Особенная или попаданка против! (СИ) - Вилкова Дарья - Страница 13

— А ты спрашивала у неё тогда, почему она избегала тебя?

— Спросила, но она равнодушно ответила, что не избегает, и я не стала дальше развивать эту тему. Но с того дня она закрылась от меня. Была рядом, но только по моей инициативе, и о себе больше ничего не говорила.

"Сегодня ночью мне приснился очередной кошмар. Девушка, катающаяся на качелях на картине напротив кровати, ожила и пыталась выбраться из своей рамы в мою комнаты. Я так испугалась, что, проснувшись, сняла все картины и бросила с балкона подальше от себя. Как мне быть? Я даже в собственной комнате не чувствую себя в безопасности! Надо посоветоваться с господином Хитроустом. Может, он поможет мне"

Джули перелистнула страницу.

"Господин Хитроуст настоящий волшебник! С того момента, как он начал проводить со мной свои сеансы, я видела маму и папу и всегда счастливых. Единственное, что омрачало этот сон, что я не могла к ним подойти. Всегда смотрела со стороны. Но они говорили со мной, улыбались, звали к себе. Сейчас это мои самые драгоценные мгновения в жизни. Больше ничего меня не радует. Я бы даже сказала, что мир стал враждебен. Если кошмар, то обязательно о тех, кого я вижу в течение дня. Но я всё равно с нетерпением ждала ночи, в надежде увидеть родителей.

Последнее время они зовут меня плавать. Но я не умею. Так и не научилась в детстве. Но они всё равно продолжают, из-за чего я стало последнее время часто гулять у реки.

Мне так плохо без них. Я никому не нужна и такую меня никто никогда не полюбит. Я больше не хочу жить. Я хочу к ним. Хочу снова быть рядом с мамой и папой. Я знаю. Они ждут меня!"

Вот оно! Ей всё же снились навязчивые сны после встречи с Хитроустом. Да, они были хорошими, но от этого не менее опасными. Родители звали её к себе. Каждый раз. И если я права, то и мне сон приснился не просто так. Да, там были мои родные мама и папа, но психоцелитель ведь не знает, что я не Ирэн. Например, создал сон с недовольными родителями, что так долго ждут своё дитя.

Я понимала, что мысль притянута за уши, но интуиция кричала мне, что она верна. По крайней мере, я надеялась, что это интуиция, а не простая мнительность, и желание видеть подвох там, где его нет.

Вслух свои подозрения я не озвучила. Джули явно нужно было помолчать.

— Пойдём поедим?

Подруга ничего не сказала, только кивнула. Слёзы на её щеках уже высохли, но взгляд продолжал оставаться отрешенным.

Спрятав блокнот за часами, мы привели себя в порядок и пошли есть.

В столовой тоже ели молча. Мне очень хотелось обсудить дневник и расспросить Джули о её жизни, но терпела. Хотела дождаться, когда она заговорит сама. А она не спешила. Ела медленно, без особого аппетита. Когда я уже расправилась со своим десертом, Джули съела всего одну котлету.

— Тебе бы выпить.

— Ты что! Нам нельзя!

Совсем забыла, что мы несовершеннолетние и под присмотром.

— Ну и что?

Мои слова немного отвлекли Джули от её мыслей. Видимо, раньше ей такое никто и не предлагал. Эх, какие они тут правильные все.

— А никак нельзя достать?

— Нет.

— Жаль.

— Тогда, может, сходить к госпоже Добре и попросить что-нибудь успокаивающее?

— Нет. Не надо, — немного подумав, ответила Джули. — Нужна ясная голова. Я ведь прекрасно понимаю, что нам надо поговорить. Но только не здесь.

— А пойдём к тебе? — неожиданно пришло мне в голову. — Ты ведь тоже одна живёшь?

— Одна.

Джули выглядела немного потрясённой.

— Я что-то не то предложила? — осторожно спросила её.

— Нет, — и уже с улыбкой добавила. — Я просто не ожидала, вот и всё.

— Ирэн к тебе не ходила?

— Нет, — улыбка на лице Джули погасла.

— Ты будешь доедать?

— Нет.

— Тогда пойдём, — я встала. — Мне, правда, интересно посмотреть, где ты живёшь. У тебя такая же комната, как у меня?

