Ты жена мне, помнишь? - Островская Ольга - Страница 42

В ответ удостаиваюсь весьма тяжёлого взгляда. Но встречаю его спокойным своим. Ещё и брови вскидываю. Ну а что? Разве нет?

– Род Мораду был одним из древнейших и сильнейших в Арганде. Помимо этого замка я ещё очень много чего могу получить. Но сын от тебя мне нужнее, – замечает Федерик. Усмехается цинично: – Поверь, я не бедствую, ведьмочка. На перерождение всё нажитое имущество всё равно не заберу. Так или иначе потомкам оставлю. Так что с живой жены мне пользы больше. А уж теперь и подавно. Мне в супруги настоящую ведьму вручили. Первую за многие столетия. Такое сокровище надо беречь.

М-да. Аргумент веский.

– Богиня ясно дала понять, что я не первая. Так что тут извини, – поправляю его с ироничным смешком. – Ну а что с ближайшими родственниками по мужской линии Мораду. Есть такие?

– Да. Есть. Родной брат Иезеннии, которого и назначили… твоим опекуном, когда погибли родители. Именно у него я и просил твоей руки, – огорошивает меня супруг.

Так у Анны и опекун имелся? Впрочем чему я удивляюсь, если тут женщина не может даже родной дом наследовать. Теперь понятно хоть, откуда рядом с бедняжкой эта спесивая старуха взялась. Хотя вопросов, как водится, становится наоборот ещё больше.

– Я так думаю, что ты его проверил вдоль и в поперёк, – снова бросаю на мужа быстрый взгляд.

– Да. И меня не радуют результаты, – мрачно поджимает губы Федерик. – Судя по отчётам моих людей, он совершенно не участвовал в судьбе своей воспитанницы. И уже многие годы вёл затворнический образ жизни, избегая общения с людьми. Особенно с собственной сестрой, которая и воспитывала Анну единолично. После того, как Иезенния исчезла, мои люди снова наведались к нему, но он… в несколько невменяемом состоянии.

Что значит, в невменяемом? Это как понимать?

Но большего Федерик рассказать не успевает. Мы как раз подходим к массивной двустворчатой двери, густо оплетённой светящейся паутиной заклинаний. Кажется, я их ещё чётче и ярче стала видеть в последнее время. Научиться бы такие плести.

Муж подходит к двери, что-то магичит, хмурится настораживаясь, но слышится щелчок и высокие обитые железом створки медленно открываются перед нами. Федерик запускает вперёд что-то весьма напоминающее сеть, прислушивается пару минут и только после этого удовлетворённо кивает. Зажигает светлячок, подбрасывая его в воздух, и позволяет мне войти в очередной ещё более тёмный коридор. И сам заходит со мной.

Дверь позади с гулким и каким-то роковым грохотом закрывается. И я застываю, тревожно всматриваясь в густые тени, которые не способен разогнать один маленький огонёк.

– Не бойся. Тут безопасно. До ловушек мы ещё не дошли, – заметив моё состояние, уверяет муж, уже совершенно привычно обнимая за талию. И подталкивая дальше. К следующей двери.

– Каких ловушек? – настораживаюсь я.

– Магических, – хмыкает муж. – Боишься? А так рвалась исследовать семейный архив Мораду. Без меня ехать собиралась.

– Конечно рвалась. Где я ещё возьму информацию про то, как обуздать свои силы? Ну и немного боюсь, да, – издаю нервный смешок. Это место на меня действует угнетающе. – Не хочу быть продырявленной какой-то стрелой, или раздавленной между надвигающихся стен. Провалиться под пол мне тоже не улыбается.

– Боги, откуда такие предположения? – Федерик даже останавливается, чтобы удивлённо посмотреть на меня.

– Приключенческих книг в детстве перечитала. И фильмов насмотрелась о всяких расхитителях гробниц.

– Что такое фильмы? – вскидывает брови.

И вот попробуй объясни.

– Эм… это как спектакль. Актёры играют свои роли, специальные люди… запечатлевают изображение этого действа, а потом с помощью особых технологий дорисовывают всякие спецэффекты, и такие истории потом, как двигающиеся и говорящие картинки, демонстрируют в кинотеатрах по всему миру.

И не только в кинотеатрах, но принцып работы телевизоров я сейчас не готова объяснять.

