Третья часть Великого похода. Сброшенные хвосты. Отданные долги (СИ) - Стариков Антон - Страница 798

Не помышляя о сопротивлении бегут оставшиеся в живых охотники за головами, несколько уцелевших раненых эльфов-рейнджеров, не привлекая внимания к себе, ползут к близкому лесу — приходит время баги, хищных питомцев, големов — они соревнуются и в то же время страхуют друг друга! Ни одному эльфу или охотнику так и не удалось уйти.

Итак, сражение закончено... вот только похоже, что хопешам разгромленного кочевья об этом никто не сказал и даже не намекнул. Нет, полными идиотами их не назовешь, и они оценили, как чужаки пришли им на помощь, как сражались против их врагов. Увидели и оценили... но стрелы в пришельцев летят не потому, что хопеши прониклись к ним благодарностью. Они не летят из-за страха! И обитателей кочевья можно понять — расправа над основными силами горжей выглядела поистине ЖУТКО, да и все остальное тоже произвело на хопешей неизгладимое впечатление + ПОЛНОЕ отсутствие потерь у их... спасителей?! И можно ли их так назвать или еще не вечер...?! Хопеши потрясены, лишены руководства, испуганы, они боятся жуткой силы чужаков — они не знают, как им поступить и что дальше делать и как поступят с ними убийцы их врагов. Никто из выживших не сомневается в том, что неведомые чужаки, среди которых безусловно есть один или несколько могучих магов, легко способны окончательно добить полууничтоженый народ. Шансов отбиться у хопешей нет, убежать... пожалуй тоже нет — устроенная боевыми псами и металлическими пауками расправа над пытавшимися удрать эльфами и охотниками за головами выглядела очень показательной. Кстати, насчет эльфов: подавляющее большинство нежданных и непрошеных спасителей — выходцы из народа листвы, и это еще больше смущает испуганных и потерявшихся в догадках хопешей. Крепко сжимающие луки и копья-мечи израненные женщины и подростки сами не знают, что они предпримут, если чужаки на них нападут — будут ли сражаться до конца без шансов на победу или побегут, забыв себя от страха, или устало смирятся с волей богов и покорно примут смерть от магии, клинков и клыков....

Тягостная для хопешей пауза не длится долго — царящие на поле боя чужаки делают первый шаг: к сдвинутым в подобие баррикады и ощетинившимся стрелами и лезвиями повозкам неторопливо-спокойно двинулись восемь поднявших руки безоружных фигур... женских фигур... знакомых обитателям кочевья фигур! В наступившей недоуменно-ошарашенной тишине Найраа, Ойра, Яйаа и остальные бывшие узницы достигли повозок и, обменявшись несколькими фразами с растерянными сородичами, скрылись среди них — теперь уже для оставшихся снаружи Драконов потянулись томительные минуты ожидания и беспокойства за своих протеже, ведь непонятно как встретит восьмерых вернувшихся воительниц их переживающий не лучшие времена народ, как к их пленению-освобождению-возвращению отнесутся мудрые женщины и не поставят ли отряду Найры в вину то, что они привели в земли народа чужаков, среди которых навалом ненавидимой хопешами листвы. С другой стороны, если бы восьмерка воительниц не привела Драконов, то их просто некому было бы встречать и тем более некому обвинять. В общем все сложно и непонятно, мутно и неопределенно.

Бегут, хотя скорее тя-я-я-нуться минуты ожидания. Чтобы там ни было, Драконы не теряют времени зря: маги восстанавливают потраченную ману; спецназ и эльфы-стрелки осматривают мертвые тела на предмет выживших, собирают свои стрелы, присматриваются к добыче, но, следуя приказу, не отягощают себя ей до наступления окончательной ясности; големы, питомцы, личные заготовки приглядывают за баррикадой из повозок, из-за которой тем временем доносится гул возбужденных голосов. Неожиданно гул утихает, две повозки откатывают, открывая проход, к восседающему на Ворошилове Главе спешат Найра и Майлли в сопровождении несколько незнакомых хопешек, их руки не сжимают оружия и вообще в сторону Драконов больше не смотрят наконечники стрел, копья-мечи опущены — похоже сражение действительно завершено, и этот факт дошел до всех.... кто выжил.

