Ключи от неба (СИ) - Корлеоне Д. - Страница 33

На АББ (Академическая бывшая бандитская) тоже было чем заняться: условия жизни тех людей, что попали в бандитские лапы, были скотские. В основном пленных держали в ответвлениях технических тоннелей, забрав выходы решетками. Они сами эти решетки себе и варили. Собирали в основном семейных — и пока глава семейства мародерил наверху, его дети или жена удерживались в заложниках. В группы мародеров бандиты включали своих законспирированных агентов-наседок.

Таким образом, группы искали и таскали полезные предметы, а если возникла неосторожная идея «кинуть» хозяев, виновный отправлялся по доносу наседки прямиком в разделочный цех. А то и вместе с близкими… Каннибализм здесь присутствовал вовсю. Наряду с этим, на «верхних» этажах станции, служебных и подсобных помещениях, облюбованных злодеями, царила роскошь. Золоченые кровати с дорогущими матрасами. Шелковое белье. Меха. В коридоре даже бассейн и сад из сотни цветов и пальм в горшках — с альпийской горкой и водопадом. Вот наверное куда грунт из провала на Профсоюзной делся. А арматуру на решетки пустили. Здесь горели сильные лампы и было жарко — ничего для себя не жалели, буржуины!

Предстояла куча работы по переселению и обустройству спасенных людей. Конечно теперь, когда с бандитами покончено, все будет много проще. Вот только покончено ли?

Что-то шевельнулось в темном углу. Я присел и схватился за автомат:

— Кого там носит? Бросай оружие, ползи на свет.

— Не стреляй, дядь Макс! — Раздалось в ответ. В темноте что-то негромко шмякнулось на пол. Мелкая черная фигурка шагнула на свет. Чумазый, как шахтер, ко мне направлялся Петька-Проказа, только черный. Ну натуральный арап! Одни зубы сверкают…

— Ты как здесь?

— О! Нормально! А кто, по-вашему, разведку обеспечивал? Три часа по вентиляции полз. Всю пыль на себя собрал еще с времен динозавров.

— Не ври, когда динозавры были — метро еще не было.

— Метро не было, а пыль была. Еще эта бандура, таскать упарился.

Мелкий выволок из вентиляции полевой телефон ТАИ 43 с почти размотанной бухтой провода.

— От самых Черемушек пру…

— Ой, опять врать здоров — у него провода метров сто.

— Ну да, — засмеялся Проказа. — Меня из наружной вентиляции спустили. Дядя Валера по поверхности вёл…

— Есть хочешь?

— Я всегда хочу, да и помыться бы. Помните, как я в баке с питьевой водой купался? Вы меня еще выдрать обещали.

— Это и сейчас не поздно.

— Не-е, я теперь герой…

— Ладно, герой, пойдем накормлю. А купаться позже тебя налажу. Видишь, что у нас твориться?

На платформу выводили обессиленных людей, часть сразу заносили в наш побитый пулями «метроваген», чтоб отвезти на Черемушки — у них там ресурсов побольше, чем у нас, да и с медициной получше. Натерпелись бедолаги… Ну ничего, глядишь, и оклемаются.

Глава 37

Перелётные птицы

Мы не играем в прятки

С полночной темнотой — о нет!

Все тайны и загадки —

Пожалуйте на свет! Б. Окуджава, «Приключения Буратино»

Опять под ногами в лучах мощных фонарей клубится пыль подземелья, плечи оттягивают лямки рюкзака, а руки сжимают автомат. Опять темнота тоннеля. Но настроение бодрое, так как идем к друзьям. Начальство оценило заслуги и рвение — премировало меня и нескольких моих закадык трехдневным маршем по маршруту Ленинский проспект-Академическая-Профсоюзная — для усиления боевого и торгового единства, налаживания полезных связей и мира во всём мире, ага… Для наилучшего сплочения нам выдали мороженную свиную тушу из запасов доблестно нами же и разгромленных бандитов, а меня включили в состав охраны в порядке поощрения: ожидалась встреча с братом и Хамстером.

