Проект Холли (ЛП) - Стерритт Кейт - Страница 2

— Готова идти? — спросил он, смеясь и оглядывая меня с ног до головы.

— Джейсон, это мой день. Я думала, ты всё понимаешь.

— Холли, знаю, для тебя это тяжёлый день, но прошло уже десять лет. Твоя мама хотела бы, чтобы ты заняла своё место за взрослым столом. — Он шагнул вперёд и обнял меня. — Вчера вечером из Лондона прилетел Райан Дэвенпорт. Он попросил, чтобы презентацию провели сегодня днём.

Я вдохнула аромат лосьона после бритья, борясь с желанием прильнуть к груди Джейсона, и спрятаться от всего мира.

— Разве ты не можешь представить работу вместо меня? Уверена, Слейтер не будет возражать. Ты знаешь мой проект почти так же хорошо, как и я.

— Если тебя там не будет, выиграет Ева. Когда утром позвонили, мы оба были в офисе. Она явно обрадовалась тому, что тебя не будет. Я спросил Слейтера, могу ли отлучиться и привести тебя.

Ева-сука-Маккормак была моим главным соперником. Она играла грязно и постоянно искала пути мне навредить. В фирме мы были двумя самыми молодыми архитекторами, но наши дизайнерские стили были такими же разными, как внешность и внутренний мир. Её проекты выглядели блестящими и гламурными, а я всегда стремилась к изысканной элегантности и продуманной компоновке. Ева — воплощённая мечта всех мужчин; с модельной фигурой, длинными волосами цвета карамели и пронзительными голубыми глазами. Ещё она не гнушалась выставлять напоказ свою грудь, если это приносило желаемое.

Мы с Джейсоном вместе изучали архитектуру в Сиднейском университете и оба сумели получить столь желанную стажировку в «Слейтер Дженкинс». Ева начала стажироваться в то же время и мне она сразу не понравилась. Всё своё свободное время она флиртовала с Джейсоном. Несколько месяцев назад нам троим было предложено представить свои проекты Дэвенпорту. Загруженность Джейсона уже была непомерной. Он работал с одним из старших партнёров над проектом в Гонконге, поэтому ему пришлось отказаться от этой возможности.

Мне предстояло принять решение. Погрязнуть в жалости к себе или выбраться наружу, встретиться лицом к лицу со всем миром и воспользоваться такой возможностью. Это был единственный день в году, когда я позволяла себе быть слабой, но сегодня выбора не оставалось.

«Вдох- выдох».

К закату солнца будет покончено с ещё одним годом — я смогу это сделать.

«Шаг за шагом».

Я надела простую тёмно-серую тунику поверх белой рубашки и любимые чёрные сапоги. Волосы собрала в хвост, а на макияж потратила немного больше времени, чем обычно. Осматривая своё отражение, я не могла не заметить грусти в серо-зелёных глазах. Это были глаза моей мамы — глаза оленёнка. Одри всегда говорила, что они экзотические и сексуальные. Сегодня они напоминали мне о пустом взгляде матери, который я пыталась забыть последние десять лет.

«Вдох-выдох».

— Ты же знаешь, что испортила меня для любой другой женщины, правда? — простонал Джейсон, когда я вышла из спальни.

— Спасибо, Джейс, но ты не должен быть сегодня милым со мной. Я в полном порядке.

— А я не пытаюсь быть милым. Я говорю правду.

Учитывая моё хрупкое эмоциональное состояние, его искренность была тревожной.

— Давай покончим с этим, — твёрдо заявила я. — Сегодня вечером мне понадобится вино. Много вина.

ГЛАВА 2

Одна из многих прелестей жизни в центре города — возможность пешком ходить на работу. Одри, Зара и я жили в роскошной трёхкомнатной квартире с видом на Гайд-парк, который раскинулся на восточной стороне центрального делового округа Сиднея. Эту квартиру купил для Зары отец, на окончание юридической школы. Наша арендная плата ей составляла малую часть того, что пришлось бы платить на рынке недвижимости.

Мы с Одри встретили Зару во время недели профориентации первокурсников в университете. Несмотря на то что с ориентированием у Одри была беда, она не сомневалась, куда нам нужно попасть. Кампус университета оказался очень запутанным, и мы потерялись. Потом столкнулись с Зарой, которая, так же как и мы, была полностью дезориентирована, и мы втроём стали разбираться с картой. Зара оказалась дикой и сумасшедшей, но доброй и щедрой. Почти всё свободное время мы проводили втроём. Вскоре после начала учёбы для выполнения задания меня поставили в пару Джейсоном, и наше трио превратилось в дружную четвёрку.

