Отрави меня собой (СИ) - Звонарь-Елисеева Екатерина - Страница 25

— Тебе, Оля, можно не только обнимать.

Смысл его слов обжег ее щеки жарким румянцем, и она, возмущенно засопев, резко рванула свою руку. Не тут-то было. Ладонь Лавра уже перехватила и накрыла ее запястье. Оля снова попыталась вырваться. Тихий бархатный смех заставил ее кожу покрыться пупырышками, и она оказалась еще теснее прижата к его телу.

— Нет! Отпусти меня немедленно, — она закусила губу, проклиная свое желание поиграть с опасным бабником. Проигрыш ей уже обеспечен

— Никуда ты от меня не денешься, Медведева, — горячо зашептал Артём, шевеля волосы над ее ухом.

— То есть шансов от тебя отделаться у меня ни одного? — прокашлявшись, едва слышно спросила она, когда горячая волна удовольствия накатила на нее. С ума сойти! Уже от этих его слов она вся дрожит.

— Ноль, — прозвучал самоуверенный ответ смеющимся голосом.

— Вот ведь угораздило! — простонала Оля. Мозг ее лихорадочно искал пути к отступлению. Интересно, а какие девушки ему не нравятся? — А если я стану капризной и жадной?

Он прищурился, пронзив ее острым взглядом, и одарил самой очаровательной улыбкой. Девчонка решила прощупать почву, и ей невдомек, что с ее появлением в его жизни все вкусы и приоритеты резко поменялись.

— Даже тогда.

— О, Боже!

— Оля! Тёма! — к ним навстречу неслась Машка.

Лавров недовольно хмыкнул, был вынужден выпустить Ольгу из захвата и подхватить девочку. Та звонко засмеялась.

— Хо-чу ку-шать!

— Проголодалась, маленькая? — Оля потрепала сестренку по щеке. — Стало быть, домой пора.

Маша закивала. Артём с ней на руках и Ольгой рядом дошли до его машины. Спустя некоторое время, они уже стояли у самого подъезда. Оля мялась — пригласить Лаврова на ужин или нет. Может, если она накормит его до отвала он и отвалится? Глупая надежда. Мама снова на сутках, и, кажется, одобряла общение Маши с Артёмом. Ай, ладно, была не была. Все же он выбрал их с сестрой общество, нежели привычное времяпрепровождение. Зачем ему всё это, так и оставалось загадкой. Надо бы спросить на досуге, если язык повернется. Оля сгорбилась. Куда делась ее способность говорить прямолинейно в присутствии Лаврова?

— Поужинаешь с нами? — сорвалось с губ девушки.

— У вас дома, что ли? — он выглядел потрясенным.

— Нет, блин, в подвале соседнем! Не хочешь, как хо…

— Идем, — перебил он ее и расплылся в довольной улыбке.

Пока ехали в лифте, Лавров загадочно сверкал глазами и о чем-то шептался с Машей. Та хихикала и охотно кивала головой. Оля открыла дверь, пропустила их в квартиру. Едва успела щелкнуть замком, а Лавров и Маша уже разулись и отправились мыть руки. Нет, ё-моё, как же быстро он нашел подход в девочке! Даже подозрительно. Может он, какие психологические курсы посещает?

Артём с Машей уселись за стол, предоставив Ольге свободу действий. Она достала из холодильника помидоры с огурцами, хорошенько вымыла и высушила. Положила перед Лавровым доску, нож, салатник и овощи в миске. Тот вопросительно на нее уставился. Оля ухмыльнулась:

— Салатик нарезать слабо, Артём? А то ведь у нас нету фуагра или к чему ты там привык. Все предельно просто.

— Даже обидно, что ты не воспринимаешь меня всерьез! — надулся парень, потом сверкнул белозубой улыбкой и как заправский повар принялся нарезать овощи.

Оля закивала головой, опасаясь, как бы от распиравшего ее веселья не треснул рот. Пока Маша подавала Артёму то огурец, то томат, то солонку, старательно и медленно рассказывала ему об огороде и овощах, произрастающих на нем.

— Откуда тебе об этом известно? — вопрошал Лавров.

— Чита-ли на уро-ке, — отвечала сестренка.

Ольга сунула картофельное пюре и отбивные в духовку. Пока грелся ужин, она расставила тарелки, разложила столовые приборы, поставила на стол кувшин с ягодным морсом и стаканы. Когда салат был готов, Оля, не скрывая, улыбки от уха до уха убрала доску с ножом. Не успела она расположиться на стуле, как морс уже был разлит по стаканам самим Артёмом. М-да, мысленно протянула Оля, ни дать ни взять — семейный ужин. Стоп, куда тебя понесло, идиотки кусок? Лавр и семья?! Девушка тряхнула головой.

— Чему радуешься? — вырвал ее из мира грёз насмешливый голос Лаврова.

— Та-ак, — протянула она, — есть причины.

