Вампир на передержку (СИ) - Дега Олфель - Страница 38

Например, что Пушок белой кляксой распластался за оконным стеклом, прижатый за горло костяной рукой.

— Это виски, Эльза, его пьют. А не держат во рту. И что у тебя с глазами?! Не такое уж и крепкое.

Точно… еле проглотила огненный вязкий шар, который они тут называли «виски». И показала рукой на окно.

Обернулись все.

— Это… умертвие? — определил проблему эксперт за соседним столиком, — ерунда. Сейчас или оно загробного перевёртыша загрызёт, или наоборот. Мне оба варианта понравятся. У меня аллергия на шерсть. И на трупный яд.

Неженка какая! Я подорвалась к двери, рывком её распахнула. И уставилась прямо в ухмыляющийся череп.

Закрыться обратно мне не дала ненавязчиво просунутая в дверь костяная ступня.

Я же видела, что деревня окружена серебристыми елями! Как же так!

За моей спиной собрались советчики. Выбить ногу, выбить челюсть, выбить двери, чтобы те упали на нападавшего.

Игорь, ругнувшись, оттолкнул меня в сторону, одновременно перехватывая упавшего в таверну скелета и оточенным движением отрывая ему череп.

— Нападение на деревню! Димос, связывайся с советниками. Пусть попробуют засечь некромантов.

— Это проклятые арилийцы! Больше некому! — мудро каркнула зубастая нечисть.

Я на неё недовольно покосилась. А в Арилии бы орали, что это проклятые вампирюги опять нашли кладбище, и подняли, кого могли.

Здесь, видимо, поднимать было особенно некого. Пушок без особого труда грыз уже пятый череп. Сил в этих умертвиях, многих из которых были очень характерного клыкастого вида, осталось мало.

— Эх, дядя, дядя, — причитал один из вампиров, уворачиваясь от неживого нападавшего, — как знал, что поглубже хоронить нужно. Вот, ходишь теперь. Костями гремишь.

Проблема с восставшими случалась регулярно. Причём сжигать покойных не получалось — давнее проклятие, которое никто не мог снять, действовало так, что огонь тела просто не трогал. Приходилось использовать глубокие могилы, и крепкое дерево для гробов. Однако ушлые некроманты и в этом случае находили возможность устроить настоящие эпидемии восставших.

Кому это было нужно — до последнего времени не размышляли. Арилийцам было понятно, что виноваты вампиры. Зубастые, в свою очередь, обвиняли арилийцев. И с большим удовольствием делали из них Созданий ночи.

— Ну, население же как-то пополнять надо, — неуклюже оправдался Игорь, успевший разобраться с парочкой восставших, — Истиннорождённых мало. А после Гроба Истины становятся самыми преданными подданными.

— Это тот ящик, который я сломала, когда проснулась? — вспомнила я жутковатое пробуждение после Портала Тьмы.

Кажется, нападавших было немного. Пушок тащил последнего в лесок. Похрустеть черепушкой.

— У нас ещё пять в подвалах стоят, — успокоил меня Игорь, устало обмахиваясь крыльями, — да кто этих тварей постоянно поднимает?!

— Я бы попросил! — возмущённо сказал один из обращённых вампиров, — моего любимого дядю тварью не называть.

Захлопнув дверь, Игорь повернулся ко мне.

— Отдыхать. Завтра длинный день. Ещё в замок возвращаться.

Сообщество поддержало бурными аплодисментами.

— Увижу хоть один глаз в замочной скважине — подсматривать будет нечем! — предупредил Игорь всех достаточно весомо.

Расступившись, нас пропустили, чтобы мы поднялись наверх. Да, брачные метки были ещё с незавершёнными кольцами. И надеюсь, Игорь хорошо понимает, что торопиться с завершением я не согласна. Иначе… моя верная руна по смене личины выучена давно и надёжно.

Глава 15

Как называлась та красная жижа?..

Надо бы записать. Чтобы потом, если снова предложат её выпить, сочинить себе неотложное дело. Подальше от бара.

Голова раскалывалась. Хотя то, что они называли «виски», а я — «адское пойло, подать мне ещё, и того демона, куда пошёл!», я буквально лизнула на пробу.

— Ага. Высосала бутыль, как тех кроликов — это, называется, лизнула?! — ворчливо отметил Игорь, не открывая глаз.

