Спасенная инопланетным воином (ЛП) - Харт Хоуп - Страница 16

Пока я все еще оглядываюсь назад.

Я задыхаюсь от боли, когда мишуа останавливается. Бэт слегка напрягается, когда я кладу подбородок ей на плечо, а затем расслабляется, поднимая руку, чтобы погладить меня по щеке.

— Все будет хорошо, — уверяет она меня. — Ты знаешь этих парней?

Я прищуриваюсь, глядя на воинов, когда они замечают нас, и подходят ближе.

— Они из моего племени.

Мой подбородок почти падает с плеча Бэт, когда она с облегчением расслабляет плечи. Через несколько мгновений Тазо оказывается рядом со мной.

Он чертыхается, глядя на меня.

— Что случилось?

— Нож встретился с кишками, — тихо говорит Бэт. — Нам нужно доставить его к целителю.

— Ты человеческая женщина, — внезапно говорит он, обнимая ее, и она ахает, когда его глаза расширяются.

— Ты видел таких, как я?

Он кивает.

— Наш катай заключил сделку с племенем Ракиза за одну из найденных им женщин.

Мне не нужно видеть лицо Бэт, чтобы понять, что ее губы, скорее всего, сжались от этого заявления, и ее голос резок, когда она наклоняет голову, ее мягкие волосы касаются моего лица.

— Заключил сделку? — ее голос ледяной, и Тазо смотрит на меня. — Забудь, — говорит она. — Как быстро мы сможем доставить его в ваше племя?

Перик откашливается, подъезжая ближе, и я пытаюсь не обращать внимания на то, как Декир — третий воин — зачарованно смотрит на Бэт.

— Мы по меньшей мере в дне пути от нашего лагеря, — говорит Перик. — срезать несколько часов, если пойдем полным ходом, но… — его голос прерывается, когда Тазо свирепо смотрит на него.

— Мы справимся, — говорит Тазо, и я на мгновение встречаюсь с ним взглядом. Мы не разговаривали много лет. Но почему-то, если мне суждено умереть, кажется правильным, что это произойдет, пока он рядом.

В конце концов, я несу ответственность за смерть его сестры.

Брови Тазо опускаются, как будто он читает мои мысли, а затем он поворачивается к Бэт.

— Не волнуйся, женщина. Этот воин слишком упрям, чтобы умереть.

Она фыркает.

— Ладно. Тогда пойдем.

Джавир садится на мишуа Перика, а Тазо тянется к Бэт, помогая ей сесть перед ним. Краска исчезает с ее лица при этом движении, и я тянусь к седельной сумке, чуть не падая с мишуа.

Декир протягивает руку, чтобы поддержать меня.

— Что ты хочешь?

— Больно… Бэт.

— Не говори глупостей, — огрызается она. Но я открываю глаза, не подозревая, что они закрылись.

— О чем он говорит? — спрашивает Тазо.

— У него в седельной сумке болеутоляющее. Мы должны залить его ему в глотку.

Тазо долго молчит.

— Мы не позволяем женщинам испытывать боль, когда это можно предотвратить, — говорит он, и я напрягаюсь.

Он грубо ругается.

— Зарикс, — начинает он, но я снова закрываю глаза.

Его голос становится жестче.

— Выпей, женщина. Зарикс хорошо справляется с болью.

Бэт молчит, но по тихому рвотному звуку, который она издает, я могу сказать, что она сделала глоток.

Что-то толкает меня в руку, и мне с трудом удается заставить себя открыть отяжелевшие веки.

Она протягивает мне болеутоляющее.

— Теперь ты, — настаивает она, ее глаза влажные. — Пожалуйста.

Я вздыхаю, но принимаю его, делая большой глоток.

Декир привязывает меня к мишуа, и я кладу голову на ее чешуйчатую кожу.

— Ладно, — мрачно говорит Тазо. — Пойдемте.

БЭТ

Странно сидеть на мишуа перед Тазо после того, как я привыкла к сильной руке Зарикса, обнимающей меня за талию. Тазо — настоящий джентльмен, но я скучаю по угрюмому, вспыльчивому мужчине, который в настоящее время лежит без сознания на своей мишуа.

Я даже не могу объяснить почему.

Видеть его, испытывающего такую сильную боль…

От этого мне хочется плакать.