– Хм, как интересно, – задумчиво склоняет голову набок мой супруг. – Я знаю кое-что похожее. Артефакт запечатления, изобретённый одним гениальным артефактором из Сэйнара. Он запечатлевает и воссоздаёт энергетические колебания пространства, в том числе световые и звуковые. Используется их разведкой. Мы пытались выведать секрет изготовления, но пока безрезультатно.

Ничего себе изобретение.

– И что, ни переманить этого артефактора, ни подкупить нельзя? – заинтересованно прищуриваюсь я. Представляю, какое преимущество имеет разведка этого Сэйнара, с такими-то занятными штучками.

– Нет. Герцог Севастьен Гиерно, глава Департамента госбезопасности Сэйнара, родственник и близкий друг королевской семьи, слишком предан своей стране и слишком неподкупен, – с досадой и нескрываемым уважением сообщает мне Федерик.

Ого. Целый глава госбезопасности. Неудивительно, что к нему не могут подобраться. Ещё и друг королевской семьи…

– Стой. Под королевской семьёй ты имеешь в виду свою старшую сестру и её мужа? Я же правильно запомнила, это ведь за королём Сэйнара она замужем?

– Да, – кивает Федерик, останавливаясь перед очередной дверью и принимаясь разбираться с запирающими заклинаниями.

Что-то царапает меня в услышанном. Интересно получается. Пятнадцать лет назад королева Сэйнара чуть не умерла, сильно изменилась после покушения, порвала все связи со своей родиной. А друг её семьи изобретает такой интересный и уникальный, как я поняла, артефакт.

– А когда он этот артефакт изобрёл? – интересуюсь осторожно.

– Впервые мы услышали об этой разработке лет пятнадцать назад, может немного меньше, а что? – бормочет сосредоточенный на распутывании какого-то особо сложного узла Федерик. Правда, тут же замирает и с недоумением оглядывается на меня. – Ты думаешь?..

– Я не могу утверждать, – пожимаю плечами. – Просто интересное совпадение. Много интересных совпадений.

– По донесениям нашей разведки, Тэрэса Анэллия действительно очень дружна с герцогом Гиерно и его супругой, – тянет муж задумчиво. Хмурится: – Ты права, совпадений очень много. Но тогда, выходит, что на самом деле это может быть не совсем… моя сестра.

Голубые глаза темнеют, покрываясь синим льдом. Сжав челюсти, муж отворачивается. Мгновенно замкнувшись. А меня при виде его напряжённой спины начинает разбирать чувство вины. Ну зачем, спрашивается, полезла со своими домыслами? Вдруг я ошиблась? А Федерик теперь думает, что его родная сестра умерла уже много лет назад, и её тело заняла другая душа, такая же попаданка, как я.

Узел под чуткими пальцами супруга наконец поддаётся, расплетаясь. По ниточкам вспышкой пробегают огоньки. Федерик ещё пару минут в напряжённой тишине возится с остальными узлами, а потом оглядывается на меня через плечо.

– Приложи ладонь вот тут. Нужна кровь Мораду, – сухо велит мне, показывая на центр двери, украшенный резным узором в виде пронзённого пиками овала.

Кивнув, молча шагаю ближе и медленно поднимаю руку. Не нравится мне это, но если нужно…

– Может быть немного болезненно, – ровно предупреждает Федерик.

Ладно. Прикладываю ладонь к указанному месту. Сначала ничего не происходит. А потом кожу в месте соприкосновения начинает очень знакомо жечь, и в вены будто жидкое пламя впрыскивается. Вскрикнув, я невольно пытаюсь отшатнуться, но ничего не выходит. Руку не оторвать. Кажется… я влипла. Буквально.

Рядом ругается муж.

– Федерик… – зову жалобно, дёргая свою несчастную конечность.

– Тш-ш-ш, не паникуй, – тут же оказывается он рядом. Обхватывает моё запястье, прижавшись со спины. – Просто отпусти это. Ты слишком жёстко сдерживаешь свою силу, отрицаешь. Прими, она поможет сейчас.

– Что происходит? – спрашиваю, зажмурившись и пытаясь выровнять дыхание. Становится немного легче. Но я чувствую, как поднимается из глубин моего естества ревущее пламя. И это пугает.

– Не уверен… сейчас, когда ты коснулась двери, я ощущаю тут не только магические заклинания. Эта сеть напитана силой, очень схожей с твоей. Ведьмовской. Прислушайся к себе, что она тебе говорит?