От океана до степи (СИ) - Стариков Антон - Страница 309

На мгновение Кондрат позволил себе отвлечься и перевести дух — главное дело сделано — без сердца и мозгов не встанет даже бессмертный Дункан Маклауд, не то что обычный человек! Буквально через секунду он вновь сосредоточился — дело нужно было довести до конца. Осталось трое — девчонка и двое парней, представители так называемой золотой молодежи, самые тупые из них, то есть те, кого родителям-депутатам (судьям, сенаторам) не удалось выпихнуть учиться за бугор и кто сейчас старательно и не жалея себя''тренировался''в будущем просрать уворованные предками-ворюгами деньги. Вот уж кого Кондрат не жалел, хотя с другой стороны, он никого не жалел большую часть своей жизни и не желал заниматься сей филантропией сейчас, без всяких сомнений и душевных терзаний собираясь разменять жизни абсолютно безразличных ему сикельдявок на двух-трех, а если повезет, то и пятидневную фору.

Кондрат в последний раз глянул на остывавшее тело на полу и, поудобней перехватив тяжелое оружие второй рукой, осторожно двинулся вперед. Губы старика шевелились, напевая все еще любимый и памятный мотив:

Крутится, вертится шар голубой…

Комната, пустая, видимо спальня, на одной из настенных полок надрывается включенный магнитофон (точнее не магнитофон, а довольно современная стерео-система, но для Кондрата — один черт). ''Гость''оставил комнату в покое:

Крутится, вертится над головой…

Две двери — туалет и ванна. В туалете горит свет. Ванная пуста. Кондрат прислушался, подождал несколько секунд, ему надоело, и он решил действовать, а не дожидаться засранца — хочет сдохнуть на толчке, его право:

Крутится, вертится, хочет упасть…

Кондрат поудобней перехватил зонт и рывком распахнул дверь туалета! Никого! Пустой''трон'' и сияющий кафель. Кондрат философски пожал плечами и, оставив санузел позади, продолжил свой путь:

Кавалер барышню хочет украсть…

Ему почудилось движение в соседнем помещении, и он припал к стене коридора. Нет, не почудилось — мелькнула тень, еще раз, электронный сигнал и едва слышимые из-за множества шумов удаляющиеся шаги:

Где эта улица, где этот дом?

Внезапно Кондрат узнал знакомый звук — сработала микроволновка. Вновь звук — открыли дверцу. Кондрат вздохнул и плавно шагнул в дверной проем:

Где эта барышня, что я влюблен?

Перед ним большая кухня, по которой к нему идет молодая девушка в легкомысленном халатике и большими наушниками на голове. Красивая. Удивительно — никого провода, но наушники работают, видимо передают или проигрывают музыку, поскольку девчонка покачивает головой в слышимом только ей ритме. В руках у меломанки две бумажные коробки пиццы, разогретой пиццы:

Вот эта улица, вот этот дом!

Девушка не только сама лишила себя слуха, но и полуприкрыла глаза. Она не замечает незнакомца, что держит в обеих руках направленный в ее сторону ''зонт''. Замечает его только в двух-трех шагах, ошарашенно останавливается, ее глаза лезут из орбит, открывается рот… Может быть у кого-то другого и дрогнула бы рука при виде молодой, не разменявшей и двух десятков девчонки, но только не у Циркуля (старое партизанское прозвище Кондрата). Первую женщину, вернее сразу трех женщин он убил в 13 лет: мать, жена и младшая сестра перешедшего на сторону немцев милиционера в немалых чинах умерли грязно, но быстро — длинный нож для заколки свиней, рожденная ненавистью сила и совершенно не детская ярость в глазах малолетнего мстителя. А потому…

Выстрел! Пуля входит прямо между широко раскрытых глаз и прелестная головка трескается как перезрелый арбуз!

Вот эта барышня, что я влюблен!

Большие наушники помогли голове сохранить форму и не брызнуть во все стороны ошметками, кровавый поток изливается на красивый халат, тело падает, коробки пиццы падают на него, кусок дымящейся пиццы вывалился из коробки и ползет по бесстыдно обнажившемуся животу, сверху его поливает кровавый ''соус''. Щелчок! Оружие в руках безжалостного убийцы вновь готово к бою, он разворачивается и покидает кухню.

