Замок ледяной розы. Книга 2 (СИ) - Снегова Анна - Страница 26

Глава 9

         Мы с леди Темплтон договорились встретиться в час ночи. Она заверила меня, что всё равно страдает бессонницей, так что это для неё совершенно не поздно, а очень даже рано. Вообще-то, по правилам посреди холла третьего этажа, где находились спальни учениц, должна была сидеть за столом дежурная тётушка. Но она сама предпочитала потихоньку дремать до утра в маленькой каморке, так что проблем с тем, как бы мне улизнуть среди ночи, не должно было возникнуть.

         Я больше опасалась того, что разбужу Аврору. Каково же было моё удивление, когда около полуночи она встала и куда-то смылась из комнаты! Всё это время я наглым образом изображала спящую, накрывшись с головой одеялом, и её, судя по всему, убедила моя игра.

         Вот это сюрприз! В тихом омуте… Я, разумеется, не собиралась сдавать соседку ни Джиневре, ни кому-то ещё, но была поражена. Конечно, мужской и женский корпуса сообщались коридором на первом этаже, ведь у нас даже некоторые занятия проходили совместно, вроде танцев… Но вот так в открытую отправляться на ночные свидания! Будет грандиозный скандал, если Аврору поймают. Оставалось надеяться, что меня саму не заподозрят в чём-то подобном, а старая леди, если что, прикроет.

         Я откинула одеяло и выбралась из постели – уже была в уличном платье и туфлях, чтобы не шуршать и не шуметь, ведь предполагалось, что Аврора будет чутко спать невинным сном в своей кровати у противоположной стены. Ага, как бы не так!

         Коридор за дверью встретил прохладой и ночными загадочными тенями. Да уж – это не магическое освещение Замка ледяной розы, тут со свечами особо не разгуляешься! Я двигалась почти наощупь, благо заблудиться было сложно, а за эти месяцы я выучила планировку главного корпуса как свои пять пальцев.

         На втором, учебном, этаже, пустующем и погрустневшем без своих говорливых учениц, меня перехватила старая леди, тепло одетая, несмотря на майскую ночь. Я порадовалась её предусмотрительности – не хотелось бы, чтобы мой ангел-хранитель подхватила из-за меня простуду или на следующий день её скрутил бы приступ подагры.

         Впрочем, когда я увидела, как у неё горят глаза, поняла, что она сейчас чувствует себя помолодевшей лет на пятьдесят, и никакая подагра ей в ближайшее время не грозит. Странно, но в нашей компании заговорщиков я себя вдруг почувствовала старшей. И на секунду стало страшно от навалившейся ответственности. Это же у меня магия! Подразумевается, что я знаю, что делать. А я понятия не имею и ужасно боюсь ошибиться.

         Мы молча прошли по всему этажу, мимо длинных рядов запертых дверей, и там леди Темплтон отворила крайнюю слева, которую я всегда считала дверью в обычную аудиторию. А там оказался узкий коридор без окон, весь пропахший пылью и побелкой, который уводил куда-то в перпендикулярном направлении. Хорошо, что моя провожатая предусмотрительно захватила с собой масляную лампу, потому что тут и там попадались какие-то старые щётки, кисти, вёдра, куски облетевшей со стен краски и тому подобная строительная дребедень. Ночью и без света здесь можно было запросто подвернуть ногу или свернуть шею – кому как повезёт.

         Преодолев коридор, мы очутились в том самом старом корпусе. Он оказался двухэтажным, тесным, в нём были низкие потолки и очень маленькие окна. Так строили когда-то, чтобы экономить на отоплении. Видимо, у Эбердин раньше были менее щедрые меценаты.

         Задний двор старого корпуса и вовсе представлял из себя заросший пустырь, как и говорила старая леди. Мы преодолели два ряда деревьев, каких, было трудно распознать в темноте, покосившийся остов фонтана, руины скамеек, явно не переживших поколения обитавших здесь студиозусов, и подошли к самому дальнему краю двора.

         А там оказался такой же решётчатый забор, как и тот, что выходил на главную площадь Фрагонары. Вот только с отсутствием одной немаловажной детали – стерегущих его стражников.

