Что мужчины думают о сексе - Мэйсон Марк - Страница 47

Наконец кофе прибыл. Вне себя от счастья, я направился к столику, горя желанием поделиться своими мыслями с Тимом и Саймоном. Но, сделав пару шагов, увидел унылое лицо Саймона и по-отечески заботливое лицо Тима (что необычно для него) и воздержался от своих комментариев. Вероятно, в столь серьезный момент лучше не встревать с легкомысленными замечаниями о жаргоне торговцев. Я сел, изобразил задумчивый, слегка ироничный вид и ждал разъяснений.

Вряд ли я дождался бы их от Саймона, который понуро уставился на свой чай, и меня просветил Тим.

- Мишель сказала Саймону, что нужно пожениться, - мрачно сообщил он.

Конечно, фраза о вступлении в брак вызывает в воображении толпы людей, карабкающихся через перила с поздравлениями и наилучшими пожеланиями. Как, например, в случае с Джеймсом и Люси, объявившими нам о своем намерении на прошлой неделе. Но это была обычная фраза о браке. У Саймона что-то не так, это видно по нему. Есть и другие подсказки: об этом сказал Тим, а не сам Саймон. В и-мейле просьба дать совет, а не просто сообщение, что он хочет нам кое-что сообщить. И последний штрих - замена приятно волнующего «предложила пожениться» на неприятно повседневное «сказала, что нужно пожениться».

Все равно не понятно, как себя вести. Саймон явно не знал, что делать, но если у него и были сомнения и он просто хотел посоветоваться с товарищами, правильным ли решением будет брак, неразумно сообщать: «Ни хрена, Саймон, скажи самодовольной бабе, что ты и так слишком долго у нее под каблуком, что вместо женитьбы ты даешь ей отлуп, а сам найдешь другую, чтобы теперь она проедала тебе плешь». Впрочем, если необходимость принять решение прояснила для Саймона его истинное положение (на лопатках, сапог Мишель попирает его грудь), то уговаривать его принять это решение было бы крайне негуманно - все равно что бросить утопающему бетонную плиту.

Поэтому я решил проверить, откуда дует ветер.

- И что ты думаешь об этом, Саймон?

Он пожал плечами.

- Даже не знаю. Я понимаю, почему она это сказала. В общем-то, это имеет смысл. Дескать, мы слишком давно помолвлены и прочее.

Ох, какая романтика! Да уж, Саймону давно пора понять: если наиболее серьезным аргументом в пользу женитьбы на подружке оказался неправильно истолкованный «смысл», то, возможно, это не то решение, которое взывает к принятию. Он выглядел крайне удручающе - по сравнению с ликованием Джеймса и Люси, и это грустно. Но стоило зацикливаться на этом, а уж Саймону тем более. Ладно, значит, брак между ним и Мишель будет без маркировки «Заключен на небесах». Многие браки не имеют этой маркировки. Некоторые действительно заключаются на небесах. Другие заключаются в ванной - тестом на беременность.

Некоторые заключаются в конторах агентств по недвижимости, когда вы понимаете, что ваш оклад, умноженный на три, не решает проблемы[39]. А некоторые заключаются в силу жизненной неотвратимости. Если Саймон склонен к тому, чтобы его подстегивали, он относится к последней категории и он не хуже большинства людей.

Я зашел с другой стороны.

- Может, это и имеет смысл, Саймон, но ты, кажется, по-прежнему в этом не уверен.

- Сказать по правде, ребята, не уверен. Чувствую, понимаете, что чего-то не хватает, какая-то недосказанность.

- Чего? - спросил я.

- Не знаю. Просто не хватает.

- У тебя есть хоть слабая догадка, что это может быть? - спросил Тим; он явно начал терять терпение.

Саймон согнулся, уперся локтями в колени и обхватил левой рукой правый кулак. Это не помогло, и он принялся барабанить пальцами по краю стола. Безрезультатно. Наконец он повернул свою кружку сначала по часовой стрелке, потом против. И что-то сдвинуло с мертвой точки.

- У меня такое чувство, как будто дело не доведено до конца. Как будто я должен был что-то сделать или посмотреть, или… Ох, не знаю, просто что-то должно случиться. Прежде чем я приму решение.