Он хмыкнул. И почему здесь, рядом с Ольгой и Машей, в простой квартире, поглощая самый простой и вкусный ужин, он ощущал себя дома?! Давненько ему не было так комфортно и уютно, давно не испытывал такого морального удовлетворения. Острое желание возвращаться к Ольге вот так каждый вечер, мирно ужинать, обсуждать, что случилось за день и кайфовать от одного присутствия девушки рядом, поселилось где-то глубоко внутри и уже пустило корни. Вспомнив свою ультрасовременную квартиру, пустую и холодную, аж челюсти свело от неприятного скребущего ощущения в области грудины.

— Спа-сибо! — сказала Маша и вышла из-за стола. Обернулась с глазами, полными надежды.

— Мы сейчас придем, Машутка, доставай всё, — пообещал Артём, на что девчушка ласково улыбнулась и умчалась в зал.

— Что это вы задумали? — прищурилась Ольга, убирая со стола и принимаясь за мытье посуды.

— Посидим и послушаем Машу. Она обещала мне рассказать про цветы.

— Машка любит цветы, — кивнула девушка. — В ней живет или флорист или садовод.

— Это отлично.

На несколько минут повисла тишина. Оля чувствовала спиной взгляд Лаврова, вот только не такой тяжелый, как обычно. Какой-то другой. Глянув через плечо, она поняла, какой — заинтересованный. Вымыв тарелки, она развернулась и принялась сушить их полотенцем.

— А знаешь, что еще, Медведева? — убедившись, что завладел ее вниманием, Артём продолжил: — Определенно, у тебя есть шанс найти путь к моему сердцу через мой же желудок.

От его прямого взгляда и мурлычущего голоса, Оля застыла с тарелкой, которую собиралась поставить в шкафчик. Придя в себя от кратковременного шока, она сунула посуду в ячейку, прочистила горло и сузила глаза до щелок.

— Представь себе, я даже не старалась! А знаешь, что еще, Лавров? — в тон ему спросила она, уперев руки в бока. Заметив, как изогнулась его черная бровь, она продолжила: — Если б знала про шанс, непременно что-нибудь бы пересолила.

— Ага, — глаза его вспыхнули догадкой и торжеством, — я так и знал!

— Что-о? — непонимающе вытаращилась она.

— Помнится, говорят, что если пересолила, значит, влюбилась.

— Какой ты, однако, мечтатель, — вплеснула Оля руками и подозрительно прищурилась. — А ты точно Артём Лавров?

Ольга сглотнула, когда он принялся угрожающе возвышаться над столом, пронзив все существо ее острым потемневшим взором и забрав управление волей в свои руки. И готов был доказать ей, что он действительно тот самый Лавров, который не только жаждет сжать ее в своих объятиях, но и намерен продемонстрировать это сию секунду. Черт! Почему она вечно провоцирует Лаврова?! Шаг к ней заставил ее в панике метнуться к холодильнику…

Но тут на кухню ворвалась Маша с требованием читать вместе с Тёмой. Тот выдохнул, обжег девушку многообещающим взглядом и последовал за сестрой. Оля облегченно перевела дыхание, едва слышно назвав ее спасительницей, выключила свет на кухне. Напряженная дрожь в коленях отказывалась проходить, пока Оля шла, чтобы присоединиться к веселой компании в зале.

Маша и Артём сидели на диване, разложив на коленях большие красочные книжки. Оля присела рядом с сестрой. Ей осталось только включиться в их занимательную игру. Маша с воодушевлением читала им о цветах, водила пальчиком по ярким картинкам, переводила дыхание и с важным видом отвечала на вопросы Артёма, когда он спрашивал о том или другом. И так все было гармонично, что Оля едва не прослезилась. Лавр на удивление проявлял чудеса терпения, чуткости и внимательности, помогал девочке, когда та спотыкалась в словах. Стоило ей скукожиться, как он отвлекал ее новым вопросом, и девчушка охотно начинала говорить.

Ольга так увлеклась непринужденной беседой сестры с мажором, что не сразу обратила внимание, как его рука вытянулась вдоль спинки дивана, как горячие пальцы скользнули под ее косу и ласково принялись поглаживать кожу на шее. Оля вспыхнула, бросила предупреждающий взгляд на Артёма, и хотела было дернуться, но мужская ладонь крепко обхватила шею сзади. Оля почувствовала, как ее всю опалило жаром. Его неожиданная для нее, но вполне спланированная им, ласка оказалась ей приятна. Захотелось зажмуриться, откинуть голову в его руку и заурчать кошкой. Дрожь пробежалась по коже. Какой же он коварный! Отомстил-таки. И что теперь делать? Начни вырываться, его это только позабавит, никак не отреагируй — углубит ласку. И тут засада, и там тупик. И если бы не Маша, Оля уже бы давно прилипла к широкой груди Лавра и позволяла бы себя целовать. Неприличные фантазии непозволительно бурно разыгрались в воображении девушки, током рассыпаясь по телу и пробуждая в крови огонь желания. Оля напряглась, не в силах сбросить морок.