Любовь ворона (СИ) - Фер Люси - Страница 16

— Представляю, что вы обо мне успели надумать в дороге, — невесело улыбнулся правитель, — отчасти вы, быть может, и правы… Ваше послание из Синегубки, пришедшее накануне, все же убеждает меня в правильности принятого решения, — на этих словах король замолчал, задумчиво уставившись в окно.

— Какого решения? — осторожно прервал паузу Норч.

Король встрепенулся, будто пробудившись ото сна и переведя рассеянный взгляд на командоров, произнес:

— В моем сговоре с берунгами. Им нужны терриссы, мне лекарство от песчанки… Вот вам и залог мира.

— Не понимаю, к чему им нужны терриссы? — удивился Трюдо.

— Если быть точнее нужна им одна террисса, что-то там с древним предсказанием Друнов связано, но, вероятно, следует начать повествование с самого зачина… — многообещающе начал Асхер и, сделав глубокий вдох, продолжил:

— Четыре года назад мы получили первое послание от старшины приграничной деревни о заболевшем песчанкой ребенке. Тогда я не особо поверил в это, надменно полагая, что это всего лишь деревенские байки. Ведь все мы знали, что зараза осталась в прошлом много столетий назад. Замковый лекарь предположил, что мальчишка был остервенело покусан блохами, оттого и покрылся раздражающей сыпью. Отправили в деревню мази да порошок от зловредных насекомых. Однако не далее, чем через месяц снова пришло письмо, на этот раз сообщалось о пяти заболевших. Королевский лекарь, убеждая меня в невозможности подобного исхода, сам отправился на границу…

Больше я своего лекаря не видел. Именно из его последнего письма я и узнал, что никакие это не блохи, а самая что ни на есть лютая песчанка. Мгновенно окружив деревню, мои солдаты молча наблюдали как обрывается жизнь целого поселения… постепенно, друг за другом, дом за домом…

Спустя шесть месяцев после получения первого послания, солдаты вернулись в замок. Тогда я наивно полагал, что это был лишь единичный случай вспышки заразы, ведь вестей от других деревень или городов не поступало… — король сделал паузу, печально посмотрев на портрет первого короля Акконда, висящий над камином, — но я ошибался. Через два месяца почтовый ворон принес весть из другой приграничной деревни. История идентична.

Как ни стараемся мы купировать эту хворь, она все равно находит лазейки для поиска новых жертв. Аппетиты ее растут, она медленно, но верно пробирается в самую глубь Шаграна…

— Но почему вы не известили об этом нас? — недоуменно спросил Друз.

— И что бы вы сделали?! — глумливо вопросил король. — Чем больше людей знает о песчанке, тем большая паника накроет страну. Мне ли вам объяснять, на что способны обезумевшие люди…

— А причем здесь берунги? — непонимающе спросил Тьян.

— Через год после первого известного нам случая песчанки, мне пришло послание от песчаного пса. В нем он просил встречи, прозрачно намекая, что это будет выгодно нам обоим. Поначалу я не воспринял этот всерьез, полагая, что это хитроумная ловушка. Однако через год, когда масштабы трагедии стали угнетающими, встреча все же состоялась… Кышкар, вождь берунгов, признаться честно, тогда произвел на меня приятное впечатление, — усмехнулся Асхер, — не ожидал я, что у этих песчаных дикарей может быть столь рассудительный предводитель, хоть и кровожадность предков порой закипает в его крови… Так вот поделился он со мной, что песчанка давно уж поедала его народ, озаряя пустыню огнями погребальных костров. Однако отец его, вождь Иквар, нашел тайное лекарство Друнов, которые всегда славились своими целительскими способностями. Но Кышкар не был бы берунгом, если бы не потребовал дар взамен… — с усмешкой проговорил король. — Он потребовал себе террисс. Причем именно тех, что являются активным оком…

— Треба немыслимая, — согласился Асхер, заметив выражение лиц командоров, — так я ему и заявил тогда, на том мы и простились. Но чувство безысходности снедало меня день ото дня, ощущение беспомощности и необратимости сделало своё дело… Я написал послание берунгу, посулив ему баснословные богатства за лекарство, но ответ его был один…

— Так может и нет у него никакого лекарства… — неуверенно предположил Трюдо, — или мазь какая от геморроя…

