Лето выбора (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 57

- Лишь бы не заскучать дома?

- Примерно так.

Яна кивнула.

- Подскажете мне, что там у нас хорошего есть на границе. Наверняка, часть владений лишилась своих хозяев.

Валежный грустно кивнул.

Лишилась. Куда деваться? Гражданская война.

- Вот. Указ я напишу, и подпишу... мы когда выступаем ему вдогонку?

- Уже завтра, ваше...

- Антон Андреевич!

- Завтра, тора Яна.

Яна довольно прищурилась. Да, в Звенигород. Определенно, туда! Ее там ждут!

Видимо, размышления достаточно ясно отразились на симпатичном личике, потому что Валежный тяжело вздохнул. И решил приступить к разговору, который давно откладывал.

- Тора Яна, я написал жому Тигру. И передал письмо с Дмитрием. Скажите, вы уверены в своем решении?

Яна потерла лицо руками. Посмотрела на Изюмского. Николай Николаевич давно стал бессменным участником их совещаний. И заслужил откровенность.

- Я могу быть уверена только в себе, - честно созналась Яна. - Но это решение может примирить две враждующие стороны. К тому же, жом Тигр человек неглупый, вдумчивый, не боящийся ни работы, ни крови...

- Вы не боитесь, что он вас устранит и сам сядет на трон?

- Нет, тор Николай. Не боюсь. В любом случае не сейчас, если только с рождением ребенка...

Изюмский задумчиво кивнул.

- Сам Тигр подлого происхождения. Брак не признают соседи...

- Плевать. В крайнем случае, превратим его в незаконного сына какого-нибудь князя или даже в законного. И объявим брак равнородным, - отмахнулась Яна.

Этот вопрос ее тоже мало интересовал. Все равно она помрет, чего напрягаться?

- Должен сказать, ваше императорское величество, что это хорошее решение.

- Вы опять? - окрысилась Яна.

Потом поняла, и улыбнулась. Просто Валежный давал понять, что официально признает ее брак и ее идею. Именно, что официально.

Чем воевать, проще примирить два враждующих лагеря. Но получится ли?

Должно получиться!

Анна, Россия

- Солнышко, давай устроим пышную свадьбу?

Даже в страшном сне Борис не думал, что будет произносить именно эти слова. И все же...

Вот когда Лиза всем этим занималась, ее хотелось связать и в чулан засунуть. Надоела! А Анне хотелось дать все. И этот белый... цветы такие, на голове, и фату, и букеты, и гостей, и танцы, и даже лимузин. Если она пожелает!

Анна решительно не желала.

- Боря, давай просто подадим заявление и распишемся? Тихо, по-семейному?

- И чтобы платье у тебя было такое... модное...

Анна покачала головой и улыбнулась.

- Боренька, ну зачем?

- Потому что я хочу, чтобы у тебя было все самое лучшее. Нельзя?

- У меня есть самое лучшее, что может быть в мире. Ты, Кира и Гошка. Отец. Смайлик, кстати говоря. Что мне еще нужно?

- Ты пригласишь отца на свадьбу?

- Обязательно, - кивнула Анна. Она закроет глаза, и на долю секунды представит, что это Петер. Что именно он радуется за свою дочку.

Он бы радовался. Если бы дело зависело только от Петера, его дочери были бы помолвлены еще в младенчестве и благополучно выданы замуж. Это Аделине было не угодить. Один хромой, второй кривой, третий недостаточно знатный... что ж теперь это останется на ее памяти.

А Анне безразлично, что бы сказала мать, увидев Бориса. Особенно такого, как сейчас. В водолазке на голое тело, с закатанными рукавами, в джинсах и кроссовках на босу ногу. Растрепанного, довольного по уши, и жарящего во дворе шашлыки.

- Смайлик - это аргумент, - подала голос Кира. - Но у меня есть заказ.

- Какой?

- Брат у меня есть. Хочу еще сестру.

- А я - еще брата, - подключился Гошка.

Анна только рот открыла. Вот такого она от детей точно не ожидала. Их не просто приняли, их...

- Дети, вы серьезно?

- Конечно! - Кира и была серьезна. - Я точно знаю, что вы меня будете воспитывать до старости. А так - будут у вас новые дети, а я спокойно буду учиться.