Мне очень хотелось приободрить её, но не знала как это сделать. Поэтому пыталась просто заболтать.

— Почти, — уклончиво ответила она.

Её ответ меня заинтриговал.

— Тогда показывай скорей! — взяв её за руку, потянула к выходу из столовой.

Навстречу к нам шёл высокий, плотного телосложения, мужчина в сером костюме.

— Это Господин Жаднир — директор, — быстро шепнула Джули мне на ухо, и я взглянула на него более внимательно.

Костюм выглядел дорого, выделяя мужчину среди присутствующих. Мне кажется, он чувствовал своё превосходство перед другими, хотя и пытался это скрывать за дежурной вежливой улыбкой. Его выдавал снисходительный взгляд.

Когда он заметил меня, на его лице отобразилось столько участия, что мне захотелось срочно повернуть в другую сторону. Ненавижу лицемеров.

— Дитя! Я так рад видеть тебя в добром здравии!

— Спасибо, господин, — вежливо ответила я.

— Сегодня уже поздно, но завтра я хотел бы поговорить с тобой. Не могла бы ты зайти ко мне после завтрака?

— Конечно. Я приду.

— Чудесно! — довольно закивал мужчина. — Тогда ступай, дитя.

— До свидания, — хором ответили мы с Джули и быстро засеменили к выходу.

— Ты знаешь, куда я должна буду прийти? — спросила я подругу, когда мы остались одни на тропинке.

— В кабинет. Он на втором этаже, в той же части здания, что принимают психоцелители, только в самом конце коридора. Сначала тебя встретит секретарь. Сразу говорю, как её зовут, не помню. Видела всего один раз. Немногословная, невысокая женщина с хмурым взглядом исподлобья. Но это неважно. У тебя назначено, так что она может сколько угодно быть недовольной, она обязана будет о тебе сообщить и пропустить.

— Хорошо. Ты в этом корпусе живёшь?

— Да. Только у меня первый этаж и комната не справа по коридору, а слева.

Мы вошли внутрь.

— А почему моя дверь была не заперта? — спросила я то, что мне ещё утром хотелось узнать, но подходящего момента не было.

— А смысл?

— Не поняла?

— Никто из нас не закрывает двери.

— Всё равно не поняла.

— Свои ничего не возьмут. Да и маги, если что, быстро найдут воришку. А от тех же магов ни один замок не спасёт. Легко откроют. Мы пришли.

Договорив, Джули надавила на ручку двери, и та тихонько отворилась.

— Ого!

Комната действительно была другой. И дело было не в обстановке. Она-то как раз была такой же. Но нежно-голубого оттенка покрывало на кровати и в тон ему шторы, белый вязаный плед на кресле с голубой декоративной подушечкой — делали комнату уютной. Стены не пустовали. Помимо таких же, как и у меня часов, на них висели несколько картин.

На одной девушка в красивом белом платье плыла на лодке и смотрела на закат. На другой был изображён водопад, в котором умудрялись плескаться золотые рыбки. А на третьей уже другая девушка гуляла на цветочной поляне. Её розовое длинное платье развевалось на ветру, а шляпка с длинными полями пыталась улететь, и чтобы этого не случилось, девушка придерживала её одной рукой.

Но это всё внешний лоск. Жизнью и теплом наполняли комнату множество фотографий в рамочках, стоящих на столе, на полках.

— Почему у тебя так красиво, а у меня так мрачно!? — возмутилась я.

Джули пожала плечами.

— Поначалу у Ирэн тоже было миленько. Покрывало и шторы были сиреневые, и картины висели на стенах. Но спустя пару месяцев она пролила чернила на кровать. Дед Зловрий забрал испачканное покрывало, а с ним и шторы. Когда Ирэн спросила у него: зачем шторы забирать, он стал ворчать, что они идут комплектом и дал ей временно те, серые.

— Если их дали временно, почему не вернули красивые?

— Не знаю. Но в какой-то момент Ирэн стало всё равно.

— Картины пугали, скучные цвета не напрягали. Да-а-а… — протянула я. — Хорош психоцелитель. Сильно ей помог. Мне даже возвращаться в ту комнату не хочется. Наводит тоску.

— А ты попроси поменять комплект.

— Хорошая мысль. А что насчёт одежды? Почему она вся такая никакая? Она же, вроде как, наследница.