Подружка моего брата (СИ) - Марецкая Зоя - Страница 26

«Не могу сейчас говорить. Что-то случилось?»

На часах был первый час ночи. Она тут же поняла, почему он не мог с ней разговаривать. Иринка изо всех сил пыталась сдержать истерический смех, кусая губы — кажется, ее только что бросил и второй из братьев.

Но ей все равно нужно было его увидеть, чтобы понять, что дальше делать. Поэтому она сдержала свои эмоции и сдержанно написала:

«Привет. Завтра буду в институте. Нужно поговорить».

Через несколько минут получила ответ:

«Завтра лекции 2, 3, 4 пара, потом консультации на кафедре. Приходи».

Она долго смотрела на слово «Приходи» и думала, есть ли в нем смысл. Но ей очень нужно было разобраться в себе и в своих отношениях с Германом. А еще ей нужен план, как его вернуть.

Герман

Иринка ждала его у кафедры. Был уже шестой час вечера, в институтских коридорах почти никого не было. Ее невысокую фигурку он увидел издалека. Сердце тут же предательски пустилось вскачь. Но без труда нацепил на лицо маску спокойствия и уверенности.

А вот на ее реакцию ему было любопытно посмотреть. Она вернулась почти немедленно, видно, отрезвление после встречи с Гошей было очень быстрым и сильным. Не побоялась позвонить ему, а потом и написать. Что-то, а решительности ей было не занимать. Герману было интересно понять, что у нее за настроение, как она выстроит разговор, как посмотрит, попытается ли прикоснуться. Не побоится ли рассказать о своих мыслях и чувствах.

Он все еще намеревался держать ее подальше от себя, но он очень сильно соскучился. Влюбленность никак не хотела выветриваться из его математической головы. После ее смс-ки он не спал почти всю ночь.

Катя была активной девушкой. Она воспользовалась ситуацией на сто процентов и настаивала, чтобы они встретились еще раз. Уверяла, что им было вдвоем очень хорошо, хотя он ничего и не помнил. Накануне, когда Иринка звонила, у них как раз была поздняя затянувшаяся встреча на квартире у Кати с выяснением отношений. Герман сказал ей, что вряд ли у них что-то не получится. Она сильно расстроилась и попросила у него разрешения иногда ему звонить в надежде, что он передумает.

Она не виновата, что он ее не любит, а любит другую. Ту самую, что стоит сейчас перед ним, смотрит, сильно нервничает, но не отводит от него своих вопрошающих янтарных глаз. Смотрит так, что душа наизнанку выворачивается.

Герман остановился рядом с ней и бросил на нее деланно равнодушный взгляд. Расстроенное, бледное, но решительное лицо. Она готовится к непростому разговору. А сама пытается казаться спокойной и уверенной в себе. Только притворяться так и не научилась. Ну, или это он уже научился считывать ее состояние.

— Привет, Ирина, — буднично сказал он ей, открывая свой кабинет. Распахнул дверь и сделал вежливый жест, пропуская ее внутрь. — Заходи. У меня есть десять минут, а потом встреча. Давай недолго, хорошо?

Она безропотно зашла и встала у стола.

Герман включил свет, бросил ключи на стол. Проходя мимо, уловил едва заметный цветочный аромат ее духов. Небрежно придвинул второй стул поближе к столу, включил чайник, который стоял на небольшом столе.

— Садись, что скромничаешь. Кофе сделать тебе?

Она немного потерянно кивнула и села.

Он был очень доволен своим напускным спокойствием. Ни за что не даст ей понять, как ему плохо без нее. И вообще, это ОНА приехала к нему.

В этот момент у него зазвонил телефон. Высветился номер Кати. Он задумчиво взглянул на Иринку, помедлил и все-таки взял трубку.

— Да, привет, Кать. Я тебя слушаю.

Ирина

Она даже толком не успела испугаться, как уже сидит рядом с ним на расстоянии вытянутой руки, а он по телефону обсуждает с другой девушкой возможность встретиться сегодня вечером. И это явно личная встреча. Разговаривает с какой-то Катей своим глубоким голосом, в котором проскальзывают бархатные ласкающие нотки.