Приятная неожиданность — за эти краткие и в то же время томительные минуты у хопешей произошла смена власти, точнее вакуум отсутствия всякой власти был заполнен... Найрой как самым опытным и уважаемым воином племени и к тому же той, в ком течет кровь вождей-отцов и воинов их избранной дружины! Среди хопешей не нашлось никого, кто решился бы или даже подумал оспорить ее право на власть! И это странно, это очень странно — почему же так произошло? Где мудрые женщины, под управлением которых племя существовало многие сотни лет? Где же они?! Как это не удивительно, но мудрых женщин нет среди повозок и фургонов разгромленного кочевья, живых мудрых женщин....

И ведь совершенно точно все восемь правительниц присутствовали среди народа и находились в полном здравии, когда случилось нападение, но вот вам интересный факт: их личные отборные отряды из членов семьи и родичей не принимали участия в битве, а сами мудрые женщины почему-то не руководили сородичами в бою и даже не озаботились передать это право немногим оставшимся опытным воинам. Так что отмеченный Драконами хаос и отсутствие координации среди хопешей — полностью их вина! Дальше больше: вроде бы отряды мудрых женщин должны были сберечь не только их самих, но и священные реликвии народа, запасы продовольствия и с огромным трудом и жертвами собранных в одном месте самых маленьких детей... но когда осознавшие что все закончилось хопеши спохватились, то обнаружили СТРАШНОЕ — две из восьми мудрых женщин со своими ближниками мертвы, безжалостно зарезаны-зарублены и ободраны от доспехов и украшений, шесть остальных мудрых женщин с личными отрядами пропали, исчезли все реликвии народа и 2/3 неприкосновенного запаса продовольствия, маленькие дети брошены на произвол судьбы — во время сражения их никто не охранял и не берег! Но самое ужасное выяснилось, когда расспросили уцелевших лишь милостью богов детей: как рассказали на скорую руку опрошенные дети, двух мертвых мудрых женщин и их родных прикончили отнюдь не горжи, не люди и не эльфы, а... хопеши (!) — родичи шести других мудрых женщин, что неожиданно напали на своих, напали и, пользуясь эффектом неожиданности и превосходством в числе, перебили их в мгновение ока, почти не понеся потерь! Перебили, а затем свершившие немыслимое мудрые женщины и их отряды просто-на просто ушли, не забыв прихватить с собой имущество предательски убитых, свое добро, реликвии народа и все продовольствие, что смогли нагрузить на имеющихся в их распоряжении коней. Ушли! И бросили на произвол судьбы не только ничего не понимающих, испуганных детей, но и весь народ, СВОЙ НАРОД!!!

ШОК и непонимание! Вот что испытали услышавшие рассказы детей хопеши, испытали все, даже те, кто недолюбливал мудрых женщин или их всегда заносчивых родных и в глубине души желал им зла. Многие не поверили в ТАКОЕ, и даже более того, некоторые готовы были обвинить во лжи не только чужих, но даже собственных детей! Однако... раны на осмотренных телах полностью подтвердили правдивость детских слов — повреждения от копей-мечей нельзя было спутать с повреждениями от иного оружия. Еще одним доказательством стали прочитанные охотниками следы: ошибки тут быть не могло — мудрые женщины предали свой гибнущий народ и покинули его в столь критический момент! То, что испытали осознавшие все это хопеши, сложно передать — весь мир перевернулся для них в тот момент, им словно подрезали крылья и цинично нагадили в самую душу! Без всяких допущений произошедшее для хопешей это ничуть не меньший удар, чем случившийся разгром!Скорей всего именно по этой причине Найра и ее подруги смогли настолько легко взять власть в свои руки и возглавить деморализованный страшным предательством народ.

Разумеется за недостойными жизни или легкой смерти мразями немедленно была снаряжена погоня, но поскольку среди хопешей оказалось слишком мало тех, кто мог бы выдержать долгий конный переход и бой после него, то Найра обратилась за помощью к Драконам. Дримм ей не отказал, выделил для погони всех големов, Василису, Послушного, Кайгуся. Вместе с ними отправились Мазилай, Ойра, Майлли и еще пять более-менее сохранивших силы хопешек из кочевья, для скорости каждой из них дали четырех коней и зелья выносливости для них. Перед выступлением Дримм и Иримэ дополнительно пробафили и седоков, и коней.