Лисёнок для депутата (СИ) - Морейно Аля - Страница 5

— Не он, там у него внучка всем заправляет. Они часто детские праздники устраивают, а торты у нас заказывают. Его жене нравится, что на них у внучки нет аллергии. Вот опять почти на два десятка детей заказ сделал на двадцатое число. Ты уж постарайся, а я как-нибудь ещё раз замолвлю словечко про садик для Иришки.

Пока колдую над тортом, мозг работает с утроенной силой на грани перегрузки. С одной стороны, пижон явно дал мне понять, что брак — фиктивный. А значит, ничего такого от меня не потребуется. Или я неправильно поняла? Меня аж передёргивает, когда представляю, как какой-то старый боров залазит на меня. Нужно было, конечно, побольше расспросить об этом депутате. А то выходит, что ничего не зная, я делю шкуру неубитого медведя. Вдруг он окажется отвратительно жирным или старым и будет настаивать на исполнении супружеского долга? Как я вытерплю его целых пять лет? С другой стороны, он может оказаться молодым и спортивным. Мало ли, вдруг у нас с ним сложится…

Так, стоп, прекратить ненужные мечты! Сейчас надо принять принципиальное решение на трезвую голову, а потом распускать розовые сопли.

А если он окажется извращенцем? Слышала, что среди политиков такие встречаются через одного.

Деньги — это, конечно, хорошо. Можно квартиру купить… И с Риммой войти в долю — она как раз расширяться собирается. Но боязно попасть в золотую клетку. Моя свободолюбивая натура вряд ли сможет пять лет просидеть на привязи…

Нет сомнений, что жить той жизнью, к которой я привыкла, мне не позволят. Но каковы будут границы, то есть длина поводка? Заставят уволиться из кондитерской? Ну уж нет, я так Римму подвести не могу! Буду требовать, чтобы работу мне оставили. Если, конечно, мне дадут хоть слово сказать. В конце концов, он что-то там упоминал о подходящей профессии. Вот! Значит, хоть этой радости они меня не лишат. Может быть.

А самое неприятное в этой ситуации то, что с мечтой найти Иришке папу, пока она маленькая, придётся распрощаться. Потому что если этот спектакль затянется на пять лет, то когда он окончится, наш поезд уйдёт, малышке будет семь или даже восемь. В таком возрасте ей уже не наврёшь о папе, да и вряд ли какой-то мужик в здравом уме согласится назваться отцом такой большой девочки.

Но нужно смотреть правде в глаза: пока что все мои попытки заполучить себе мужа и папу для Иришки не увенчались успехом. И нет никакой гарантии, что мне повезёт. Так что лучше уж синица в кармане…

Пижон сказал, что депутат запишет Иришку на себя. И даже если фиктивный папаша в её сторону ни разу не посмотрит, иметь отца-депутата в свидетельстве о рождении — куда круче, чем жалкий прочерк, из-за которого её наверняка будут дразнить в школе.

До конца дня постоянно думаю о щедром предложении, хотя в действительности решение уже принято. Прикидываю разные варианты, запоминаю вопросы, которые непременно нужно будет задать при встрече. Некоторые даже забиваю себе в телефон, чтобы не забыть от волнения.

Когда переодеваюсь и иду на выход, немного нервничаю — вдруг они кого-то другого успели найти или на мои условия не согласятся? Уже настроилась на деньжищи, высоко взлетела в мечтах. Падать будет больно. Может, не так, как шлёпнул меня фейсом[1] в лужу в своё время один богатенький придурок, но всё равно ощутимо. Сумма-то там космическая!

— Ну что, каков будет твой положительный ответ? — спрашивает пижон, как только я появляюсь на крыльце кафе.

— У меня есть встречные требования! И от них зависит мой ответ! — сама поражаюсь, откуда во мне берётся столько борзости.

— Прямо требования? Поторговаться решила?

— Ага!

— Тяжело с тобой, Златовласка, — он деланно вздыхает.

— Легко с девками на стометровке. Там — любой каприз за ваши деньги.

— Ладно, поехали, на месте с женихом всё обсудим.