Передовой дозор состоял из неразлучного тандема Эльфа и Тёркина, на сей раз вооруженных полуавтоматами «Хатсан» 12-го калибра. Тоже трофеи… Далее шли я с Проказой, за нами на четырехколесной самодельной тележке ехала ледяная свинья и прочие пищевые блага. Тележку, сменяясь, толкали восемь разномастно вооруженных добровольцев. Замыкающим дозором шли Леонидо и зам. начальника охраны станции (убей — не помню как зовут!). На спине у каждого был пришит маленький светодиодный фонарик (мое рацпредложение, кстати), чтобы легче опознаваться в темноте. Вот такой компанией, под скрип свиновозки и негромкое Петькино мурлыканье песенки про лихих фонарщиков из детского фильма про Буратино, мы двигались по маршруту.

— …Шагаем вслед, вслед, вслед, туда где тень, тень, тень… — Бубнил Петька. — Да будет свет, свет, свет, как будто день, день, день!..

— Петька хорош! — Оборвал его я. — На задании же, а не в бане.

— Сэр! Так точно, сэр! — Громким шепотом ответил Проказа и огреб воспитательного леща.

Под ногами изредка попадались гильзы и смятые консервные банки, иногда в лучах фонарей пробегали здоровые крысы. Врачиха Лена то ли напутала, то ли наврала, но дорога явно пошла в гору, а я точно знал, что глубина Академической — восемь метров. А тут такой подъем неслабый… И длинный. Пришлось усилить ряды «толкателей свиньи». По моим ощущениям, Ленинский ниже Академической метров на двадцать, а то и больше. Надо было «мотор» брать… Хотя, может и показалось — вышли в горизонталь, и тут же впереди замаячили отблески света. Мы ненадолго погасили фонари. Точно, свет. Вперед!

Пятно света приближалось и вскоре отчетливо обозначился его источник — мощный прожектор, установленный на треноге. От источника света нас окликнули. Грозно и матерно:

— Кого черти несут? Мля!..

Сеньор Леонидо выступил в авангард и назвался:

— Начальник станции Ленинский проспект, на! Отверни свет! Ослепнем после темноты…

— Подходи медленно.

Прожектор погас, но включились лампы за нашей спиной — и по мере нашего продвижения вспыхивали все новые и новые… Пройдем метров десять — и хоп! — ещё включились. Это неплохо — сами сторожа в темноте, а противник на виду всегда. Толково придумано. И похоже, автоматически работает — на датчики движения заведено.

Наконец, опознали-таки: вон уже видно стоят, «лыбу» давят. Раздалась общая команда «Оружие на предохранитель» и из толпы встречающих выскочил Хамстер. Сграбастав меня за плечи, «друг дней моих суровых» запричитал:

— Ой, на кого похож, мешок костлявый! Эк тебя. Одни глаза остались!

— Да хорош пургой заметать, дай рюкзак сниму.

Начались взаимные «обнимашки», рукопожатия и прочие проявления скупой мужской радости. Женщин среди встречающих не было. Как и детей… Понятное дело — не самая спокойная станция. В начале платформы стоял маленький, словно игрушка, вертолет, а посредине — четыре здоровенные гидравлические платформы-стремянки, на которые опиралась сварная рама из разного металлолома, закрывая провал.

— Это чего вы такое наворотили? — Спросил я.

— Это из депо ремонтной платформой притащили, такие подъемники. — Отвечал Валера. — Они ручные, но с гидравликой. Под крышу их подняли и разной арматурой обварили дыру по периметру. На раму после натянули, что нашли — где «рабицу», где жестянку… Подняли до упора, с поверхности забросали чем полегче: кусками рубероида, фанеры. Грунтом слегка присыпали и сажей от кострищ. Для однородности маскировки, так сказать…

— Да когда ж вы успели? Два дня прошло всего, а спутника нет три раза по полчаса в сутки. Как по вам не долбанули на вспышки сварочные?

— А тут моя идея сработала. Неподалеку автобусное депо было, в сотне метров от пролома. Крыша завалилась, автобусы — в «смятку». Но остался склад покрышек небольшой. Я его и запалил… А как дымом заволокло, народ с трех станций бригады прислал и в шесть газовых аппаратов зафигачили эту бандуру. Теперь присобачим электропривод, синхронизируем подъемники и сделаем откатное устройство. Но это уже можно не бегом… Как закончим, летуны сюда еще три вертолета перегонят и топлива завезут. Будет «Авианосец Профсоюз»!