Возрождение (ЛП) - Мартин Трейси - Страница 65

Кайл падает на землю, как и Фитцпатрик. Горячо надеясь, что Кайла настолько же трудно убить, насколько меня заставили поверить, я игнорирую его и мчусь к ней. Кровь сочится из ее бедра, но это ведь Фитцпатрик. У нее пистолет в руке, и она старается изо всех сил выровнять его в мою сторону.

Я пинаю ногой ее руку и швыряю его прочь, прежде чем она сможет выстрелить. Когда она смотрит на меня с этой холодной ненавистью, мне хочется кричать на нее до тех пор, пока я не охрипну, но я не доставлю ей такого удовольствия.

− Я ненавижу тебя. Я уверена, ты знаешь это, но еще знай, что я не собираюсь тебя убивать. Я не хочу быть как ты.

Однако, я не против пнуть ее в живот. Она отказывается издать что-либо кроме хрипа, и я ненавижу ее еще больше за то, что она менее человечна, чем я.

Пока я вымещаю на ней свои проблемы детства, Кайл поднимает себя с пола. Он моргает в мою сторону, и у меня хватает совести почувствовать смущение за то, что пинаю ногами женщину, пока она лежит.

− У нас своя история.

− И ты не собираешься выстрелить в нее снова? Ты с ума сошла? − он зажимает свою правую руку левой. Кровь просачивается между его пальцами.

Я хватаю свой пистолет и кружку. Вырубив Фитцпатрик, я заслуживаю этот сувенир.

− Нет. Ты в порядке?

− Она задела меня. Вот и все. − Он тянется за своим пистолетом, и я решаю не задавать вопросы. Либо он говорит правду и в этом нет ничего страшного, либо он врет, потому что не хочет иметь дело со мной, сходящей с ума. В этом есть смысл.

− Тогда пошли. Мы опаздываем.

Мы продолжаем оставаться в тени, придерживаясь сторон здания для прикрытия. Снег увлажняет мои волосы, из-за чего они прилипают к лицу, и тает, стекая по моему носу. Кайл вздрагивает. Кровавое пятно на его рукаве продолжает увеличиваться. Нам нужен этот спасательный корабль. Где он?

Когда мы приближаемся к месту встречи и там нет ни фургона, ни грузовика, я ругаюсь.

− Что это? − спрашивает Кайл.

Прежде чем мне удается ответить, кто-то шепчет мое имя. У стойки поста охраны низко приседают Джордан, Гейб, Лэв и Октавия. Мы быстро бежим. Как только я пробегаю мимо окна поста, вижу, что кто-то вырубил охранника внутри. Он обездвижено повис на своем телефоне.

− Где Саммер? Я думала, что мы сильно опоздали.

Лэв вытирает капли, стекающие с его волос.

— Вы да, но Октавия тоже пришла сюда совсем недавно. И Саммер нет.

− Они проследили, что инициирующее нарушение связано со мной, − говорит Октавия. − Они окружили наши комнаты. Мне пришлось залезть в систему вентиляции, чтобы выбраться оттуда. Фитцпатрик нашла меня, но я убежала.

− Ты ударила ее? − спрашивает Гейб.

Октавия смеется без особого веселья.

− Нет. Я еле-еле сбежала от нее. Она выстрелила в меня.

Я заставляю себя ухмыльнуться.

− Ну, я выстрелила в нее. Вот.

Джордан и Октавия выпускают сдержанные возгласы.

− Серьезно? − Лэв похлопывает меня по спине. − Мило. Мне бы хотелось там быть.

Гейб передвигается и настраивает винтовку, которую держит в руках.

— Будто нам нет.

Кайл смотрит на меня.

− Фитцпатрик? Так она настоящая?

− К сожалению. Ты встретил ее — обесцвеченные волосы, кожа, словно старый кожаный материал, выстрелила тебе в руку.

Понимание осенило его.

− Так это была она. Не зря ты называешь ее Стервапатрик.

Другие, кажется, замечают Кайла впервые.

− Ты Кайл? — спрашивает Гейб. Он протягивает руку.

Кайл пожимает ее, лишь немного поморщившись, прежде чем снова прикоснуться к ране на руке.

− Вам, ребята, нужно будет многое объяснить.

Я начинаю называть имена, когда замечаю странный гул.

− Что это?

Остальные обмениваются несчастливыми выражениями лица.

− Похоже на ВАД, − говорит Джордан. — Охранная система, должно быть, снова включилась.