         В ночной тьме, едва разгоняемой вялой и сонной луной, я с трудом разглядела чёрное на чёрном полотне – обширное холмистое поле пепла за оградой.

         Кажется, даже на старую леди это зрелище произвело угнетающее впечатление – она поёжилась и вцепилась мне в локоть. От неё пахло тонкими духами, пудрой и ещё чем-то неуловимым.

         - Ох, Кэти… что ты собираешься делать? – тихо проговорила она.

         Мы переглянулись, я аккуратно высвободила руку и двинулась вперёд.

         Перед оградой встала на колени, взялась руками за прутья. Прислушалась к ощущениям.

         Долго ничего не было… а потом темнота впереди будто потянулась ко мне жадными, ищущими пальцами, и я ощутила его. Биение гулкого пульса внутри. Он виделся мне как яркий, багряный, мощный, и это не была моя кровь. И это даже не была моя магия – у той всегда были голубые и синие оттенки, так же, как у Эмбер – розовые.

Тут наконец-то до меня дошло.

         Алая, багряная, пурпурная… Это была не моя магия – а заёмная. Которую я впитала после того, как разбила о чёрный камень те страшные глаза пса в навершии трости Шеппарда. Украденная тростью магия Замка пурпурной розы. Без этой магии он стал умирать совсем быстро, потому что ускорился и без того происходивший процесс увядания. Как тело, которое покинула душа.

         Эта догадка заставила меня затрепетать в предвкушении. Что, если попробовать вернуть магию обратно пепелищу? Она всё равно не моя. Она мне не нужна, и я понятия не имею, что с ней делать. Вполне возможно, эта магия вообще для меня опасна, и её хранение внутри моего тела когда-нибудь неслабо мне аукнется. Мелькнула даже шальная мысль – не возродится ли замок снова, как феникс из пепла?

         Я как наяву представила гордые башни и величественные стены. Судя по размерам пепелища, вклинившегося между соседними зданиями, как дыра от выбитого зуба, этот замок был намного меньше Замка ледяной розы. Скорее, представлял собой что-то вроде дворца. Даже странно, что король Отто Завоеватель когда-то отдал Роланду Винтерстоуну замок куда больший, чем взял себе. Должно быть, и впрямь так высоко оценил подвиг своего вассала, победившего для него последних чудовищ.

Вдруг у меня получится возродить это чудо древней магии, раз уж она, как выяснилось, не мертва окончательно? Вот только как это сделать…

Я протянула руки с раскрытыми ладонями вперёд, закрыла глаза и попыталась представить, как бурлящий лавовый поток чужой магии проносится по венам, выплескивается мне на ладони и утекает в ночную тьму, словно прорвавшая плотину река.

- Кэти…

Поражённый шёпот старой леди заставил меня открыть глаза.

Снопы багряных искр взмывали с моих ладоней ввысь, взрывали острыми вспышками окружающий мрак, зажигали сотни маленьких костров прямо в воздухе.

Я взмахнула руками, и всё это пахнущее грозой и огнём многоцветие ринулось туда, где на молчаливом кладбище покоилось наше казнённое прошлое.

До последней капли, до головокружения, до немеющих внутренностей и гулкой пустоты в подреберье выжимала я из себя чужую магию. Сцепив зубы, мгновение за мгновением, пока не выплеснула всю – пополам с частицей себя.

Может быть, я глупая и у меня тоже не работает инстинкт самосохранения. Но мне до одури сильно захотелось, чтобы это место ожило. Ведь кто-то же построил когда-то семь этих замков! Ведь для чего-то это было нужно. И замки стояли веками на Ледяных Островах, охраняя свои тайны. Сколько уже я их открыла – и сколько могла бы, будь у меня хоть один-единственный шанс побывать в остальных замках до их увядания…

Но вот передо мной лишь пепелище – будто клеймо нашего преступления. Наказание за то, что сломали что-то важное, даже не заметив.

Кажется, по моему лицу текли слёзы и мешали смотреть, потому что я прозевала момент, когда буйство магической стихии прекратилось. Алые искры просто втянулись в пепел. Он впитал их, как губка… а потом в земле под нашими ногами зародился гул. Мелкая дрожь, которая всё нарастала и нарастала…