Ты меня бесишь (СИ) - Еленова Полли - Страница 51

— Миссис? Мистер? — она понимает, что даже не знает их фамилию.

Впрочем, в этом нет нужды, в доме никого нет, и будто действительно уже пару дней.

Скирт уже давно не оказывался в ситуации, когда у него не было возможности принять «лекарство», и это ударило по нему больше, чем можно было ожидать.

Трясущимися руками он нагревает сиреневую кашицу в кастрюле, добавляет измельчённые листья и таблетки из запасов Элизара, выливает немного воды и выпаривает её на крышку, а с неё собирает в шприц.

Готовой смеси, способной заглушить его видения, нет, так что приходится импровизировать.

К Соне он приходит уже без цепей, с расплывающейся по бледному лицу ухмылкой, пахнущий дымом.

Она сидит на диване в гостиной, поджав колени к подбородку, обнимая себя и тихо всхлипывая. Локоны золотистых волос полностью закрывают её, Скирт смаргивает со взгляда свечение, исходящее от неё. И вдруг срывается с места.

— За нами приехали, нужно уезжать! Быстрее…

Он хватает Соню за плечо и ведёт на выход, она поддаётся, не понимая, что происходит и спохватывается уж в машине, с Щенком у ног.

— Кто? Что, Скирт, ты… — переводит взгляд на поднявшийся столп дыма позади дома. — Пожар?

— Ага, — он выжимает педаль газа, раздаётся рёв шин, и машина криво выезжает на дорогу.

— Что всё это значит?

Скирт выцепляет тёмную фигуру позади и крылья-щупальцы, расползающиеся от неё и резко сворачивает, едва не устроив аварию.

Соня вскрикивает.

— Нас преследуют!

— Я так не думаю. Останови машину, я… мне нужно выйти.

— Я не могу.

— Высади меня!

— А как же новый сын Эла?

— Ты просто чокнутый! — Соня слабыми пальцами вцепляется в кресло. — Никто ведь не гонится, я бы заметила, ты поджёг сарай, огонь может перекинуться на дом Мака, — она всхлипывает. — Я ничего не понимаю.

— Я видел чудовищ, — Скирт останавливает машину и говорит это, глядя ей в глаза, его руки дрожат.

«Я тоже…»

Соня чихает, Щенок утыкается в её лодыжку влажным носом.

— Что мы будем делать? У Мака же есть брат, правильно? Надо позвонить ему.

— Телефона нет с собой. Но, — Скирт снова выезжает на дорогу, и так резко, что Соня вскрикивает опять, — у меня дома есть запасной.

— Ехать к тебе домой?! — Соня зажмуривается. — Но у тебя там права, да? Я не позволю тебе выехать из города без них.

— Из города?

— Если не будет другого пути, мы, — она улыбается, глядя на своё замученное отражение в окне, — мы поедим к нему.

***

Квартира Скирта создаёт впечатление, что здесь всем заправляет его жена — слишком неожиданный порядок в доме того, кто иной раз похож на сбежавшего циркача.

Соня за всё дорогу несколько раз пригрозила Скирту пистолетом, на всякий случай записала в телефон его адрес и, после очередной угрозы, ушла в душ.

Скирт оставил ей бежевое вязаное платье, белые колготки, голубой пиджак и такие же туфли, и даже подобрал подходящие под всё это украшения. Что заставляет чувствовать себя… странно.

Он сидит в гостиной, курит что-то, одетый в красный костюм с влажными светло-рыжими волосами, когда Соня, крепко сжимая пистолет, застывает в дверном проёме.

Скирт говорит по телефону, закинув ногу на ногу и глядя в одну точку.

— Я вернулся Хед, я был в очень странном месте, наверное, это Ад, — голос его дрожит.

«Ты Не Боишься Говорить Об Этом?», — голос в трубке складывается из помех, выедает последние нервы, ухмыляется.

— Хедрик…

«Весь Этот Город Сгорит В Огне… — стрекот бьёт по Скирту, его карие глаза темнеют, тьма обступает со всех сторон. — И Твой Единственный Свет Покинет Тебя. Всё Кончено. Все Сгорели. Прости Прощай, Скирт…»

Скирт отбрасывает телефон и поднимает на Соню горящий взгляд, не глядя больше на сплетение сил вокруг, на тёмную, пугающую энергию, на то, что его отец называл «воображением».

Такие, как Скирт часто сходят с ума.

