Там, где обитают куклы... (СИ) - Кулецкий Алексей Николаевич - Страница 29

«А где его семья сейчас?» — спросил Альберт. «Да кто их знает… Довольно давно это было…, наверное, уже лет десять, как…» — Луис, видимо, пытался что-то вспомнить, — «Его жена одно время пыталась вернуть этого дурака в семью… Все время старалась ловить его в городе. Ей всегда сообщали, когда где-то видели.

Потом, видимо, ей это до чертиков надоело и она, махнув на все рукой, забрав детишек, уехала к себе домой… Кому такой дурак нужен? Если мне не изменяет память, то куда-то в Пуэнто-Либертад… тоже… дыра еще та… Это еще севернее, по побережью, туда, к границе со Штатами…» — Луис неопределенно махнул рукой в сторону залива, мелькавшего между домами и деревьями справа от них.

Машина, тем временем, съехав с асфальта проспекта Мирамар, выползла на проспект Параисо. «Предлагаю поехать этой дорогой» — сказал Луис, — «Чуть левее есть еще одна дорога, проспект Сери, с него остров видно гораздо лучше, но… там колдобина на колдобине, всю душу вытрясем… И пылищи… Тем более, что мили через три все равно придется переезжать на Параисо…» «Да… проспект…» — удивился Том, тем временем, пытаясь приладить объектив к аппарату.

«Ну а чему вы удивляетесь…» — Луис пожал плечами, — «С чем-чем, а с проспектами в нашем городе, никакого недостатка нет… Они любую раздолбанную грунтовую дорогу если не проспектом назовут, то бульваром… Я как-то по Ти-Ви видел проспект в Гвадалахаре… Вот то — проспект, как проспект! А здесь, у нас… смех один… грунтовая дорога!» Микроавтобус, громыхая на ухабах, не спеша перемещался по проспекту, поднимая за собой облако белой пыли. «Эта пыль набивается повсюду… Мелкая и такая едкая… Просто ужас…» — произнес Луис, увидев в зеркало, как воздух в салоне понемногу становится мутным — «Придется вечером всю машину убирать с пылесосом…».

«Луис, может остановимся, хотя бы немного проветрим машину? Иначе воздух скоро станет непрозрачным, а мне потом с оптикой мучиться… Да и мы тут скоро сдохнем…» — Том, закончив с объективом, посмотрел Луису в спину и встретился в салонном зеркале со взглядом водителя. «Как скажете, господа…» — ответил Луис, понимающе кивнув — «Здесь неподалеку, еще с мили полторы если проехать, есть ресторанчик «У Эстер», можно остановиться там, немного отдохнете, есть возможность перекусить и немного выпить…» Было жарко и, в салоне автобуса, еще и душно. Хотелось пить и, при упоминании ресторанчика, всем стали мерещиться запотевшие бокалы с пивом.

Эти полторы мили показались друзьям почти нескончаемыми. Машина ползла по грунтовой дороге, носившей, несмотря ни на что, название проспекта. В салоне пылью покрылось все, включая пытавшихся спасаться от нее, пассажиров. Наконец, в лобовом стекле показалось невзрачное, крашеное розовой краской здание ресторана, в окружении чахлых деревьев. Автобус вырулил на площадку возле импровизированной большой веранды, имитирующей видимо, стан рыбаков, на которой располагались довольно грубо сколоченные столики с видом на море. Скучающие от вынужденного безделья официанты, коротали время за медитацией на стуле, возле входа на веранду и наблюдением за волнами залива. Две пары любопытных глаз стали сопровождать всю компанию, пока друзья, вместе с Луисом, шли от машины к веранде. Луис заглушил двигатель и раскрыл все двери автобуса, для того, чтобы хоть как-то проветрить салон.

«Пойдемте с нами, Луис» — обратился к водителю Альберт, — «Специально для Вас мы найдем бокал — другой пива!» Луис, впрочем, не стал сильно сопротивляться, тем более, что о наличии полиции в городе можно было только догадываться, а Солнце пекло немилосердно и пить хотелось точно так же, как и всем остальным и, вскоре, вся компания уже сидела под навесом, обдуваемая легким ветерком, дувшим со стороны залива. Ветер трепал обрывки рыбачьих сетей с подвешенными на них сушеными рыбами, служащими частью интерьера. Официантка принесла пиво и какие-то замысловатые местные орешки и чипсами. «Луис, мы слышали, что где-то здесь есть человек, который сам иногда переправляется на остров по каким-то своим делам. Интересно, сможет ли он переправить на остров нас?» — спросил Макс, отхлебывая из стакана.