- На кого? - выдавил Борис, героически пытаясь не сорваться в громовой хохот.

- Я думаю, на врача, - серьезно ответила Кира.

- На врача? На какого?

- Кардиохирурга, пап.

- Интересный выбор. А почему?

- Без работы не останусь. И мед у нас в городе есть. И... Гошка рассказал.

- А если ты крови боишься?

- Папс!

Боря рассмеялся-таки и поднял руки.

- Кира, я заранее на все согласен! Учись! Будет у нас первый медик в роду. А Гошку тогда отдадим на экономический.

- Я вырасту и заработаю столько денег, чтобы всегда хватало, - подтвердил мальчик.

Анна улыбалась. Здесь и сейчас она была счастлива.

- Вот и решили, - подвел итог Боря. - Анюта, когда заявление подавать идем?

- А хотя бы и завтра! - решила Анна.

Лучше иметь и потерять, чем никогда не испытать. Это уж точно. Даже если тосковать будешь, даже если болеть будет, но в твоей жизни это - БЫЛО! Понимаете, было!

Настоящее.

Искреннее и искристое!

Даже если она уйдет... когда она уйдет, Борису будет, с чем сравнивать. И никогда он уже не попадется на пустой крючок.

И дети будут счастливы. А это вообще замечательно.

Кира потыкала в кнопки.

- Вот! Завтра, прием заявлений с девяти до двенадцати. Адрес ЗАГСа все знают?

- Знают, - кивнул Боря. - Анюта?

- Едем! - решила Анна. - И заявляемся.

Так говорить неправильно? И пусть! Зато очень тепло и уютно.

Ледяную вечность во дворцах Хеллы ее будут согревать эти воспоминания. Они - будут!

- Мау, - зевнул кот, показывая клыки.

Странные все-таки эти люди. Вот зачем тратить время на всякие глупости? Он-то давно понял, что они все - семья. А они чего-то говорят, говорят...

Пойти, что ли, поймать им крысу?

Пусть порадуются.

Глава 10

Владеющих ранцем,

Свисающим с плеч.

Русина, Звенигород

- Мои люди! Мои войска! Мои...

Не то, чтобы жом Пламенный сочувствовал Никону. Но наверное, это обидно. Когда тебя разбивают вдребезги, когда бежишь, что есть сил, когда бросаешь своих людей и прибываешь в Звенигород по железной дороге.

Ладно, Никон бросил не всех, часть. Но все же...

- Ты успокойся, Счастливый. Если ты орать будешь, ничего не изменится.

Никон выматерился.

- Что б ты понимал!

- Мы проиграли битву. Я понимаю. Но война еще не проиграна, о, нет!

- Мы не сможем удержать Валежного.

- Как знать, как знать...

- Никак, - отрезал Никон.

- У меня в руках столица.

- Это не помешает ему тебя повесить.

- Не рано ли ты сдался, атаман?

Никон махнул рукой.

- Пламенный, давай начистоту! Мне сейчас только с тобой по пути. Но это до твоей победы, потом ты меня сам сожрешь. А Валежный нас обоих схарчит, не подавится. И эта его... гадина!

Пламенный прищурился.

- Ты мне лучше расскажи, что там за история? С мужем императрицы?

- История, - выругался Никон. - Ты сам с ним поговори!

- С кем?

- С Алексеевым!

Пламенный кивнул.

- Поговорю, если доверишь. А там и дальше посмотрим. Для умных людей дело всегда найдется, даже не сомневайся.

Никон горестно вздохнул.

Дело - найдется. И место найдется, и вообще...

Прощай, независимый Хормель. Если бы он говорил с Пламенным с позиции победителя, там шансы были. А здесь и сейчас...

Нет их.

Вообще нет.

Тоскливо.

***

Честно говоря, больше всего Тигру хотелось пристрелить Дмитрия. И порадоваться.

Хоть душу отведет!

Нет, ну какая сволочь!

Какая!

Зараза!

Его пустила?!

Приходишь ты в свои покои, а этот гад сидит за твоим столом, курит твою папиросу, пьет твой дубовик... хорошо хоть твою бабу не...

Утешало, что Яна сама кому угодно и что угодно оторвет. В том числе и этому типу. Но... но как же бесит!