Твой ход (СИ) - Аувэст Дания - Страница 73

— Потому что боялась? — Предположил парень, но в голосе его слышались уверенный нотки. Он не спрашивал, а констатировал факт.

— Да, боялась, что рано или поздно вы меня сломаете. Но это было тогда, когда мы все были сопливыми детьми. Сейчас же я боюсь совсем другого. Уверена, ты уже догадался чего, ума ведь у тебя в избытке.

Я в ожидании уставилась на парня. В глазах моих сейчас клокотала буря, у Яра же начали гаснуть одна за ругой звёзды.

В темноте комнаты, которая освещалась лишь слабым светом луны, черты красивого лица Яра выглядели зловещи, они словно заострились.

— Скажи это, давай! — Выкрикнула я молчавшему парню.

Сделав тот злосчастный шаг, что разделял нас, я толкнула парня в плечи. Честно, сама от себя такого поступка не ожидала. Это совсем не походило на меня.

Ярослав же почему-то легко поддался и отошел на несколько шагов от меня, подозрительно покорный.

— Чувств, ты боишься то, что испытываешь ко мне и во что я могу это превратить. — Всё же сказал то, чего так ожидала я.

Хоть меня это не удивило, в глубине души то, что я так сильно отторгала, уже давно пустило корни. Любовь к тому, кто только и делал, что причинял боль и скрывал от меня все, что только мог, вопреки всему расцвела прекрасным цветком.

— Молодец, правильно, — горько сказала я. — Даже не сомневалась в твоей осведомленности. Теперь же, Яр, давай проясним кое-что: что ты от меня хочешь на самом деле? Зачем преследовал все это время, и не отпускаешь сейчас, к чему это все?

Меня потряхивало, но, прикусив до крови губу, так что рот наполнил металлический привкус, я переборола саму себя, приняв холоднокровный вид, благо, всю свою жизнь отец только и делал, что давал мне по нему мастер-классы.

— Хотя стой, молчи, моя очередь говорить очевидные вещи. — Я в прямом смысле прервала открывшего было рот парня. — Всё дело во мне, в моем теле, его ведь ты так сильно желаешь. Желал тогда и желаешь сейчас. Запретное манит, а ты такой человек, который обязательно добивается желаемого.

Я, смотря в темные глаза своего соперника, человека, которого я ненавидела и любила, решительно взялась руками за лямки ночной сорочки, под которой ничего не было.

— Просто возьми меня, и тогда мы закончим это навсегда.

Одним лёгким движением я скинула с себя сорочку. Та соскользнула и упала к ногам, а я осталась стоять полностью голая, все сильнее и сильнее разгрызая губу.

Какие бы эмоции меня не обуревали сейчас и потом, от намеченного я не откажусь, такова цена свободы. Или правды.

— Ну же, давай! Может тогда ты отважишься рассказать ради чего пожертвовал всем: семьёй, любовью, жизнью. Стоит оно того, мучить всех вокруг ради непонятно чего?!

Я кричала на весь дом. Пусть. Все равно. Нас и так все бросили в этом проклятом особняке. Забыли и забили.

— Чего ты стоишь? Думаешь, я слабая и не смогу сделать это?! Давай же, возьми меня и покончим с этим.

— Прекрати этот цирк. — Ярослав отвернулся от меня, словно и не святила я перед ним своими формами.

Подойдя к кровати, он сдернул с неё одеяло и, вернувшись ко мне, накинул на голые плечи тяжёлую вещь. — Не придумывай то, чего на самом деле нет.

— То есть ты не хочешь меня, и все, что делал до этого, это просто так играл со мной ради банального развлечения? — Ей богу, лучше бы он послушался меня и взял в эту же минуту. Тогда мне не было бы так больно сейчас.

— Нет, куколка, я не настолько мерзок, как ты меня описываешь. Можешь не верить, но ты то единственное, что не даёт мне сойти с ума, полностью потеряться. — Ярослав более не пытался играть роли, наконец я добилась того, что хотела: парень скинул маску, показал себя настоящего. Без напускного спокойствия и ухмылки он выглядел взрослее. Усталость отпечаталась на его лице, а глаза ярко сверкали мириадами звезд.

Он уже не был парнем сейчас, нет, теперь перед до меня стоял мужчина, прекрасный, но почему-то находившийся на краю пропасти. За меня же он ухватился, как за последний оплот надежды.

