Возрождение (ЛП) - Мартин Трейси - Страница 62

Интерком на столе Мэлоуна снова начинает пищать.

− Сэр, вы сняли блокировку?

Мэлоун шевелится. Я зажимаю одной рукой его рот и нажимаю на интерком другой.

− Да, он снял, но он разговаривает по телефону. Он хочет, чтобы вы вернулись к работе, разбираясь с вирусом.

Я отпускаю Мэлоуна и роюсь в его столе. Мне нужны либо ключи, либо что-то, чем можно открыть замок шкафчика. А, и еще скотч для рта и щиколоток Мэлоуна − тоже было бы хорошо.

Сначала я нахожу заряженный пистолет 38 калибра. Ну, это уже что-то. Я колеблюсь, метая взгляды между пистолетом и головой Мэлоуна.

Мэлоун лживый ворующий убийца. Из всех людей, которым я причинила боль или убила, он именно тот, кто, я точно уверена, этого заслуживает. Кроме того, выстрелив в него, я устранила бы проблему с тем, что он придет в сознание. Семь бы не колебалась.

Но София да. Пистолет кажется свинцовым кирпичом в моей руке, и моя рука уже покрыта кровью. Если я застрелю Мэлоуна, я сделаю только то, для чего он создал меня, а София — это не оружие. И не будет инструментом Красной Зоны.

Кроме того, выстрел в Мэлоуна будет шумным. Да, слишком шумным.

Это все оправдания, которые мне нужны, чтобы согласовать мою внутреннюю дискуссию. Может быть, это ошибка, но я буду цепляться за опасение вызвать шум в качестве причины не стрелять в беззащитного человека.

Я дважды проверяю безопасность затем кладу пистолет за пояс, так как мне больше некуда его положить.

Проверяю время: на исходе. Нужно двигаться быстрее.

О, малярная лента. Лучше, чем ничего. Я оборачиваю много ленты вокруг лодыжек Мэлоуна. Он бормочет невнятные слова в мою сторону. Я не утруждаю себя тем, чтобы понять его. Мне не интересно.

− Помните, что я могла застрелить вас и не сделала этого — говорю я, засовывая руки в его карманы за ключами. Наконец их нахожу. Я открываю шкаф, но моего рюкзака нет. Я пинаю стену в отчаянии. Нет времени для этого. Наш побег распланирован до секунд.

− Где он?

Вопрос только частично направлен на Мэлоуна. Настороженность вернулась к его глазам, но я не ожидаю от него ответа. Я вряд ли модель солдата, достойного помощи.

Он все равно отвечает.

− Ты совершаешь ошибку, Семь. Огромную ошибку, − его голос хриплый и холодный — похожий на голос акулы, если я бы когда-либо услышала его.

Я снова возвращаюсь к его компьютеру в поисках нового расположения моего рюкзака.

− Потому что я не позволю вам стереть мои воспоминания? Не позволю вам навредить Кайлу, как вы навредили его матери?

− Кайл держит ключ к бессмертию. Я бы поделился этим с тобой. Я мог бы сделать тебя неудержимой.

Я пролистываю страницу за страницей. Может быть, это электронная почта Мэлоуна.

− Неудержимой? Чтобы мой отряд и я могли стать идеальным оружием для «Четыре»? Или вы планируете сдавать нас в аренду группам, которые могли бы воспользоваться нашими услугами? Вы когда-нибудь задумывались, что, возможно, мы не хотим быть оружием?

− Мы создали тебя! − лицо Мэлоуна покраснело. − Ты принадлежишь нам. Вся причина твоего существования − для этой цели. Ты − продукт десятилетия исследований, и ты гениальна.

− Я человек. Не инструмент, − почему я разговариваю с ним об этом? Если он настаивает на разговоре, я должна хотя бы узнать что-то полезное. − Где мой рюкзак?

Мэлоун игнорирует это, что не удивительно.

− Ты не человек, ГИ-1 Семь. Ты мое творение.

− Да, ты создал меня. Но это не значит, что я позволю тебе уничтожить меня.

− Удаление твоих воспоминаний − для твоего же блага. Я пытаюсь помочь тебе. Я знаю, что то, что случилось с АнХлором беспокоит тебя, и я могу заставить все это исчезнуть. Мы вернем тебя к модели солдата, которой ты была. Ты снова будешь счастлива.

Я слишком сильно давлю на клавишу и дисплей делает скачок. Доволен? Забудьте, что я хотела застрелить его. Я хочу ударить Мэлоуна клавиатурой.

