Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ) - "chuckcloud" - Страница 205

Ребята сняли квартиру в двух минутах ходьбы от спортивного зала, куда поспешил записаться Том. Но его новоиспеченному тренеру-менеджеру этого показалось недостаточно, и он выкупил зал полностью, дабы Харди беспрепятственно мог заниматься в любое время дня и ночи, не лицезрев при этом вокруг себя всякое нигерское отребье из гетто.

Когда сержант без всяких шуток и уловок приступил к тренировкам, Батлер понял, что этого ебаната не остановить, и, судя по всему, тот нехило ебанулся рассудком. Но все же Леонида не переставала волновать судьба Клубничной Эми, а также вероятность того, что друг, возможно, скоро станет отцом. Посему, решив не тратить времени зря, бородач начал поиск сам. Денно и нощно он колесил по ЭлЭю, захаживая в стрип-клубы, школы, а также больницы и даже абортарии. Но тщетно.

Сержант же Харди, под строгим, но мудрым наставленничеством своего дражайшего мозгоправа и наркобарыги с головой погрузился в тренировки. Лео каждый день будил его до восхода солнца, спихивая ногами с кровати, и заставлял отжиматься сначала десятки, а затем сотни и даже тысячи раз, угрожая молотком и называя рохлей и педиком. Не давая после отдохнуть и минуты, выгонял на утреннюю пробежку, которая усложнялась тем, что проходила на голливудских холмах, вершины которых сержант должен был достигать до первого луча солнца. После он встречал друга у подножья холмов на желтом кабриолете Дюзенберг 1929 года выпуска, и по пути до дома давал ему перекусить высокоуглеводным завтраком. По приезду Лео давал две минуты на то, чтобы сполоснуться, при этом перекрывая горячую воду. Ледяной душ бодрил сержанта до скрежета зубов, а недостаток времени на «разрядку» доводил до состояния озлобленности. Этого ДиКаприо и добивался и именно с таким настроением и отправлял своего подопечного на тренировку. Та непременно начиналась с прыжков со скакалкой. Лео бдил за другом, сидя за резным столом с вензелями, выструганным из цельного куска дуба, и водя прищуренным взглядом с секундной стрелки раритетных часов на Тома, не позволяя ему остановиться раньше чем через два часа. Затем следовали еще несколько часов отработки удара. Сначала сержант набивал грушу руками, потом ногами. Лео наблюдал, хуяря за столом шампанское и всякий раз поднимая тост за будущие победы. После и сам ДиКаприо со специальными алмазными щитками на руках выходил на ринг, где Том продолжал ебашить и их, сбивая костяшки пальцев в кровь. Далее наступало время обеда, за которым Лео выдавал Харди теоретическую часть, рассказывая о различных тактиках боя и приемах психологического воздействия на противника, а также цитируя список самых грязных трэштоков, способных вывести соперника из себя. Закончив с едой, сержант приступал к отработке болевых и удушающих. Для этого ДиКаприо отыскал на барахолке для спортсменов-одиночек огромную резиновую куклу-армстронга. Харди катался с ней по октагону, отрабатывая приемы. То он прижимал ее к полу затылком, наваливаясь всем весом на горло, то обхватывал эластичное туловище ногами, заламывая руки, то и вовсе импровизировал незнамо что, самыми изощренными методами пытаясь придушить или сделать кукле больно. К концу тренировки Том лишался всяческих сил, не был способен думать о чем-либо, да и, ко всему прочему, был не на шутку озлоблен. Он молниеносно уминал до безумия протеиновый ужин, после чего заваливался спать и вырубался, едва закрыв глаза и не успевая погонять в голове ебаные мысли.

Вскоре мистер ДиКаприо стал записывать Харди на первые подпольные бои. На них, в качестве участников, стекался всякий сброд со всей Калифорнии. По-настоящему сильных и талантливых бойцов среди них было немного, потому Том легко справлялся почти с каждым соперником. Конечно, получал и пизды — не без этого. Но Лео лишь подбадривал его молотком и призывал не отчаиваться. Ведь любой опыт полезен, и без поражений не бывает побед. Сержант лишь согласно изображал фирменный еблет и ебашил дальше. Сложность тренировок все росла, с ними увеличивалась и мышечная масса. С каждым боем Харди все набирал и набирал опыт, приобретал выносливость и выдержку. Побед становилось все больше, соперники казались все слабее, а на мысли о Клубничной Эми оставалось все меньше времени. Да и те начинали сворачивать немного в иное русло.