Ярослав прикоснулся к моей щеке, нежно и трепетно, и я задохнулась.

Воистину в нашей ситуации лучше молчать, стоит нам открыть рты, как мы обязательно начинаем ссориться.

Тайны, что огромным комом мчаться на нас с горы и вот-вот должны настигнуть, разрушают и разъедают некое подобие гармонии, оставляя рытвины на самой душе.

— Безусловно твоё тело манит меня, но это лишь приятный бонус, гораздо больше мне важнее то, что внутри. Почему, ты думаешь, я бегал за тобой в детстве, как безумный, оберегая каждый шаг? Явно не из-за тела, ведь тогда ты была совсем девчонкой.

Ярослав явно не жалел моё сердце, от этих слов оно затрепетало, как птичка, загнанная в угол. Честное словно, несколько минут я была готова отпустить его, попробовать забыть. Но теперь все изменилось с точностью да наоборот, вопреки звеневшей, как сирена, в голове мысли: «Он причинит тебе боль!», я вцепилась в него как утопающий за спасательный круг.

Сильно, до крови закусив губу, я не понимала саму себя.

Стою тут в исподнем и глотаю слезы. Растеклась, блин, лужицей от парочки красивых слов.

Пока сверлила пол серьезным взглядом и терзала и так истерзанную губу, Ярослав, кажется, все для себя решил, ну или его просто переклинило, наконец-то природа, так скажем, взяла свое.

Впившись в мои губы страстным поцелуем, парень не стал утруждать себя прелюдиями и ворвался ко мне в рот, как хозяин положения.

И все, я поплыла сознанием. Оно вообще помахало мне ручкой, уступив место страсти и безумному желанию.

Как-то само собой одеяло выскользнуло из ослабших рук.

— Не кусай губы, и так уже живого места не осталось. — Между поцелуями, когда мы прервались, чтобы вздохнуть, прошептал парень.

— Тебе неприятно? — Тяжело дыша, спросила я. Губы Яра были мягкими, мои же, постоянно покрытые болячками, шершавыми.

— Твои губы для меня слаще всех на свете. — Ярослав вновь поцеловал меня, быстро и в конце ещё и прикусил несчастную многострадальную нижнюю губу. — Но мне не нравится, что ты причиняешь себе боль.

Почему-то покраснев от этих слов, а не от того, что стою тут в неглиже, я уже сама потянулась за поцелуем.

Наша сладкая, томительная игра продолжалась некоторое время, но в итоге мне стало мало. Поэтому я предприняла попытку расширить преграды.

Выпутавшись из копны волос парня, смело начала оглаживать пресс парня, а потом и вовсе толкнула парня и завалила его на кровать.

Сама же осталась стоять перед кроватью. Странно, но я не чувствовала стеснения. Ну в конце-то концов, моему телу позавидуют многие. Уверенности также ещё добавлял восхищенный взгляд Яра, который пожирал каждый сантиметр моего тела.

— Куколка, и откуда в тебе только взялась эта смелость? — С лукавой улыбкой спросил парень, возлежа на кровати на согнутых локтях. — Только недавно тряслась от поцелуев, а сейчас…

Парень намеренно замолчал и окинул моё тело медленным взглядом с ног до головы.

— Мою скромность ты сам похоронил той ночью, когда…

Я тоже специально замолчала на самом пикантном моменте нашей биографии.

Хотя сколько бы я не храбрилась, но все равно нервно накручивала на палец прядь волос, выдавая таким образом свое состояние.

Кокетство, как же…

— Если ты этого хочешь, то иди сюда. — Ярослав поманил меня рукой, и я пошла.

В крепких объятиях парня незаметно как-то оказалась на спине, подмятая под мускулистое тело, которое ко всему прочему ещё и запах умопомрачительный источало.

Град из поцелуев обрушился и ожидаемо доставил немыслимое удовольствие.

Мне кажется, или Яр испытывает какое-то особое удовольствие, как маленький присасываясь к моим соскам?

Выгибаясь и постанывая, я явно ощущала, что с каждым разом подхожу к краю, но не могу сорваться из-за одного паразита, который, словно издеваясь, останавливался на мгновение, чтобы потом продолжить.

— Я-я-яр, — прохныкала, дергая парня за волосы и заставляя его оторваться от моей груди. — Я хочу большего!