Кондрат недоволен собой — отвлекся на необычное устройство и не просчитал траекторию выстрела, в результате несколько осколков пули попали в подвесной шкаф, пробили дверцу и что-то там разбили внутри. Впрочем самого плохого все же не произошло — осколки могли, но все-таки не попали в окно.

Следующая комната пуста, лишь только работает включенная плазма, на экране надрывается модная чернокожая девица, такие же чернокожие мужики пляшут у нее за спиной. Кондрат вновь замер в коридоре, впереди зал — самая большая комната квартиры, именно оттуда слышатся азартные крики, взрывы, стрельба — на просторах приставочной игры идет безжалостная бойня.

На мгновение у Кондрата прихватывает сердце и темнеет в глазах, он опирается, почти падает спиной на стену, оружие в руках тяжелеет раз так в пять.

— Не сейчас! — старик преодолевает себя и чудовищным усилием воли прогоняет боль и слабость, загоняя их туда откуда они пришли. Отталкивается плечами от стены, поднимает опущенное оружие, вдох-выдох, вдох-выдох — глубокие вдохи проталкивают кислород по старому нутру, наполняют кровью забарахлившее сердце. Вдох-выдох, вдох-выдох — он готов!

Вновь шевелятся губы, в голове звучит придающий сил мотив, а сам Кондрат буквально втекает в зал — после микро-приступа ему много лучше, и он чувствует прилив сил. Кондрат готов немедленно стрелять, но нет, не нужно — двое парней в громоздких шлемах виртуальной реальности и чувствительных перчатках увлеченно рубятся в бродилку-стрелялку. На экране, перед которым они сидят, отображаются все их приключения в мире игры, включенные на максимум колонки-динамики наполняют квартиру азартными воплями, взрывами, стрельбой, стонами умирающих врагов.

*

Разумеется производители игровых консолей не могли соперничать с ''Основой'',но изо всех сил старались если уж не догнать, то хотя бы не так сильно отстать — очень качественные шлемы виртуальной реальности, сенсорные перчатки последнего поколения, широчайший ассортимент (от гонок до стратегий) и невероятно комфортная кредитно-ценовая политика не сумели остановить отток клиентов, но замедлили его до предельно возможных величин. Хотя все давно уже поняли — конец приставочного мира предрешен.

*

Кондрат делает три шага вперед. Между ним и ничего не подозревавшими целями 2 метра — идеальная дистанция.

Выстрел! Производитель шлемов виртуальной реальности сильно подсуропил как стрелку, так и создателю оружия — шлем оказался недостаточно крепок, чтобы остановить пулю, но достаточно, чтобы удержать фрагменты пули внутри разнесенной головы. Все последствия выстрела: игрок дернулся, выронил пульт и осел на диване, слегка завоняли перегоревшие микросхемы, из-под шлема на обивку закапала кровь. Соратник убитого продолжил играть как играл — слишком хороший шлем не позволил услышать ни вздоха выстрела, ни хруста ломавшегося под ударом пули пластика, ни щелчка, с котором перезарядился смертоносный агрегат.

Выстрел! Толи шлем оказался с браком, то ли мозги жертвы оказались пожиже, но на этот раз один из кусочков свинца сумел вырваться наружу, бешено вращаясь чиркнул по краешку закрепленной на стене плазмы и пробив обои застрять в стене.

Все! Кондрат сделал дело, по крайней мере самую сложную часть. Меньше десяти минут, пять выстрелов, четыре трупа — неплохой даже для молодого результат. Нужно было уходить, но прежде Кондрат посетил все остальные комнаты и убедился в том, что в квартире больше никого нет. Когда он нашел в одной из комнат капсулу виртуальной реальности, то с трудом удержался чтобы не разрядить в нее''зонт'',благо оставалось целых три неиспользованных патрона. Но все же удержался: теоретически уничтожение капсулы могло навести на их след или как минимум на мысль, что след убийц ведет в Серединный мир, да и бессмысленно ее уничтожать — без игрока, вернее без его аккаунта, капсула безвредна, а к индивидуальному аккаунту может подключиться только мозг владельца капсулы, тот самый мозг, что в данный момент вытекает на пол коридора.