Дингир (СИ) - Касперович Виталий - Страница 4

Пьяный дядька не понимал, что тот несёт, но где-то на 60 % он осознавал факт обвинения. После чего его бледные голубые глаза выпучились и наполнились оттенком трезвого человека.

— Не смотрите на меня так… А вы думали, что вам всё сойдёт с рук?.. Запомните: “правду в открытом бою никто не победит”.

Встав с высокого, барного стула, он поправил воротник чёрной кожанки.

— В общем, вот что я думаю: Судя, по вашим словам, и реагированию на расставленные мной раздражители, вы то и есть убийца, убили того парня, и он когда-то был вашим другом. Вы с ним давно не виделись и вот: “долгожданное воссоединение: вы алкаш, а он социальная элита”. Я не считал, но ранений на жертве было много. Для хладнокровного убийства это явный перебор. Гнев!.. Вот что это. Первое приходит в голову — ревность, а в вашем случае: и зависть тоже… “Шлюхи” — так вы отозвались о прекрасной половине человечества? Думаю, вы имели в виду конкретную “шлюху”. Она была вашей девушкой, но теперь она мутит с вашим бывшим приятелем. “С этим козлом богатеем!” Но глядя на вас — эта девушка вполне могла сказать следующее: “Нафига мне нужен такой алкаш как ты!” И со временем вы сами стали так считать. Вы частично понимали свою никчёмность, однако услышать подобное от другого человека, это скажем… способно сильно ранить. Тут вы и задумали преступление…

Парень полез в карман и достал оттуда карточку, чтобы показать её собеседнику.

— Я нашёл в кармане жертвы визитку с адресом этого бара, это говорит о том, что вы заманили его в это место, так как богатый человек не стал бы организовывать встречу в этом дряхлом баре, а вы, судя по диалогу с барменом на момент заказа виски, явно завсегдатай… Когда я вошёл сюда, то предполагал обнаружить здесь какие-нибудь улики, а то, что я наткнулся на вас — чистая удача. А теперь я чуточку углублюсь, касательно мотива: Ваша бывшая являлась просто гонцом с плохой вестью, не более. Но, тем не менее, этого было достаточно, чтобы вы убили своего друга, так сказать: устранили олицетворяющий источник того, кем вы не стали и какой отрицательной личностью являетесь сейчас в глазах матери: именно ваша бывшая разозлила вас, но вы её не тронули… почему?.. Потому что в вашем мыслительном шаблонном арсенале есть хоть что-то хорошее: вы воспитанный человек; предположительно одной лишь матерью. И, так же, как и на мать, вы попросту не смогли поднять руку на свою бывшую, то есть поднять руку на критикующую вас женщину. А вот перенаправить, а затем с двойным уроном ударить по проекции хорошего, которая отразила в вас плохое — это сразу. И как результат этой примитивной, человеческой системы, мы наблюдаем труп, и пустую трату моего времени.

Раздался звон дверного колокольчика, предвещая пополнение посетителей.

— Ну и вонища! Тут у них что, даже освежителей воздуха нет? — Капитан сперва нашёл молодого парня взглядом, а после направился к нему… — Эйн, ну что тут у тебя?

Пьяница, заметив приближающуюся к нему полицейскую форму, не выдержал, вскочил с места и в панике попытался сбежать.

Рука Эйна в ту же секунду пресекла эту безнадёжную попытку, словно он заранее предвидел побег. Когда крепкая хватка впилась в шкирку нетрезвенника, то его рывок сыграл против него. Так же показала свои клыки и, нелюбящая пьяниц, гравитация: и тело, пропитанное дезориентирующим ядом, бодро слегло на пол всей спиной.

— Грубый подход, — прокомментировал капитан. — Ты что уже нашёл первого подозреваемого, Эйн?

— Не подозреваемого… — Указал он на дядьку, безмолвно корчащегося на полу: — А убийцу… Он ваш убийца капитан, забирайте.