Большинство — сошло уже давно, но притворяется, что всё в порядке.

Он облизывает губы и поднимается.

— Нам никто не поможет. Идём, найдём мальчишку. Нужно убираться отсюда.

***

Ральсель смотрит вниз на город, замечает на крышах тень от вертолета, усмехается своим мыслям.

— Приземляться на штабе? — спрашивает его человек за штурвалом.

Раль качает головой и садится к открытой двери так, будто готов сброситься вниз. Но рука в чёрной перчатке держится крепко за поручен, а голова уже давно не идёт кругом от высоты и Раль слишком хорошо знает себя, чтобы не доверять себе же.

А вот пилот посматривает на него с опаской. Он новенький у них, и об Ральселе слышал весьма сомнительные и недобрые слухи…

Ветер развивает Ралю каштановые волосы, которые он обычно собирает в пучок на затылке. Блестящие под солнечным светом локоны хлещут его по лицу. На нём нет защитной маски, только маленький наушник в ухе и микрофон, чтобы можно было общаться с пилотом. Он улыбается, будто рад вернуться в этот город…

— Надо бы с волками встретиться!

У него хорошее настроение, иначе бы Раль просто забил. Его не назовёшь трудолюбивым.

— Они переехали, — получает он в ответ, и раздражённо дёргает углом губ.

— И вы не узнали, куда? — достаёт из кармана кожанки телефон и набирает Хеду сообщение, надеясь, что хотя бы номер он не поменял:

«Я вернулся пораньше. Скучно. Встретимся, пообщаемся хоть нормально? Заезжай ко мне, я до шести в главном штабе».

— Летим… домой, — машет он пилоту и устраивается в салоне удобнее, пристёгивая ремень.

***

Хедрик получает сообщение, когда собирается уезжать на поиски Скирта. Кривится и звонит Ральселю, забираясь в машину.

«Я вряд ли услышу тебя, — отвечает тот, и голос его едва различим в гуле вертолёта. — Лучше напиши, если срочно. А нет, поговорим, когда явишься. Иначе не знаю, когда смогу уделить тебе время».

— Ты знаешь Маркуса? Слышал что-то о нём? — Хедрик повышает голос. — Он Охотник?

«Маклауса? Маркуса? Слушай, я знаю нескольких с такими именами, но один Маркус вышел из Чистильщиков. Они посерьёзнее нас будут. Поговорим при встрече» — и он сбрасывает вызов.

#25. Записки-заметки

Щенок остаётся в квартире Скирта, ему оставили еду и воду на кухне. Соня даже написала записку и прикрепила на столе:

«Здравствуйте, меня зовут Соня Дан. Позаботьтесь о Щенке (это его имя). Кажется, ваш муж сходит с ума, я беру с собой его телефон. Так же оставляю вам свой номер. Мы едим в Мексику.»

— У тебя есть оружие?

— Что? — Скирт курит в коридоре, держась за своё пульсирующее горло.

— Пистолет, скажем, или ружьё? Я не уверена, что мой исправен, — признаётся она с опаской. — Не хочу проверять здесь, и не хочу узнать об этом, когда мы будем за чертой города.

— А…

Скирт плохо понимает, зачем ей оружие, но кивает и вскоре отдаёт розовый кольт с поблёскивающим фиолетовыми блестками дулом. Она проверяет, заряжен ли он и кивает. Затем хмурится:

— У тебя ведь есть лицензия?

— Конечно.

Перед тем как уйти, Скирт достаёт банку с вареньем, почти тем же, что оставил у Элизара, правда, это более настоявшиеся. И, пока Соня напоследок решила сходить в туалет, опустошает её полностью.

Соня же находит в контактах Хеда и звонит ему. Но трубку никто не берёт. Тогда она находит номер, подписанный как «Эл» и набирает его. Короткие гудки.

— Чёрт.

Остальные подписаны какими-то незнакомыми ей именами и прозвищами.

Ещё есть некая «Сестренка», может быть, она знает семью Мака или поможет с самим Скиртом, который ведёт себя странно?

И снова короткие гудки. А затем телефон, разряженный, отключается.

— Свечка, ты идёшь?!

— Да, — она выходит, — поехали. Ты нашёл права?

— На крыльях фей полетим, — отвечает Скирт и скрывает за дверью.

***

Опасаясь, что снова что-то случится, из-за чего в её голове всё перемешается, Соня открывает заметки на подъезде к Мексике и записывает: