Ушастый призрак (СИ) - Матуш Татьяна - Страница 63

Водитель аккуратно припарковался в небольшом дворике, со всех сторон окруженном пятиэтажками. Сосед протянул руку назад, вытащил легкий пиджак, крепко взял Соню за руку. Прикрыл пиджаком сверху и внушительно сказал:

— Дернешься — руку вырву, потом ни один врач назад не вставит.

Ее привели в обычную на вид трехкомнатную квартиру. Душные обои в мелкий цветочек а-ля нулевые, мебель из ДСП светлых тонов. Навстречу, словно здороваясь, выполз робот-пылесос. То есть здесь жили? Или просто кантовались?

— Куда ее?

— В спальню засунь. Серый придет — разберется.

— Покормить?

— Если заслужит, — фыркнул мужик и мазнул по Соне довольно откровенным взглядом, — хочешь шоколадку? Будешь хорошей девочкой — получишь.

Соня не глядя показала ему средний палец и прошла в дальнюю комнату.

Мебели там почти не было — небольшой раскладной диванчик, тумбочка и шкаф, забитый бумажными книжками, читать которые было совершенно невозможно, да и ни к чему — это были самоучители по компьютерным программам все тех же нулевых и "Желтые страницы".

Предвидя адскую ломку от информационного голода Соня тяжело вздохнула.

— Шеф когда приедет? — Услышала она.

— Вот-вот, я ему "бомжа" послал...

Словно отвечая на все ее невысказанные вопросы разом, по длинной прихожей прокатилась рассыпчатая трель звонка. Вскоре она и голос услышала — знакомый и когда-то любимый. Кажется, с тех пор прошла целая жизнь.

Соня уселась на диван, поджав под себя ноги. Малыш вел себя образцово. Наслушавшись ужасов о первой половине беременности, она ждала мук токсикоза, головокружения, сонливости и перепадов настроение, но ничего особенного так и не ощутила, кроме легкости во всем теле и постоянно приподнятого настроения.

Если бы не три теста и заверения врача, что все идет как нужно — она бы извела себя сомнениями, действительно ли беременна.

Ручка двери пошла вниз. Как ее запереть, Соня не придумала, стула, чтобы ее заклинить, ей предусмотрительно не оставили.

— Привет...

Она обернулась.

Выглядел Сергей на удивление неплохо: энергичный, подтянутый. Форменный китель ему очень шел. Если все пойдет как они оба задумывали и надеялись, скоро его придется снять.

Соня обернула себя. Проблемы Сережи и его карьеры ее больше не волновали.

— Поговорим? — Он прошел вперед и присел на тумбочку.

— Есть о чем? — Удивилась Соня. — Похищение человека карается лишением свободы на срок до пяти лет. И даже не думай, что я буду носить тебе передачи.

Сергей улыбнулся, словно услышал удачную шутку.

— Скажешь тоже, похищение. Считай, что ты в гостях...

— О, так это теперь так в гости приглашают? А я, выходит, от моды отстала. Ну-ну. А, скажи-ка, дорогой, эти твои друзья, которые так любезно меня пригласили — они согласовали с тобой свое предложение обслужить их по кругу за шоколадку?

— Что? — Глаза бывшего мужа сузились и лицо стало очень неприятным. — Обожди тут...

Он вышел и почти мгновенно послышался звук смачного удара, кулак впечатался в живот, глухой стон и грохот. Что-то упало... Или кто-то?

Сергей вернулся, потирая костяшки пальцев.

— Урод, — прокомментировал он, — еще раз пасть разинет — говори мне. Я его урою.

— А чего так? — Фыркнула Соня, — может быть это было бы началом прекрасной дружбы.

Бывший поморщился.

— Не говори глупостей, хорошо?

— Хорошо, буду молчать, — кивнула Соня.

Бывший глубоко вздохнул, сетуя на непроходимую тупость то ли конкретно Сони, то ли всех женщин скопом.

— Предвыборная компания, — мягко сказал он. — Уже стартовала. Послезавтра сходка у губернатора. Я должен быть с супругой. Причем, сияющей, влюбленной и верящей в меня как в Господа.

— И в чем проблема? — Удивилась Соня, нарушая свой собственный зарок — молчать. — ЗАГСы закрыты?

— Мы не разведены. Официально.

— Нет проблем. В любое время, в любом месте, — Соня улыбнулась, представив себя и бывшего во фраках, котелках и с палисандровыми тросточками, в предутреннем тумане у Черной Речки. Кейс с двумя дуэльными пистолетами, пара секундантов, десять шагов, два выстрела...

— Не дури, — повторил Сергей, — может, я и правда поторопился. Нужно было посоветоваться с тобой. Такие решения семья должна принимать вдвоем.

— Надо же, — Соня резко вскинула голову и вцепилась в Сергея взглядом, — не прошло и полгода!

— Ну, извини, малыш. Я ступил. Забудем?

Он улыбался с той самой очаровательной самоуверенностью, которая в свое время покорила ее. Он был уверен, что сейчас Соня всхлипнет и обнимет его за шею. Даже подался вперед.

— Лучше не двигайся, — коброй прошипела она.

— Ты чего, маленькая? Я же извинился. Я все понял...

Черт! А он ведь и впрямь думал, что все в порядке. Он повиниться, она поплачет и они вместе пойдут домой... или куда там. А потом — к губернатору. Изображать счастливую и крепкую семью и набирать очки у избирателей.

То есть, за одну его улыбку и вот это: "прости, маленькая", Соня должна была мгновенно забыть, что он подписал приговор их общему ребенку? И только по счастливой случайности этот приговор не был приведен в исполнение.

— Не двигайся, — повторила Соня, — иначе я тебя ударю.

— Психованная дура, — его улыбка погасла, словно выключили лампочку. — А я ведь тебя простил. Думал — с кем не бывает. Обиделась девочка... Но если так...

— То что? — Холодно спросила Соня. Она больше не отводила глаз. И он их тоже не отводил. В комнате стояли не бывшие супруги, не поссорившиеся влюбленные. Друг друга буравили взглядами непримиримые враги.

— Будешь сидеть здесь до послезавтра. Тебя покормят, я распорядился. Визажист приедет — вести себя будешь идеально и молчать, как рыба об лед. Шмотки твои Маринка привезет, она должна знать, какие нужны. На ужине у губернатора изобразишь все, что нужно.

— А если нет?

— Отдам парням, — бросил Сергей, — хорошего отношения ты не заслужила.

— Отдашь — и что дальше?

— Для тебя — уже все. Обдолбалась наркотой и сдохла под любовником. Бедный безутешный я буду показательно скорбеть. А через четыре года все забудется. Надеюсь, к тому времени рядом со мной будет нормальная женщина. На которую можно положиться.

— Совет да любовь, — буркнула Соня и отвернулась. Ей было противно.

Сергей ушел, дверью не хлопнул. Видно все эти нервы были напоказ, а в глубине души, по-настоящему, он был спокоен, как танк и продуман, как программа кодового замка.

Если до его ухода Соня не верила, что может не выйти из этой квартиры, то сейчас все сомнение отпали. Он ее, действительно, убьет. Спокойно и хладнокровно. Чтобы не вздумала мешать его политической карьере.

Подойдя к окну, она осторожно выглянула во двор, стараясь не тревожить штору. Четвертый этаж. Так-то не высоко, но ее сунули в спальню без балкона, а лезть по водосточной трубе в балетках явно нездоровая идея.

Дверь скрипнула, открываясь.

— От окна отошла!

Мужик светил новеньким фонарем под глазом, да и скула была слегка ссажена. Соня почувствовала глубокое аморальное удовлетворение.

— Чего лыбишься? Думаешь, королева? Тебе сказать, в какую позу я тебя через три дня поставлю?

— Да у тебя кроме коленно-локтевой, больше ни на что ни фантазии не хватит, ни растяжки, — равнодушно отозвалась она и раньше, чем он сообразит что ответить, потребовала, — мне нужно в ванную. Умыться и почистить зубы. Я могу это сделать?

— Ноги брить не разрешу. Не долбанулся, чтобы тебе бритву в руки давать.

— В ванную, — мягко, но напористо сказала Соня, — пропустишь?

Санузел оказался совмещенным. Старой конструкции "сидячая", зато чугунная ванна, белый унитаз и такая же белая полукруглая раковина. Полочка с мылом и дешевым гелем для душа. Никаких прочих средств гигиены не было, даже щетки для волос.