— Вы имеете в виду, что заставите меня снова поверить в вашу ложь. Тогда я не буду ничем, кроме как вашим творением. Мне все же нравится быть человеком, даже когда это отстойно.

Ага. Мэлоун отдал мой рюкзак Фитцпатрик вчера вечером, чтобы проверить содержимое. Он должен быть в ее кабинете. Дерьмо.

Проверяю время: пора ИДТИ.

Благодаря перезагрузке перевозка Кайла отложена. Я еще раз смотрю на Мэлоуна, прислонившегося к стене, и снова говорю себе, что стрелять в него будет слишком шумно.

Но я направляю пистолет на него.

− Помните, как вы выследили мать Кайла? Как вы хладнокровно убили ее? Я читала отчеты ЦРУ. Я видела фотографии ее тела с места преступления, − Мэлоун ничего не говорит. Он смотрит на меня настолько спокойно, что это жутко. Без сомнения, многие люди направляли на него оружие прежде. Я не собираюсь тревожить его таким образом.

− Вы должны быть рады, что ваши попытки зомбировать меня в совершенное оружие не удались, потому что я не сделаю этого с вами.

Затем я ухожу. На полпути вниз по лестнице я понимаю, что шум от выстрела не имеет значения. Откуда-то снаружи слышен звук взрыва. Дрожь проходит через здание.

Гейб и Лэв на свободе.

Я делаю последние несколько шагов вниз, внимательно прислушиваясь к знакам, предвещающим беду, потом осторожно осматриваюсь у дверного проема. Охранник и помощник Мэлоуна обсуждают, что происходит. Взрыв в островке охранной системы является причиной всех видов недоразумений. Как и планировалось.

Отставая от графика на пять секунд, я открываю дверь в вестибюль, надеясь, что мое появление покажется обычным.

− Куда ты идешь? − спрашивает помощник Мэлоуна.

Я моргаю в ее сторону широко раскрытыми невинными глазами.

— Мэлоуну пришлось прервать нашу встречу из-за нарушения безопасности. Я иду на тренировку. Вы знаете, что это был за взрыв?

− Нет, − говорит она и перестает проявлять ко мне интерес.

У охранника срабатывает рация.

− Новое предупреждение безопасности. Два ГИ-1 устроили взрыв на складе Восемнадцать. Они всё ещё…

− Эй!

Я хлопаю удостоверением по одному из них, как только охранник тянется за своим оружием. Оба врезаются в металлические и рабочие стулья.

Рация снова пищит.

− Мы предупреждаем, что любые….

Я ныряю в другую сторону стола, как только охранник с дикостью стреляет в моем направлении. Не высовываясь, я достаю 38 калибр из своего пояса и делаю выстрел в ответ. Помощник кричит. Я делаю рывок к следующей части прикрытия − станции охраны. Отсюда до двери пять футов, и я на десять секунд отстаю от графика.

Охранник снова стреляет. Не желая тратить свои несколько выстрелов, я бросаю в него все, что могу найти на его станции − телефон, планшет, монитор. Затем делаю глубокий вдох, еще раз стреляю в его сторону и мчусь к двери.

Я выбегаю наружу, отстаю от графика на шестнадцать секунд. Где-то поблизости раздается больше выстрелов, но охранник не преследует меня. Я держусь поближе к зданиям, мне интересно, как долго продержится вирус Саммер.

Второй взрыв сотрясает землю на этот раз из леса. Четыре КИ пробегают мимо, несомненно, они часть более крупного объекта, который разделился, чтобы найти нас. Я ныряю внутрь Здания Номер Два, как только один из КИ направляет свои тепловые датчики туда, где я пряталась в кустах.

Я иду, Кайл.

Я иду по лестнице, напрягая свои уши на первой площадке. Я опаздываю, но благодаря путанице Кайл и его сопровождающие, возможно, замедлились.

А вот и они. Я вижу их, как только хватаюсь за дверную ручку. Они, безусловно, ведут себя осторожно при таких обстоятельствах. У Кайла три охранника, что смешно, потому что его руки связаны. Охранник впереди поднимает пистолет, и делает стандартный обход лестницы, прежде чем жестикулировать другим.

Здесь, возможно, стрельба по людям будет неизбежна. У них Кайл, и я сделаю все, что угодно.

Намереваясь застать охранников врасплох, я бросаюсь вниз по лестнице. Мне трудно представить, что был дан приказ стрелять по всем ГИ-1 − мы слишком ценные − и я не могу рисковать, стреляя из своего угла. Не тогда, когда я могу попасть в Кайла. У меня нет желания испытать пределы его способностей.