Ты жена мне, помнишь? - Островская Ольга - Страница 37

Впрочем, я совсем не против и завтрашнее утро встретить так же, как сегодняшнее. И так же хорошо начать новый день своей новой жизни.

Глава 38

Моё тело плавится горячим воском в умелых мужских руках. Они трогают и ласкают везде, пробуждая искрящиеся ручейки пламени под кожей. Спину обжигает множеством поцелуев, от сведённых лопаток к пояснице и ещё ниже.

Возмущённо застонав, я пытаюсь ускользнуть, когда расшалившийся… муж кусает за ягодицу, но он со смехом меня перехватывает, возвращая обратно и накрывая собой. Отводит волосы, скрутив их в жгут. Целует теперь уже мои плечи, шею сзади… ритмично прижимается, толкаясь своей эрекцией между ягодиц. И мои бёдра сами расходятся, позволяя мужскому телу вклиниться между ними. Ещё и приподнимаются, прижимаясь ближе.

– Просыпайся, сладкая, – бархатно зовёт Федерик между поцелуями. Подхватывает меня под живот, поднимая и ставя в удобную для себя позу.

Умелые пальцы по-хозяйски уверенно разводят половые губы, распределяя влагу. Обводят в настойчивой ласке клитор. Толкаются внутрь. Раз, второй… готовя. И почти сразу я чувствую, как ко входу прижимается кое-что значительно больше.

– М-гм, – бормочу сонно, комкая простыню, когда он одним плавным толчком проникает в меня на всю длину. – А-а-а-ах, – срывается губ гортанный стон, а я прогибаюсь в пояснице, приподнимая бёдра ещё выше чтобы получить больше удовольствия… больше этой сладкой распирающей наполненности… больше его внутри.

– Доброе утро, жена, – улыбается мой личный принц, делая первый толчок. Я чувствую эту его улыбку кожей, слышу в интонациях.

– Доброе, – мурлычу, повернув голову. Обхватив одной ладонью мою грудь, а второй шею с подбородком, он ловит мои губы в жарком властном поцелуе, клеймя и порабощая, утверждая свои права.

Так сладко и хорошо.

И я отдаюсь на волю тому чувственному безумию, которое он творит со мной. Его рукам, резким глубоким толчкам, большому телу, которое обтекает меня со всех сторон, движется на мне и во мне. И собственному возбуждению, которое разгорается всё сильнее, превращаясь в нестерпимо острое наслаждение.

Так правильно и закономерно.

– Мне нравится, что ты ждала меня, – урчит удовлетворённо Федерик чуть позже, когда мы уже немного отдышавшись лежим в обнимку в разворошенной но уцелевшей на этот раз постели.

– С чего ты взял, что я тебя ждала? – фыркаю лениво. Щурюсь от удовольствия, когда мужская ладонь нежно скользит по моей спине. – Я спала, как младенец.

– М-м-м. И сорочку поэтому не надевала? – вторая лапища красноречиво сминает мою ягодицу.

Подловил. Но это не значит, что я признаюсь ему в том, что действительно ждала.

– А я вообще голышом предпочитаю спать, – пожимаю плечами, лукаво улыбаясь. Преувеличиваю, конечно, но и длиннющие закрытые сорочки не люблю, некомфортно мне в них.

– Это хорошо. Я тоже предпочитаю, чтобы ты спала голышом, – со всей серьёзностью уведомляет меня супруг. Правда, достаточно поднять на него взгляд, чтобы заметить смешинки, пляшущие в глазах.

– Вот даже не сомневалась. Согласна, если и сама взамен смогу любоваться голым мужем, – мурлычу, водя пальчиком по его груди. Вот что с женским организмом крышесносный утренний секс делает, да ещё с хорошими оплодотворительными перспективами. Не помню я уже, когда столько флиртовала с кем-то, как за последние пару дней. И когда кто-то вызывал во мне одновременно столько желаний. И дразнить, и трогать… и узнавать ближе.

Ох, гормоны. Кажется, у меня норадреналина передоз.

– Только любоваться? – вскидывает Федерик брови. А в глазах уже откровенный огонь пылает. И в живот мне красноречиво упирается снова готовое в бой мужское достоинство.

М-м-м, какой резвый. Вот только мой организм уже и о других потребностях напоминает, так что продолжение придётся отложить.