Значительно чертыхнувшись, мы все обращаем наше оружие наружу. Кайл прикусывает губу. Я знаю, что он хочет спросить, что такое ВАД, но старается молчать.

− Воздушный атакующий дрон, − шепчу я. — В нем есть программное обеспечение для распознавания, и он может быть запрограммирован с целью убить любых противников. Целься в глаз камеры, если сможешь. Это самая слабая часть корпуса.

Вот и он, летает неподалеку от сарая с припасами. Он парит в шести футах над землей, идеально сферический, за исключением пушки на вершине. Его тепловые датчики мгновенно обнаруживают нас. Мы одновременно поднимаем наше оружие, когда новый шум пересиливает его гул.

Белый фургон с визгом подъезжает к противоположному углу охранного поста. Водитель, вместо того, чтобы нажать на тормоза, разгоняется и резко кружит фургон так, что его сторона сталкивается с дроном лоб в лоб. Тот летит и врезается в окно поста. Стекло разлетается.

− Саммер!

Мы в безумном порыве мчимся к двери, прежде чем дрон сможет восстановиться. Октавия открывает боковую дверь, а Гейб распахивает пассажирскую. Он останавливается, и я врезаюсь в него.

Это не Саммер на сиденье водителя. Это Коул.

− Поторопитесь и залезайте, − говорит он. — В Саммер стреляли, но я думаю, что с ней все будет хорошо.

Оторопев, я толкаю Кайла в фургон и захлопываю за собой дверь. Я не знаю, что обдумать в первую очередь. То, что Саммер лежит на одном из задних сидений с кровотечением из левого плеча? Или то, что Коул почему-то оказывается за рулем в нашей машине для побега?

Как он узнал? Почему он делает это?

− В задней части есть средства первой помощи, − Коул разворачивает фургон и направляется к воротам.

Я пялюсь на него, вцепившись в сиденье, чтобы не врезаться в Кайла.

В зеркале Коул ловит выражение моего лица.

− Я говорил тебе, что всегда буду на твоей стороне, не так ли?

− Да. Да, говорил, − я хочу потянуться через сидение и обнять его, но не могу, потому что он за рулем. Потому что он за рулем, и я в шоке и истощена, и Кайл выглядит недовольным, пока переводит взгляды между нами.

Мне хочется винить в своей растерянности истощение. Уровень адреналина, который заставлял меня двигаться? сейчас рушится. Так что я смотрю в окно фургона и жду, в то время как Кайл ничего не говорит, Гейб осматривает GPS, а Джордан и Лэв достают медицинские средства первой помощи, чтобы помочь Саммер.

Это только вопрос времени, когда люди Мэлоуна догонят нас.

Глава 30

Позднее утро понедельника: Сейчас

Они гонятся за нами, хоть и не на вертолетах, но на колесах. Коул говорит, что вертолеты привлекут слишком много внимания, а они хотят прикрыть наш побег как можно дольше. Мы − секретное исследовательское капиталовложение, над которым работают в течение двадцати лет. Красная Зона будет в большом дерьме если столкнется с федералами.

Октавия подозревает, что настоящая причина, по которой они не используют вертолеты − это метель.

Я думаю, что Коул ближе к правде. Красная Зона − Мэлоун, Четыре − не хочет привлекать слишком много внимания к своей базе. Федералы не знают о нас и не имеют ничего общего с этим.

Как бы то ни было, это нам на пользу. Мы стреляем по колесам первой команды, которую они отправили, и после этого становится легче устроить засаду и следующей. Мы оставляем людей в живых, но берем их оружие и припасы. Затем мы делаем максимальные разрушения под капотами, таким образом их машины будет невозможно сразу починить.

С тремя милями до лагеря, у них будет выбор: либо дерьмовый поход в метель, либо Мэлоун отправит за ними подмогу. Поскольку их разбитые машины заблокировали узкую горную дорогу, на некоторое время никто не сможет отправиться за нами по тому же пути. У нас есть небольшая фора. Но у Четыре повсюду агенты и другие базы. Наш план состоял только в том, чтобы сбежать. Как скрыться − это уже другое дело.

Кайл почти ничего не говорит во время засады или зачистки, которая следует за ней, но помогает, когда может. Он снова использует свою правую руку, как будто с ней ничего не случилось. Когда мы забираемся обратно в фургон, я убеждаюсь, что Коул включает для него отопление. К тому времени, как мы проезжаем въезд в Девор, в машине становится теплее и снег начинает покрывать дорогу, как одеяло.