А у Иринки в голове обида, кровь пульсирует в висках, во рту пересохло. Как он смеет при ней любезничать с какой-то девицей, договариваться о встрече и улыбаться ее словам? Как он смеет? После того, что у них было? Ладно, она виновата, а он чем тут без нее занимался? По свиданкам бегал?

Ревность настолько сильно захлестнула ее, что дальше она действовала без раздумий. Схватила ключ, который лежал на столе, подлетели к двери, заперла ее изнутри. Потом повернулась к Герману, засунула ключ в карман своих джинсов, задрала нос и промаршировала обратно на свое место. Села и с вызовом уставилась на него.

Герман быстро справился с изумлением. Встал, налил ей кофе. Опять сел на место и посмотрел на нее с интересом. По крайней мере, от мерзко-спокойного выражения лица и следа не осталось.

— Это что за представление, Ирин? — спросил он. — Мне нужно звонить в МЧС? Ты взяла меня в заложники?

— Пока мы не поговорим, никуда ты не поедешь, — отчеканила она. — Потерпит твоя Катя. Тем более что ты со мной первой начал встречаться, а ее номер второй, так что пусть подождет в порядке очереди!

— Ты ревнуешь, что ли?

Да, черт возьми, она ревнует, и имеет на это право!

— Конечно, ревную, а ты как думал? Что я приехала к тебе экзамен по матанализу сдавать? — расстроено огрызнулась она. — Меня не было всего несколько дней, и вот уже ты с какой-то Катей! Ты с ней спишь? Ты влюблен в нее?

— Ирина, мы вроде с тобой уже выяснили отношения, — устало сказал Герман. — Или я чего-то не понимаю? Ты сказала, что любишь моего брата. Встречалась с ним в Бологом. А теперь заявилась сюда и скандалишь. От меня ты теперь чего хочешь?

Она уже поняла, что перегнула палку, поэтому сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться.

Он с непроницаемым выражением лица смотрел на нее. Такой обманчиво близкий, что она могла прикоснуться к его лицу, не вставая со стула. Такой… любимый.

Неужели ей нужно было потерять его, чтобы понять, что она его любит?

Иринке захотелось кричать в голос от несправедливости всего происходящего. Глаза наполнились слезами.

— Ты знаешь, чего я хочу. Тебя, — с отчаянием в голосе прошептала она, глядя ему в глаза. — Я очень сильно ошиблась, Герман. Но я не могу без тебя. Прости меня, пожалуйста. И люби меня, пожалуйста.

И, затаив дыхание, стала ждать его реакцию.

Он не ожидал от нее такой прямоты, это было заметно. Все-таки она хотя бы на миг, но прорвала его оборону. Герман порывисто встал и отошел к окну, повернувшись к ней спиной. Убрал руки в карманы. Помолчал какое-то время, а потом выдал несколько хлестких эмоциональных фраз на иностранном языке. Кажется, на немецком.

Иринка обалдела.

— Ээээ… Что ты сейчас сказал?

— Выругался. Нецензурно, — мрачно отозвался он.

Она поднялась и подошла к нему. Робко подняла руку и дотронулась до его плеча.

— Герман…

Он, не оборачиваясь, глухо, но твердо сказал ей:

— Уходи, Ирина. Это бессмысленный разговор. Ты сама все знаешь. Мы с тобой расстались, у тебя своя жизнь, у меня своя.

Изо всех сил пытаясь сдержать слезы, она спросила его:

— Значит, между нами все кончено, Герман? Ты больше меня не любишь?

— Уходи, я сказал, — повысил он голос.

Иринка не стала настаивать. Все-таки он не смог ей сказать, что не любит ее. Не смог соврать. Даже отвернувшись

Нет, сегодня он ей не даст шанс. Слишком сильно она его обидела.

Но и она так просто не откажется от него. Не отдаст его какой-то Кате.

Если он ее любит, то она его вернет. И даже точно знает, на чем сможет его подловить. План моментально созрел в ее голове.

Поэтому она сдержала свои эмоции, открыла дверь, бросила ключ на стол и, не сказав Герману ни слова, вышла из кабинета.

Глава 18. Размышления

Герман

Иринка ушла. Не обвиняла его, не плакала, не выясняла отношения. Не пыталась давить на жалость. Приняла его отказ с достоинством. Просто молча ушла из его жизни. Все, как он хотел. Но душевного спокойствия ее уход ему не добавил.