Отрави меня собой (СИ) - Звонарь-Елисеева Екатерина - Страница 42

— Мы просто общаемся.

— Ты ведь вроде ненавидишь мажоров, — подозрительно прищурилась Варя.

— Ну… этот мажор иногда может быть нормальным человеком, — пожала она плечами. — Он пару раз меня домой после смены подвозил. Вот собственно и всё.

— М-да? — недоверчиво фыркнула Лена. — А ты заиграться не боишься?

Оля кисло улыбнулась. Боюсь, вихрем пронеслось в ее голове. И, кажется, уже заигралась. Вслух конечно ничего такого не сказала. — Никаких игр, а что такое?

— Ходят слухи, — понизила до шепота голос Ася, — будто он запал на тебя, Оля.

— Чего?! — взвизгнула она, поспешно прижав стакан ко рту и ударившись зубами о его край. — С какой это сырости ему вдруг западать на меня? Вы это, девочки, о чем?

— Вот ты и скажи нам, — потребовала Варя.

— Понятия не имею. Сами подумайте — кто он и кто я? Сплетни это все, — она правдоподобно махнула рукой, изображая беззаботность и равнодушие, хотя внутри распустился невероятный цветок жаркого удовольствия. — Нас даже мир-дружба-жвачка связывать не может.

— Себе-то хоть не ври, — усмехнулась Ленка.

— Неужели сама не видишь ничего? Не понимаешь? — наседала Ася.

— Девчонки, вы меня с кем-то явно перепутали, — Оля низко опустила голову.

— Хм, да и что тут непонятого, если Лавр пялится на тебя так, будто проглотить готов, — снова выложила очередное наблюдение Варя.

— Ага, ни на кого так не таращился, — закивала головой Лена.

Чем больше говорили подруги, тем ниже хотелось Оле спрятать свое лицо. Неужели все так очевидно?

— Признавайся, Оля, чем зацепила высокомерного мажора? — хихикнула Ася.

Неприятный осадок вновь всколыхнулся в ее душе. Оля приказала себе успокоиться и сделала глубокий вдох-выдох. Это всем только кажется. И ей тоже. И Лавру все мерещится. Вся эта их тяга друг к другу — иллюзия. Оля мотнула головой. Нет, уговоры саму себя не помогают. Мысли стремительно летят к нему, Артёму. Шею аж ломит, так хочется посмотреть на него, встретиться с наглыми глазами, увидеть самодовольную улыбочку, а потом стереть самоуверенное выражение с его физиономии какой-нибудь едкой шпилькой. А чего стоило выражение лица Артёма, когда он общался с Машей? Вмиг становился заботливым, внимательным и терпеливым. Не верилось, что он может быть таким и хотелось, чтобы он таким был всегда. Черт возьми, напасть просто!

— Чего молчишь, подруга? — прошептала Лена. — В точку попали?

— А… а давайте мы на эту тему поговорим не сейчас? — Оля посмотрела в глаза каждой из девчонок, закусила на мгновение губу, понадеявшись на жалость подруг. — Я с вами поделюсь, когда разберусь сама в себе, хорошо?

— Знаешь, дорогая, — уверенно заявила Варя, — нет ничего зазорного в том, что вы нравитесь друг другу. Подумаешь, из разных социальных слоев! — фыркнула она.

— Мезальянс никто не отменял еще, — заявила Ленка.

— Ага, его только обсуждают, — Оля провела ладонью по волосам и пробормотала. — Все не так просто.

— Вам нужно поговорить, — заключила Ася.

— Боже! — простонала Оля, улыбаясь подругам. — Вы случайно специальностью не ошиблись? Вам бы на психологию поступать.

Девушки весело захохотали и за непринужденным разговором о пустяках расправились со своим обедом.

Напряжение между ними постепенно сошло на нет. Прежняя Оля вернулась, но не редко замыкалась в себе. Как будто переваривала какие-то свои тяжелые думы. Наблюдая за Медведевой, Артём старался не допустить, чтобы она снова увязла в том ужасном состоянии, в коем тогда пребывала. А потому подколов и откровенных намеков в адрес девушки, стало намного больше. Она, не изменяя себе, сначала краснела, затем высоко задирала бровь и начинала полоскать все его моральные принципы. Вернее их отсутствие. Награждая Ольгу насмешливым взглядом, он нагло скалился и прятал свои истинные эмоции — невозможное удовольствие от общения, пульсирующее тепло и странное щемящее чувство в груди.