Этот парень спас меня от неминуемой смерти, а потом ножевое ранение только потому, что я не уделяла достаточно внимания Джавиру.

— С ним все будет в порядке, верно?

Тазо долго молчит.

— У нас прекрасные целители, — наконец говорит он. — Одни из лучших на Агроне.

Я не указываю на то, что он не ответил на мой вопрос.

Мы путешествуем уже несколько часов — достаточно долго, чтобы рассвет протянул золотые лучи над огромным пустым пространством перед нами. Большую часть ночи я провела в отключке, за что благодарна, так как в настоящее время это очень жесткая поездка.

— Это будет самая опасная часть нашего путешествия, — говорит мне Тазо. — Мы будем полностью видны любому, кто затаится в засаде, и у нас нет времени отбиваться от стаи вуальди. Мы должны двигаться очень быстро.

Я киваю.

— Я готова.

Бросив взгляд на других воинов, Тазо кивает, и я изо всех сил цепляюсь за него, когда мишуа летит на скорости.

Как будто у нее внезапно появились крылья.

Надеюсь, что Зарикс сможет крепко держаться за мишуа, и снова не потеряет сознание. Мы едем так несколько минут, и к тому времени, как мы достигаем линии деревьев, я задыхаюсь от боли.

Подумать только, когда-то я думала, что хочу большего драйва в своей жизни.

Солнце уже взошло, на изумрудном небе ни облачка, когда Тазо переводит свою мишуа на прогулочный шаг. Вдалеке возвышается огромное сооружение над множеством других строений поменьше.

— Что это? — спрашиваю я.

— Кради нашего катай, — говорит Тазо.

Если катай — король, то этот массивный, раскинутый шатер, должно быть, его дворец.

Он должно быть размером с футбольное поле, и у меня отвисает челюсть, когда мы приближаемся, и я замечаю огромные размеры лагеря. Тысячи меньших шатров занимают огромное пространство, простираясь так далеко, как может видеть мой глаз. Здесь, должно быть, живут десятки тысяч людей.

Воин приближается на мишуа, его глаза расширяются, когда он смотрит на Зарикса.

— Предупредите целителей, — рявкает Тазо, и воин немедленно поворачивается, когда мы следуем за ним через лагерь.

Я не уверена, что происходит между Тазо и Зариксом, но я точно могу сказать, что там какая-то плохая история.

Мы направляемся к одному из больших шатров, рядом с массивным сооружением, которое больше всего, что я видела на этой планете.

Тазо помогает мне спуститься с мишуа и протягивает мою трость. Каким-то образом он не потерял ее во время нашего путешествия. Затем воины отвязывают Зарикса от седла и тащат его в палатку.

Ноги Джавира ударяются о землю, когда он спрыгивает рядом со мной, и его рука дрожит, когда он отдает мне мой арбалет.

— С ним все в порядке? — голос у него тихий, и я не говорю ему, что задаюсь тем же вопросом.

— Ты же слышал его друга. Он слишком упрям, чтобы умереть.

Джавир кивает, но лицо его по-прежнему серьезно.

— Это по моей вине.

Я вздыхаю.

— Ты совершил ошибку. Ты действовал прежде, чем подумать о последствиях отвлечения его внимания. Тот вуальди видел, что ты сделал чуть ранее. Он заманивал тебя в ловушку.

— Зарикс может умереть.

— Может. Но он не хотел бы, чтобы ты винил себя. Ты сделал глупость, и теперь тебе придется извлечь из этого урок.

Джавир просто смотрит мне в лицо и уходит.

— Это именно то, что ему и нужно было услышать, — говорит глубокий голос, и я поворачиваюсь.

В нескольких футах от меня стоит мужчина, окруженный воинами. Его лицо выглядит так, словно оно выточено из камня, нос искривлен, а волосы заплетены назад. Он улыбается, подходя ближе, и эффект очарователен, его полные губы смягчают его лицо.

— Я беспокоюсь о нем, — говорю я.

Он кивает.

— Я прикажу своим людям следить за ним. Пока у него может быть иллюзия свободы и пространства.

Странно, но то, как он произносит эту фразу, вызывает у меня желание улыбнуться.

— Спасибо.

— Я Дексар, катай этого племени, — говорит он, и мои глаза расширяются. Ого, этот парень — настоящий король. Я чувствую внезапное желание присесть в реверансе и подавляю его.