Так полетели дни, недели, месяцы, и ни один из троих друзей не заметил, как к концу подошел июнь. Батлер все продолжал колесить на Додже по ЭлЭю и близлежащим городам в поисках загадочной девицы с ебейшими ключицами и фениксом на ноге. Лео и Том же пришли к выводу, что в подпольных боях им уже становится тесновато и пора идти выше. Решив не тратить время на всякие квалификационные бои и прочие бюрократические проволочки, Харди взял, да и влез в мусорскую базу бойцов ММА, вбив туда свое имя и тем самым получив статус профессионального спортсмена.

— Ну же, Том! Добивай! Добивай! — сотрясал молотком Лео, прыгая вокруг октагона.

— Сука-бля, Конор, хватит выебонов, я не хочу ломать тебе ногу, — процедил Том, прижимая МакГрегора к рингу и заламывая ему ногу.

— Нихуя! — пытался высвободиться из сержантской хватки Конор, не теряя надежду вернуть превосходство.

— Стучи, шмаровоз! — продолжал рычать Харди, вывернув ногу ирландца еще хлеще.

— Пидорас мелкий, — брызгал слюнями МакГрегор, из последних сил пытаясь выбраться из захвата.

— Я тебе сейчас ногу, сука-бля, поломаю, петушара!

— Блять! — прорычал Конор и постучал двумя пальцами сержанта по плечу.

Харди еще пару секунд не ослаблял хватку, пока не подскочил судья, прикрывая МакГрегора собой и одной рукой отстраняя Тома.

— Да, сука-бля! Да! — отпихнул Конора сержант, победно вскинув руки. — Я, сука-бля, власть! — орал он, оббегая октагон по периметру.

Публика заулюлюкала: кто возмущенно, недовольствуясь проебом МакГрегора, на которого сегодня ставило большинство, а кто восторженно, чествуя новую звезду, отпиздившую не на шутку заебавшего Конора.

Тут к Харди уже подлетел судья, схватив за руку и подняв ее вверх в знак победы.

— Да, петушары! Сержант теперь тут власть! — продолжал орать Том, оттолкнув судью и запрыгнув на сетку октагона.

— Так, Том, успокойся! — подоспел к нему с обратной стороны ринга Лео. — Побереги силы, завтра еще один бой!

Харди еще пару минут пообезьянничал, пометался по октагону, покрывая всех и вся кругом хуями, после чего походкой дерзкого хуеплета вышел с ринга. ДиКаприо мигом подлетел к подопечному и накинул на него влажное холодное полотенце и сунул в руку бутылку воды. Том вылил содержимое на себя и стал вытирать ебало, наконец потихоньку успокаиваясь.

— Эй, пиздюк! — окликнул его Конор.

Сержант развернулся и увидел прихрамывающего МакГрегора.

— А ты, я смотрю, подрос, — замахнулся ладонью он для верхнего рукопожатия.

— А ты, я смотрю, сука-бля, постарел, — после секундной заминки повторил трюк Харди, сцепив руку с рукой Конора и притянув его к себе для дружеского объятия.

— Ебать ты, хорош! — отстранил Тома МакГрегор, похлопав по бицепсам. — Форма — охуенная, биться тоже стал не как пизда, — усмехнулся он и хлопнул по плечу.

— Ну, неплохие примеры были, — состроил фирменный еблет Харди. — Я же, сука-бля, говорил, что однажды дам тебе пизды. Да — не в бойцовском клубе, но здесь даже пизже, — обвел он ладонью октагон и скандирующую толпу. — Уровень-то совсем другой. Так что, лучше бы ты, шмаровоз, поддался бы сержанту тогда, глядишь, он бы остыл, положил хуй и не отпиздил тебя на профессиональной арене, — развел он руками, а после сочувственно похлопал Конора по груди.

— Да подавись, не жалко, — отмахнулся МакГрегор, ухмыльнувшись.

— Ладно, парни! — обнял обоих за плечи Лео. — Ну что, пойдем отметим? Думаю, это твое первое значимое достижение на пути к поставленной цели.

— Ну и я с вами! Не каждый день встречаешь старого обдроченного друга! — потрепал Конор Тома по взмокшим волосам. — Где, кстати, твоя хуйня на ебало? — обвел он лицо ладонью, изображаю маску.

Харди лишь подкатил глаза и отпихнул от себя руки МакГрегора и ДиКаприо.