На улице меня встретил великолепный зимний день — моя любимая погода. Ясное голубое небо с холодным ветром.

«Отличная погода для катания на лыжах», — подумала я про себя. Мама очень любила кататься на лыжах. Отгоняя эту мысль, я плотнее закуталась в пальто и шарф.

— С тобой всё в порядке? — спросил Джейсон, увидев, как я нахмурилась и потёрла лоб ладонью.

— Да, отлично. Просто немного нервничаю.

Джейсон обнял меня за плечи и притянул к себе.

— Мне необходим кофе, — сказала я, глядя на кафе, которое располагалось на первом этаже нашего здания.

— Хорошо, я сообщу Слейтеру, что ты придёшь. Увидимся там.

Я пыталась выразить свою благодарность без лишних эмоций.

— Спасибо, Джейсон.

— Люблю тебя, Холл.

— Нет, не любишь.

Он засмеялся над моим стандартным ответом и направился к вращающимся дверям.

— Привет, красавица. Как обычно? — спросил мой любимый бариста. — Чтобы я без тебя делал?

Я заплатила непомерную цену за свой наркотик, потом села за столик у окна.

Мне нравилось смотреть в окно на прохожих и обращать внимание на мельчайшие детали, пытаясь представить, что происходит в их жизни. Я всегда так делала, когда нужно было расслабиться. Это помогало отвлечься от своих мыслей.

Мимо пробежали двое взрослых парней в велосипедных обтягивающих шортах, и помахали рукой. Тьфу. Немного взъерошенный бизнесмен, то и дело поглядывая на часы быстро зашагал в гору. Я улыбнулась про себя. «Он проспал. У него ещё есть время, чтобы немного сбавить шаг. Ему нужно добраться до своего рабочего места, прежде чем его босс выйдет с утреннего заседания». В противоположность, женщина медленно толкала коляску для двойни. «В редкий момент, когда оба близнеца спят, а их мамочка с тоской смотрит на возвышающиеся вокруг офисные здания. Вспоминает гламурную жизнь, которую вела до рождения детей, и задаётся вопросом, почему её навыки посредничества мирового класса не подходят для младенцев». Две женщины среднего возраста в плохо сидящих костюмах снисходительно улыбнулись матери. Затем обменялись друг с другом взглядами, закатили глаза и обе покачали головой в явном раздражении от громоздкой коляски. Неохотно отошли в сторону, освобождая дорогу.

Увлечённая своими наблюдениями за людьми, я не сразу заметила, что у моего столика кто-то стоит. Посмотрев вверх, я резко вздохнула и отчаянно надеялась, что сделала это незаметно.

— Не возражаешь, если я присяду за твой столик? — спросил мужчина самым сексуальным голосом, который я когда-либо слышала. — Все места заняты.

Прежде чем я успела ответить, раздался голос Даррена:

— Хотти, снимай пенку!

«Говори, Холли. Скажи что-нибудь, представься. Прекрати пялиться на горячего мужчину и скажи что-нибудь умное!»

Мой ответ получился неуклюжим и заикающимся.

— Эм… Привет, я Хотти… О боже… Я имею в виду Холли. Приятно с тобой познакомиться. Я имею в виду встретиться с тобой! О боже… Эм… — Я посмотрела на свои сапоги, чтобы разорвать зрительный контакт.

«Серьёзно Холли. Кто ты и что ты сделала со своими мозгами?»

— Привет, Хотти. Я тоже рад познакомиться с тобой.

Его улыбка могла заставить меня забыть собственное имя. Ой, подождите, я уже сделала это.

— Эм, садись. Я только возьму свой кофе. — Я была в полном замешательстве оттого, что богоподобный мужчина стоял так близко ко мне. — Извини за Даррена. Он всегда называет меня Хотти; он любит смущать меня.

— Я думаю, что Даррен запал на тебя, Холли. Не могу сказать, что виню его. Я принесу твой кофе. — Мужчина окинул меня взглядом, затем посмотрел в мои глаза, на мгновение поймав мой взгляд, и пошёл за кофе. Он очаровывал.