— Поднимите, — распорядился тот. Двое полицейских подхватили пьяницу за локти и поставили на обе ноги; едкое облако невидимого амбре ударило им в ноздри и те отвернулись прочь, сделав своё дыхание очень поверхностным. — Эйн, не хочешь сперва объяснить?.. С чего ты взял, что это наш клиент, где улики? Я, конечно, не критикую, это твоё расследование, но…

— Он сам ходячая улика, капитан. Для начала: полоса из красных капель на его правом плече. Её диагональ указывает на то, что этот мужик сравнительно недавно замочил кого-то, путём нанесения нескольких колотых ранений. Речь идёт о маленьком ноже, что на данный момент находится в его правом кармане. Он заманил жертву, поэтому прихватил с собой оружие, которое легко спрятать, но более это невозможно, — Эйн указал пальцем на измоченный в красном цвете карман подозреваемого. — Весьма видимый факт. Бьюсь об заклад, он даже не пытался это скрыть, а тупо пошёл в бар и здесь нажрался, подсознательно считая, что алкоголь — это эликсир невидимости, бегства, или определённости.

Воспользовавшись перчаткой, капитан вынул улику из обагрённого кармана. Поняв, что это такое — его лицо дополнилось издевательской улыбкой.

— Ага, что тут у нас? У кого-то очень большие проблемы, — вилял он окровавленным ножиком перед пьяницей как косточкой перед собачонкой… — Увидите его! Больше не могу видеть его рожу!

— Постойте! — Эйн остановил полицейских.

— Что такое?

— Напоследок хочу ему кое-что сказать…

— Ну ладно, валяй. Твоя обезьянка… — Капитан обратился к полицейским: — Отпустите! — Этот приказ они выполнили особо быстро, и после, те отошли на два шага. — Переживать не о чём. Если он сможет удрать в таком состоянии, то я наряжусь в костюм страуса и прыгну в вольер со львами.

— Послушайте… — Эйн подошёл к подозреваемому ближе. — Вы ещё не полный дебил…

— Отличное начало, — отметил капитан.

— Тот факт, что вы сидели здесь и пытались заглушить этот поступок, говорит о том, что ваше сознание почти приняло решение: прийти в полицию и ответить за совершённое преступление… Местью не насытишься, а лишь станешь жирнее. Сначала ты сосредоточен только на объекте своей ненависти, но когда ты её совершишь, то она выйдет из-под контроля. Она будет направлена не на одну точку как ранее, а на всех остальных, включая тебя самого… — Пьяница вдумчиво опустил голову… — Если у человека забрать то, что он любит, то он вмиг возненавидит весь мир… так вы и поступили. Но, всегда можно начать любить что-то ещё, верно? — наклонившись, сказал Эйн с лёгкой улыбкой… — Ладно! — резко выпрямился… — Капитан, я всё.

Тот молча повертел указательным пальцем, направленным кверху и двое полицейских, неохотно увели подозреваемого из бара…

Отбросив сомнительные догадки, капитан решил спросить напрямую:

— Иии… что это сейчас было?

— Что именно?

— Ну, вот это твоё нравоучение в стиле мастера Йоды?

— Просто пытаюсь сделать мир чуточку лучше, капитан, вот и всё.

Сказав так, Эйн ушёл…

Покинув затемнённый бар, он оказался на свету, что слегка ударил по глазам.

Тиен заметил напарника и тут же отвлёкся от своего блокнота:

— О Спайр… — перебил он себя, — Эйн, ты уже закончил?

— Дааа… — настороженно ответил тот, зрительно анализируя место преступления… — Что это за свинарник?..

Судя по следам на снегу и теперешнему положению тела, его явно перекатывали несколько раз, будто палас или снежный ком; причём очень разнообразно.

— Тиен, твоих рук дело? — почти утверждая, спросил Эйн.

— А-а-а, это… — Почесав затылок, Тиен расслабленно добавил: — Хм-хм…

— Не важно, дело уже закрыто, идём.

— Ок-чё… А куда? Ведь до соревнования по криминалистике осталось ещё много времени? — Тиен догнал напарника. — Мы слишком быстро освободились, наши до сих пор возятся на месте преступления, чтобы всё задокументировать. А ты, кстати, придумал, на какую тему будешь говорить? Я вот, всю ночь готовился.

— Нет, — безэмоциональной скалой ответил тот.

— Что?!.. Ты ведь в курсе, что там будут присутствовать самые крутые эксперты. Это отличный шанс выделиться! Конкуренция будет жёсткой. Ты можешь и по шее получить от начальства, если не выделишься. Все держат за нас кулачки.

— Это детский сад… — в осуждении и смирении произнёс Эйн. — Ладно, всё равно делать нечего…

— О, Круто! Это уже другой разговор! Берегитесь, сам Спайро идё-ё-ё-т! — изобразил Тиен походку гигантского монстра. Эйн некрепко улыбнулся. — И всё же ответь, куда мы идём?