вот что ты сделал за все время скитаний по развалинам мира? Чего добился, после возвращения? Правильно! НИЧЕГО!

— А я построил орден, и контролирую огромный участок территорий.

— А как же задание…

— Плевать! Путь неупокоенные и дальше ходят по суше, это лишь ускорит мое становление в ранг божества! К тому же, избавившись от демонов, мы так же умрем. А я хочу жить!

— А Оля тебе зачем?

— Это твоя племянница? Как же тесен мир. Она обладает силой усиливать мой медальон, а так же…

С этими словами он закатил рукава и умылся в воде, видать, прозрачная жидкость была заговорена.

— А так же дает временный иммунитет. — Улыбнулся он.

Мне показалось. Или тень промелькнула у приоткрытой двери. Если не изменяет память, то до этого она была запертой. Возможно, это всего лишь сквозняк…

Малфой снова укутался в мантию.

— Отпусти меня. Ты же знаешь, что я не демон.

— Увы, мой друг, но твоя смерть послужит лишь во благо.

— Тебе во благо?

— Моей идее

— Ублюдок!

— Но-но, прошу не выражаться, я все же священнослужитель.

Смеясь, Малфой покинул комнату, оставив меня наедине с мыслями.

Глава 41: Показательная казнь

С рассветом, в пригороде Рудова, собралось много народу. Здесь присутствовали и члены ордена и простой люд. Так же почтили своим присутствием и верхушка местной власти. Последним было неловко находиться в непосредственной близости с висящими мертвецами, а так же с вооруженными монахами. Преподобный Малфой специально собрал всех, чтобы устроить показательную казнь.

Здесь же находился и Мыша, который затравленно озирался и дрожал.

Рядом с Малфоем, по обе стороны, стояли Элизабет и Ольга.

— Молодец, Ольга. — Похвалил подопечную, преподобный. — Ты хорошо справилась.

— А вот Элизабет не смогла. — Девушка решила поддеть старосту, и это ей удалось. Женщина в красном побагровела, а глаза покрылись кровавой сеткой. Ольга победно улыбнулась. — Хотя именно ее отправили по следу демона.

Элизабет делала вид, что ей все равно, хотя внутри бушевало пламя.

— Вы правы, верховная Ольга. — Поклонилась Элизабет. — Ваши заслуги перед орденом, неоспоримы.

— Было бы хорошо, если в твоих словах звучало больше искренности.

— Мои слова исходят от самого сердца, верховная Ольга. — Пролепетала женщина в красном наряде.

Ольга фыркнула и отвернулась.

Малфой затягивать с казнью не стал и начал свою речь, которая порядком затянулась и длилась около часа. Я даже устал выслушать бредни. И, через время, сам хотел полезть на кол, лишь бы не слушать всего этого. Люди ему аплодировали. Аплодировала и местная власть.

— Пссс… пссс…

Я повернул голову и увидел Мышу, который махал рукой, привлекая внимание. Я наклонился и проныра шепнул на ухо.

— Малфой не тот за кого себя выдает. — После этого глазенки забегали. — Я видел его татуировки. Они такие же, как и у тебя.

— Я и сам понял это. — Проговорил я. — Твоя информация устарела.

Проныра крякнул:

— Если знаешь, так почему не поговоришь с ним? По-братски так сказать. Вы же состоите с ним в одном клубе — клубе любителей татуировок. Не чужие люди, мля!

Если бы все было так просто и легко. Малфою я не нужен, он хочет власти, а нахлебники, вроде меня, будут только мешаться под ногами. Это все бессмысленно. К тому же, если бы он хотел, то отпустил еще там, находясь на базе.

— Ты поговори-поговори! — Не унимался Мыша.

И я, вздохнув, обратился к преподобному, который как раз закончил речь.

— Малфой, ты играешь с огнем. — Преподобный поднял руки в приветственном жесте, его ладони были обращены к толпе. — Опасно заигрывать с мертвецами. Уведи людей отсюда.

Глава ордена лишь засмеялся:

— Ты все еще не признал мою силу. Посмотри сюда! Видишь этих людишек! Они боятся, а я их единственная защита!

Я видел людей, над головами которых, возвышались огромные пики и кресты. На которых висели неупокоенные. Открывая рты, оголяя гнилые зубы, и дергая конечностями, они пытались дотянуться до свежего мяса. Люди и правда, позабыв об опасности, внимали словам Малфоя. Они видели в преподобном надежду на спасение. Избавителя! Героя! Чем тешили его самолюбие.