Мы с Тимом переглянулись. Мы оба знали, что нужно сказать, но я боялся, Саймон просто разрыдается. Здесь требовались убеждения, мягкие, но без снисходительности.

- Я скажу тебе, что это может быть, - проговорил я. - Это может быть нужда в… Как бы это сказать, Саймон… гм… Немножко осмотрись, прежде чем принимать решение. Не знаю, много ли ты общался с другими девушками кроме Мишель…

Я намеренно сделал паузу, на случай если Саймон захочет что-то сказать. Мужчину невозможно убедить, сказав: «Со сколькими ты спал до Мишель?» Это надо делать иначе. Между тем Саймон не ответил.

- Не очень много, - промямлил он.

У меня возникло чувство, что это «не очень много» плюс один даст в результате единицу.

- Что ж, - продолжил я, а Тим подавил зевок, - возможно, так и должно было случиться. Ты никогда по-настоящему не проводил время с другими женщинами. Возможно, если бы ты немного занялся этим, тебе бы было легче решиться. Подумай и представь Мишель и твои мысли о ней, а потом сравни с мыслями о другой девушке.

Помолчав, я понял, что проделал неплохую работу. Суть моих комментариев заключалась в следующем: Не хватайся за первый шанс, что тебе предложила жизнь.

- Но я не умею разговаривать с девушками, - сказал Саймон. Так, словно его попросили управлять «Шаттлом» на выходе с орбиты.

Глядя в пол - чтобы Саймон не заметил, - Тим вовсю ухмылялся. Несомненно, это адресовано мне, - дескать, некто, безнадежно проигрывающий гонку за Кубок Клары Джордан-пяти-с-тремя-четвертями-футов-ростом, вряд ли годится на роль советчика по разговариванию с девушками. Что ж, рядом с ним я, возможно, профан. Но рядом с Саймоном я - Уоррен Битти[40].

- Ерунда, конечно умеешь, - продолжил я, не обращая внимания на Тима, поскольку только что получил от вдохновения ощутимый удар по почкам со стороны. - На следующей неделе тебе представится прекрасная возможность. В субботу. То есть…

- На мальчишнике у Джеймса, - договорил Саймон. Он обдумал эту мысль. - Ты уверен? То есть если ты действительно думаешь, что мне следует…

- Несомненно, - ответил Тим, встревая в дискуссию. - Просто посмеешься, выпьешь, поболтаешь с кем-нибудь кроме… кроме Мишель, и держу пари, все приобретет гораздо больший смысл.

После этого Саймон воспрял духом.

14 ч. 25 мин.

У меня только что возникла идея.

Пожалуй, даже видна перспектива в деле Элен.

19 июня, суббота

11 ч. 30 мин.

Вчера вечером я вернулся в свое убогое жилище с чувством собственного убожества, так как Клара в пабе рассмеялась трем шуткам Тима и всего лишь двум моим. На диване я обнаружил Элен с бутылкой негазированной воды (она переключилась на нее, так как газированная «способствует целлюлиту»), смотрящую по видео «Фрэнки и Джонни». Взяв из холодильника пива, я тоже сел посмотреть. Еще бы - там играл Аль Пачино, и, несмотря на то, что он напоминал мне о моих неудачах в гонке Кубке Клары Джордан-пяти-с-тремя-четвертями-футов-ростом, я бы стал смотреть Аль Пачино, даже если бы он читал Уолвергемптонский телефонный справочник. Вопрос в одном: грызть при этом соленый попкорн или сладкий.

Только мы добрались до места, где Пачино и Мишель Пфайффер устроили первую небольшую потасовку, как я внезапно понял, что делает фильм хорошим: реализм в показе того, с чего начинаются отношения. Начало ничего не обещает. Просто сначала бросаешь зерно, регулярно его поливаешь, поворачиваешь к свету и надеешься на лучшее. Вот так Мишель закончила с Алем. Если бы такие, как Элен, делали то же, подумал я…

И вот тут я вспомнил вчерашний день, когда пожалел Саймона и хотел ему помочь. И мне стало ясно, что за подарок этот фильм.

- Ах, разве он не прелесть? - чуть погодя проворковала Элен.

- М-м-м. Но Мишель этого еще не заметила, а?