Но как его не поддразнить? Это же такой кайф, оказывается. Видеть, как весь такой большой, сдержанный и сильный теряет контроль от желания. Знать, что я тому причиной.

Подаюсь к мужу ближе, так что лица наши оказываются совсем близко. А моя ладонь словно сама собой опускается всё ниже и ниже, оглаживая столь восхитительные на ощупь и на вид кубики, завлекательный треугольник косых мышц, ведущий к паху, и наконец обхватывает твёрдый ствол. Который тут же приветственно приподнимается и твердеет ещё больше.

– Нет, не только. Пользоваться голым мужем я тоже буду с удовольствием, – сообщаю вкрадчиво, оглаживая столь внушительное богатство. Запечатлеваю на губах опешившего мужа шаловливый поцелуй и облизываюсь по-кошачьи.

Чтобы уже в следующий миг со смехом вывернуться из его объятий и, скатившись с кровати, убежать в ванную, под низкое раздосадованное рычание. Прямо так. Голышом.

В том, что расплата нагрянет, я ни капли не сомневаюсь. И даже предвкушаю. Зря что ли дразнила?

Он приходит тогда, когда я уже собираюсь перешагнуть бортик ванны, деликатно дав мне время на другие нужды. Но на этом вся его деликатность заканчивается. Бесцеремонно обхватив меня за талию и поставив в воду, Федерик тут же присоединяется ко мне сам. Разворачивает к себе лицом, жадно сминая губы, целуя так глубоко, порочно и сладко, что у меня ноги подкашиваются.

– Несносная… Дерзкая… Сладкая… хочу тебя постоянно, – хрипло рычит мне в губы. Снова целует. И я не уступаю ни на йоту, лаская его с неменьшей страстью, прижимаясь и потираясь, снова оплетая его руками и ногами.

Как мы оказываемся целующимися и сидящими лицом к лицу в ванной, я даже не замечаю. И даже не могу с полной уверенностью сказать – он меня на себя насадил, или я сама в чувственном угаре насадилась на каменно-твёрдый член, желая как можно скорее почувствовать его внутри. Скорее всего это было нашим совместным действием, как и то безумство, что творилось дальше.

Из ванной комнаты мы выбрались ещё не скоро. Точнее меня вынесли. Ноги слегка не ходили. И голова слегка не думала.

Наверное, слуги в доме вздохнут с облегчением, когда мы уедем в этот Анжерон. Не придётся больше ликвидировать последствия хозяйской личной жизни.

Теперь среди наших общих с мужем достижений числится не только пожар, но и потоп.

А дальше события начали развиваться с невероятной скоростью. Получив свою законную дозу супружеского интима, муж развил бурную деятельность, поставив весь дом на уши. Оказывается, он-таки успел завершить все свои срочные дела, требующие его присутствия в столице, и мы отбываем сразу же после завтрака.

И пока я приходила в себя и одевалась в новое дорожное платье, наблюдая, как горничные под неусыпным контролем Бригитты оперативно доупаковывают мои вещи – утром от модистки прибыла значительная часть заказанных мною обновок – так же организованно и слаженно были завершены все остальные приготовления к поездке.

Моя горничная с удовольствием доложила мне, что вещи девочек и хозяина, сложенные и упакованные ещё вчера, уже благополучно погрузили в багажное отделение дорожной кареты, вслед за ними отправились и мои. Она, как моя личная служанка, тоже уже полностью готова. От Бригитты я также узнала, что с нами также едет данна Элисия, гувернантка принцесс, а так же дан Рэймандо и целый отряд его лучших боевиков – так в этом мире называют профессиональных боевых магов, как я поняла.

Вроде бы всё хорошо и продуманно, но... Что-то насторожило и царапнуло меня во всём этом. Из слов Бригитты получалось, что отправляемся в путь мы чуть ли не целым кортежем. Открыто. Ещё и Федерик наверняка был вынужден доложить королю, что уезжает из столицы. Скорее всего, сказал и о том, что меня увозит.

Может, и не король виноват в смерти моей предшественницы. Может, тот другой… его собеседник, которого тоже слышала и видела Анна. Но где гарантии, что от монарха о наших планах не узнает убийца, кем бы он ни был? Да и за домом вполне могут следить.

Безопасно ли это, вот так открыто покидать особняк? Не попытаются ли меня достать по дороге? А с нами ведь девочки будут…