Луис на какое-то время задумался. Взгляд его стал каким-то отрешенным, словно устремленным в неведомое никому, кроме него, пространство. «Да…» — протянул он, снова возвращаясь в реальность — «Здесь, я имею в виду, ближе к концу этой косы, живет вроде даже как и родственник этого Хулиана… После его смерти он наведывается туда, где все еще смотрит за тем хозяйством, которое еще там осталось.

Я-то с ним не общаюсь, на кой черт он мне нужен, тоже говорят, идиот редкостный и больной на всю голову…» — он замолчал, прикуривая очередную сигарету, — «Слишком, парни много всякой чертовщины с этим местом связано… Проклято оно, говорят… Еще в старые времена… Я, конечно, покажу вам, где он живет, но, договариваться будете сами, я вам не помощник и не советчик в этом деле». «Да, Луис, конечно…» — согласился Том, — «Мы сами… безусловно… Мы сами сюда приехали, нас никто не тащил насильно…»

«А что, Луис, за чертовщина с этим всем связана?» — поинтересовался Альберт. «Да как вам сказать, парни…» — начал Луис, — «Понимаете, с теми, кто хоть как-нибудь свяжется с этим чертовым островом, потом, словно по чьему-то заказу, начинались какие-то странности и неприятности. У кого — большие, у кого — поменьше… Довольно давно, еще был жив старый Хулиан, на острове решила побывать какая-то американская пара. Из самого Хьюстона говорят, прикатили… придурки… Такие… все из себя…

Так вот… Прикатили они сюда, в нашу дыру на огромном белом «Кадиллаке»… Вели себя так, будто мы все здесь, их прислуга, а они — наши бледнолицые хозяева… Терпеть не могу этих гринго! Спесь так и лезет изо всех щелей! Каким-то образом они вышли, порааспросив народ, на нашего героя. Ну, Хулиан, тот пока еще не рехнулся окончательно, взял, да и посадил их в лодку и на остров отвез… И оставил их там, на пару дней… сам рассказывал потом, что они сами его об этом попросили. В своем бунгало оставил… Так он свое жилище называл…»

«И что?» — осторожно поинтересовался Макс. «И что?» — повторил вопрос Луис, — «Да ничего особенного… Когда он их привез обратно, то, опять же — говорят, от них порядочно попахивало дерьмецом. И вели они себя несколько странновато. Как будто их там кто-то непрерывно пугал в самой извращенной форме. Они заплатили ему, как договорились, даже сверх того, а потом, ни слова не говоря, тихонько сели в свой «Кадиллак» и укатили к себе в Техас, восвояси…

Но и это еще не все… В последнюю ночь, кто-то им еще и все четыре колеса порезал ножом… по кругу… Причем — ровно так, как будто, так и было. Любой другой, увидев это, орал бы на всю округу и требовал шерифа, для разборок… А эти — нет, без лишнего шума купили четыре новых шины у хромого Мигеля, его дом как раз на выезде из города, там, вы могли обратить внимание, горы этих шин, на любой вкус и цвет. Это по «сотому шоссе», в сторону Эрмосильо. Они тихонько поставили их у него же и укатили домой… Вот так… Что там дальше с ними происходило — не неведомо, но, бьюсь об заклад, тоже мало чего хорошего!»

«Да… дела…» — ответил Макс. «Люди, наверное, перебрали впечатлений…» — подхватил Ральф, — «Вот и решили уехать, не привлекая внимания… Интересно, а они ничего вовнутрь не принимали? Я имею в виду того, что галлюцинации, например, вызывает?» «Ну… не знаю… Насчет галлюцинаций… С юга коку безусловно, везут. На границе со Штатами целые войны бывают иногда. У нас на этот счет довольно тихо, мы вдали от караванных путей» — пожал плечами Луис, — «С виду вроде довольно благополучные были… А как там, на самом деле… Одному Богу известно… И кто им колеса порезал — тоже… Они жили в «Виста-дель-Мар», а там вокруг народу шляется предостаточно, в любое время суток…

В нашей дыре все у всех на виду, а тут… словно и не было никого… Да и вели они себя довольно тихо… Высокомерно несколько, как я уже говорил, но что поделать… Из этих янки спесь выбивается плохо, наверное, передается по наследству!» — Луис пожал плечами, глядя в окно. «Ну хорошо… это пример, как говорится, единичный…» — не сдавался Макс, — «И не характеризует общего положения дел. А еще что-нибудь бывало?»