Я нервничала, вообще-то. Глотнула немного, чтобы пережить тот факт, что Игорь категорически отказывается спать под кроватью — казалось бы, привычное для него место. А нагло развалился рядом. И отказался быть удушенным подушкой, отобрав у меня и небрежно запихнув её за спину.

Собственно, на этом я отношения выяснять закончила. И упала спать рядом. Напоследок, помню, была мысль, что один вампир под боком — ещё ничего. Пусть отвлекает на себя внимание тех, кто постоянно жаждал с нами пообщаться.

Но кто же знал, что коварная выпивка как подло поведёт себя на утро?!

— Держи, — смилостивился принц, передавая мне кубок, — апельсиновый сок. С добавкой. Быстро приведёт в обычный вид. Хотя даже не знаю. Почаще ходи растрёпанной. Сразу видно злобную ведьму-вампира, готовую убивать. Может, умертвия убоятся высовываться.

Косо на него глянула, но напиток приняла. Еле удержалась, чтобы не высказать то, что очень хотелось.

Всё равно прочитает. Охранять мысли от Игоря у меня не получалось, чем он бессовестно пользовался.

Валяться долго мне не разрешили. Едва дождавшись, пока осушу кубок, выдернул из кровати. И, завернув в одеяло, вылетел в окно, держа меня на руках.

Почему он меня вечно таскает, как мягкую игрушку? Я недовольно завозилась в своём коконе. И, видимо, слишком резко повернулась.

Почему он меня вечно роняет?! Прошлого раза мало было?!

Мой вопль разорвал тихое утро. И, кажется, все, от нежити до умертвий, собрались полюбоваться, как вторая леди Арании, цепляясь за ногу вампира и одеяло, висит над верхушками серебристых елей. И отказываясь падать.

— Дай руку! — напряжённо сказал Игорь, пытаясь дотянуться в полёте до собственной лодыжки, где висела я.

— Так спускайся!

— На ель?! Мы и так их нехило ободрали. Обидятся, уйдут. Вот радость умертвиям будет!

— Да хоть бы и так! В смысле, уйдут? Деревья?!

Как водится в Арании, тут же внизу нашлась толпа советчиков.

— Хозяйка, помаши ручкой, я картинку на память зарисую! Потом продам за большие деньги!

— Ваше высочество, мы туточки ёлку срубим? Нельзя? Ну ладно, наше дело предложить.

— Хозяйка, машите крыльями! А то рухнете, нам все деревья поломаете. Некрасиво.

Я бы им помахала. Пальцем в неприличном жесте. Вот только руки заняты. Держу вампира и одеяло. И спина зудит неприятно.

— Эльза, срочно, скидывай одеяло! — изменившимся голосом сказал Игорь, прищурившись на меня.

Извращуга! Повелитель извращуг! Знает, что у меня под одеялом только я сама, и небольшая тряпочка, которую они здесь именуют «ночной рубашкой». Выданная мне перед сном.

Вот в Арилии — рубашка так рубашка! Ткань плотная, Ворот под горло. Длина ниже ступней. Ширина трёх палаток. А то, что мне дали — дрянь вапирская, разлетайка…

— Прямо сейчас! — прошипел Игорь, стряхивая меня с ноги.

Взмахнув руками, отпустила его, одеяло… И поняла, что не падаю…

— Можешь перестать махать руками, — разрешил супруг, изящно поводя крыльями, повисая в воздухе, — главное, шевели крыльями.

Замечательно.

Я покосилась за своё плечо. Из меня получилась отличная зубастая нечисть с махалками! Колоносцы Арилии будут в восторге.

Преподаватели, конечно, часто говорили, что я эксклюзивная. Но они даже не представляли себе, насколько!

— А почему я не мышь?! — выдвинула я претензию. Больше от шока, конечно. Естественно, мне спокойнее было в собственном облике. Подумаешь, на пару деталей больше стало…

— Кто тебя знает, ты же Октушен, — протянул Игорь, рассматривая меня с каким-то научным интересом, — надо тебя в нашей Академии профессорам показать. Может, и выяснят, на что ты ещё способна. Чтобы сюрпризом не было.

Отлетела от этого исследователя подальше. И замерла в воздухе, подняв голову.

— На востоке справа некроманты начинают обряд, — собственные слова донеслись до меня глухо, как из-под одеяла.

Зато деревенские услышали очень чётко.