Как обычно Лавров ожидал ее у машины, присев на капот. Оля выпорхнула из дверей универа и направилась к нему. На удивление быстро забралась в машину, заставив его хмыкнуть. Садясь за руль, он решил, что сегодня дожмет ее с поездкой, и Маша ему в этом поможет. Забрали малышку из центра и направились к Медведевым домой.

— Рассказывай, Машуня, как день прошел? — спросил Артём, опережая Ольгу.

— Хоро-шо, — весело ответила девчушка.

— Маша, а ты бы хотела поехать погулять за город на выходных? — спросил Лавр, никак не отреагировав на испепеляющий взгляд Оли.

— Да, — закивала она темноволосой головой, и задорные хвостики закачались в такт движению. — А что там бу-дет?

— Я знаю такое место, девчонки, закачаетесь! Старинная усадьба-музей, бассейн, шашлыки, небольшой кинотеатр, несколько озер и самое интересное. Догадайтесь что? — таинственно замолчал он.

— Боюсь даже представить, — буркнула Оля, сложив руки на груди. Вот ведь жук хитрый! Манипулятор. Шантажист. Знает ведь, что ради Маши она согласится на все.

— Прогулки на квадроциклах!

— Класс-с! — восторженно вспыхнула интересом девочка.

— Ой, нет, — всплеснула руками Оля, — Маша бояться будет.

— Маша, ты будешь бояться? — Артём глянул в зеркало заднего вида, поймал взгляд карих глазенок, уже загоревшихся в предвкушении.

— Нет! Это Оля будет, — выдохнула она, чем рассмешила Лаврова.

— Оля, ты будешь бояться? — покосился в сторону своей личной отравы.

— Вот еще! — вздернула та подбородок, понимая, что качается. Ей хочется и колется провести время в обществе мажора. В его присутствии все дрожало внутри нее, ее обдавало жаром, терялось ощущение реальности, подводя к опасной черте, переступив которую возврата уже нет. И в то же время находиться с ним рядом равноценно наркотику — хотелось еще и больше. Без него — всё уже не так, нет душевного равновесия и покоя, уюта и комфорта, ощущения надежности и уверенности в завтрашнем дне. Оля только диву давалась, как этот несносный мажор оказался способным вызвать в ней столь противоречивые эмоции.

— Значит…

— Ничего это не значит, — упрямо насупилась Оля.

Они спорили до самой прихожей в квартире Медведевых. Оля отнекивалась, выдумывала самые нелепые отговорки или же просто отмалчивалась, не желая озвучить истинных причин. За горячим обсуждением их встретила Вера Павловна и внимательно вслушалась в суть разговора.

— Медведева, это место для семейного отдыха, а не притон. Хорошая гостиница с комфортабельными номерами, я уже говорил тебе. Бассейн, шашлыки, воздух, экскурсия.

— Нет, — упиралась Оля, сама не понимая себя. Она снова раздвоилась. Большей ее половине ужасно хотелось провести время с Лавровым и узнать, какой же он без своего окружения. Другую же точили сомнения — чем ближе она подпускает к себе мажора, тем сильнее к нему привязывается.

— Ну почему? Объясни, — требовал Артём, разуваясь. — Кроме того, ты не можешь держать сестру взаперти вечно. А я предлагаю отдохнуть. Вера Павловна, образумьте эту упрямицу. И айда с нами.

— Благодарю, Артём, но я — пасс. Вы молодые — развлекайтесь. И, кстати, Оля, Артём прав. Машка потухла от всех занятий в центре, нагрузка у нее сумасшедшая. А время на воздухе, вдали от шума, пойдет ей на пользу.

Лавр победно оглядел Олю с ног до головы. Она итак едва сдерживала пар, грозивший вырваться из ее ушей. А когда к ним подскочила Маша, уже успевшая вымыть руки и слетать в свою комнату, Артём подхватил девчушку на руки. Она заулыбалась, продемонстрировала ему подаренного медвежонка и сказала:

— Тёма, это Тэд.

— Ага, — закивал он головой. — Так что, Мария, как уговорить вашу сестру поехать с нами?

Маша повернулась к Оле и с совершенно серьезным видом обратилась к ней, уверенно, пусть и медленно, произнося слова без перерывов:

— Оля, нам всем требуется отдых. Маме от нас и забот с нами, нам от всего остального.

— Вот молодчинка, — похвалил ее мажор, расплываясь в улыбке и чмокая шелковистую щечку, — лучших аргументов не придумать.