— Ты короля своего дураком считаешь? — гневно процедил Асхер, — все мы проверили, лекарство помогает. Но цена за него была уж больно высока, — плечи короля устало опустились. — Весь последний год я живу торговкой на базаре, пытаясь выиграть хоть что-то. Однако в это время и болезнь не спит. За последний месяц мы полностью потеряли три деревни, две другие опустошены на треть. Это стало последней каплей. Я поставил условие Кышкару, что он должен рассказать мне о причинах, столь бурного желания заиметь карманных провидиц… Тогда-то он и поведал мне о неком предсказании, оставленном Друнами во время спасения ими племен Диргов из лап берунгов…

— Им нужна террисса для исполнения данного предсказания, а не для его предначертания… — заключил Григор.

— Именно так, — ответил король, — содержание послания мне неведомо и что-то мне подсказывает, что и сами берунги не до конца понимают весь его смысл… Но одно ясно точно, им нужна террисса нынешнего активного круга.

— И как же они поймут, кто именно им нужен? — недоуменно спросил Родхард.

— Кышкар заверил меня, что справится с этим, но его критерии отбора мне увы неведомы… — протянул Асхер.

— Но как мы разорвем активный круг террисс? Их дару служить на благо Шаграна еще год?! — озадаченно спросил Севастьян, взъерошив свои рыжие волосы на затылке.

— И это мы тоже оговорили, — горделиво ответил король. — Я убедил берунга выждать год до вхождения в круг следующей пятерки, а уж затем и увозить одну из террисс к себе в пустыню. Надо сказать старая аббатиса сыграла нам на руку, — довольно произнес правитель.

— О чем это вы? — непонимающе уставился на короля змей.

— В надежде защитить своих пташек, тер Мелисуфф отрыла закон Кайо.

— Никогда о таком не слышал, — нахмурился Норч.

— Немудрено… о нем забыли столетий так восемь назад, — усмехнулся Асхер, — да и надобности то в нем теперь нет.

— Так, о чем же он? — нетерпеливо спросил Трюдо.

— Закон гласит, что террисса сама выбирает себе спутника жизни и никто не в праве принудить ее к этому, — замешкавшись проговорил король.

— О как, — удивился Севастьян.

— Мы и в правду планировали выдать выбранную терриссу за берунга. По-иному ее бы не приняли в пустыне, да и нам было бы спокойнее, находясь она там на законных основаниях, но теперь берунгу придется попотеть дабы заслужить своё признание, — усмехнулся король.

— А если берунг откажется? — задумчиво произнес Норч.

— Это вряд ли. Слишком уж им нужна террисса. В любом случае завтра мы обо всем узнаем, берунги прибудут к полудню. — заключил король, резво поднимаясь из-за стола и указывая, что утренние откровения окончены. — Пора завтракать, командоры. Не терпится познакомиться с очаровательными провидицами, — улыбаясь произнес он, направляясь к двери. — Надеюсь вы не оставите меня одиноким в обществе прекрасных дам.

— Безусловно, — ответил Севастьян Трюдо, — я так скучал по королевским ватрушкам, — засмеялся он, поравнявшись с королем.

— О, мой друг. Я обещаю отдать тебе самую большую и сочную ватрушку с королевского стола, — смеясь пообещал Асхер.

— Ловлю вас на слове, ваше величество!

Григор Норч переглянулся с Родхардом Друзом и молча последовал за веселящейся парочкой. В голове сумбурно крутились вести, рассказанные королем. Ему было явно не до смеха. — Только бы не Леда! — пульсировала в голове отчаянная мысль.

Глава 20

— Полагаю нам не стоит пока посвящать маленьких террисс в происки злых политиков! — остановившись перед дверями столовой, полушутя проговорил король. Командоры согласно кивнули.

— Его величество Асхер Первый, — громогласно произнес распорядитель, открывая изящную позолоченную дверь перед главой государства, — в сопровождении эр Григора Норча, первого заместителя главнокомандующего армией королевства Шагран, командора башни Воздушных воронов, — скороговоркой продолжил оратор, — фер Севастьяна Трюдо, командора башни огненных лис и вер Родхарда Друза, командора башни водяных змеев, — казалось, на последних словах мужчина облегченно выдохнул.