Машина Штейнберга впечатляет размером и удобным кожаным салоном. У Виктора тоже была похожая, мы с ним часто ездили на ней за город. Он не брал меня на светские тусовки, а вот в загородном комплексе в узком кругу его близких друзей мы тусили неоднократно. Хорошее было время, жаль, что быстро закончилось. Зато, какую прививку я тогда получила — на всю жизнь… Рождённый ползать летать не может.

Мы с Иришкой устраиваемся на заднем сидении, пижон садится вперёд и о чём-то негромко переговаривается с водителем. Едем не слишком долго, останавливаемся возле особняка. Мы встречаемся не в ресторане и не в офисе, а в доме? Это точно безопасно? Нервничаю всё сильнее. Иришка чувствует моё волнение и начинает капризничать. Только этого не хватало! Сомневаюсь, что депутат согласится взять такую плаксу.

— Ну что, барышни, пройдёмте, — почти пропевает Штейнберг, когда водитель помогает нам с дочерью выбраться из салона.

Несколько метров до крыльца вышагиваю, словно иду на эшафот. Этим людям точно можно доверять? Может быть, они маньяки? Чёрт, надо было требовать встречи в людном месте… Только, что уже теперь говорить? Нужно искать выход из ситуации.

Глава 3

Виктор

В ожидании Штейнберга допиваю кофе и листаю новости в смартфоне. Я успел отвыкнуть от родины и почти не следил в последние годы за происходящими тут событиями, хватало головной боли и рабочих проблем за границей. Но теперь мне придётся навёрстывать упущенное, чтобы не выглядеть перед избирателями круглым дураком. Не уверен, что в моём штабе понимают, насколько всё запущено…

Михаил выходит из служебного помещения с телефоном возле уха и довольной улыбкой. Плюхается на стул напротив меня, откладывает трубку, залпом выпивает остывший кофе и заявляет:

— Подвернулся шикарный вариант. Возможно, мы сразу на нём остановимся и не будем тратить время на поиски.

— Вы серьёзно? Вот так готовы взять в дело первую встречную?

Попахивает авантюризмом. Уж насколько я рисковый, но идея доверить одну из важных ролей непонятно кому мне совсем не по душе. Я был о нём более высокого мнения.

— Более чем! Девица — огонь! Лисёнок — её точная копия. Дамочка рыжая, как ты любишь. Она молоденькая, но уже довольно известный кондитер, недавно получила приз на выставке, по телевизору показывали, зазывают на передачу для домохозяек. И клиентура тут у неё очень непростая. Поверь, моя Людмила внучке не стала бы заказывать торты где попало. Итого: девица — не фифа разукрашенная, не интеллигентка высокомерная, но при этом совсем не серая мышь. Причём она фанатка своих тортов и пирожных. Можно даже придумать что-то вроде того, что вы разошлись из-за её работы. Якобы ты хотел запереть её у себя на кухне, а она мечтала делать карьеру в кондитерской. Но теперь ты принял её жизненную позицию, и вы сошлись.

— А я с ней был знаком? Или это только легенда?

— В том-то и дело! И она даже есть в той папке, что ребята тебе отправили, — Михаил листает что-то на смартфоне. — Вот, смотри. Правда, тут она совсем девчонка ещё. Надо бы проверить на предмет совершеннолетия, когда вы с ней зажигали, чтобы не вылезло никаких неприятностей.

Мне хватает одного взгляда, чтобы вспомнить её. И поначалу предложенная кандидатура мне очень нравится.

— Лисица! Вот так совпадение! Интересно, как она тут оказалась? Когда мы с ней расстались, я дал ей денег и купил билет на поезд домой. Переехала сюда после окончания колледжа? Или не послушалась и осталась тут? Мужика нашла по дороге на вокзал, что ли? Она такая. Яркая и горячая — ух!

— Ну так что, одобряешь?

— А она согласна? Вы сказали ей, что речь обо мне?

— Она взяла время подумать до вечера. И нет, твою фамилию я не называл. Зачем трепаться, что ты ищешь фиктивную жену? Когда согласится, возьмём подписку о неразглашении и припугнём, тогда и с тобой познакомим.

— Неужели от таких предложений кто-то отказывается? Может, мы исполним её заветную мечту? — вспоминаю, как она плакала, когда я с ней прощался. — Хотя… Она может отказаться, когда узнает, что я — это я.