Гостья лесного князя. Падение с небес. Том 1 - Снегирева Ирина "Ири.С" - Страница 10

Как и то, что на другое утро огромная корзина розовых роз и маленький плюшевый мишка красовались в моей комнате.

Так вышло, что до приезда отца у нас случилась ещё одна близость с моим любимым. Но как ни странно, произошла она не от моих слёз печали, а просто от настойчивости Дана. Впрочем, не стоило всё валить на него, ведь в глубине души я тоже этого хотела.

Глава 3. Разбитый хрусталь

Спустя месяц. Ярослава

Папа вернулся в конце июня, и я подумала, как же он устал! Морщинки на лбу, словно разлинованные листы тетради были четкими и не пропадали при любом выражении лица. Постоянно сведённые брови говорили о крайней степени переживаний. Через месяц состоится свадьба с Даном, а мне стало казаться, что стоит отложить. Иногда чувствовала себя виноватой, потому что реально помочь хоть чем- то отцу не получалось.

Папа по- прежнему шутил, интересовался моими делами и подготовкой к свадьбе. Но всё чаще ночью, в тот момент, когда мне не спалось, я подходила к окну и видела свет в его рабочем кабинете. Это отцовское старание работать до конца, на износ мне не нравилось, но на все мои возражения папа отмахивался.

– Пап, но ведь заключено перемирие и войны не будет. Отдохни.

– Успею, Яра, ещё не время. Иначе перемирю конец, – он мельком взглянул на меня, слегка улыбнулся и вновь углубился в чтение каких- то бумаг.

Чем занимался отец, я не знала. Никогда не мела привычки совать свой нос в его дела, да и не собиралась. Если честно, даже мысли об этом не было даже ради любопытства. Подобное унижало, всё равно, что лазить по чужим карманам.

Отец занимался политикой, не самым благодарным делом, но знаю, возьмись он за что- нибудь другое, то оно так же блестяще удалось бы ему.

Я очень переживала за отца, а ещё переживала за себя.

Неделя задержки, что может быть страшнее? Мне очень не хотелось подобное скрывать от папы, да и с Даниэлем требовалось поговорить, вот как нарочно из столицы мой жених уехал по какому- то поручению графа Льюиса, а вернуться должен со дня на день. Я молча страдала и нервничала, видя спасение только в скорейшей свадьбе.

Как- то раз подруги, с которыми я вместе закончила обучение, пригласили меня попробовать горячий шоколад в новом заведении мадам Шоко. Сладкое это хорошо, особенно если ты не одна и вам явно есть, что вспомнить. Валерия и две сестры Эмма и Лемма вполне хорошая для меня компания.

– Ярослава, – пристала Лера в тот момент, когда я отправила ложку нежнейшего лакомства в рот, мечтательно прикрыла глаза, – чем будешь заниматься после свадьбы? Ты уже решила?

– Нет пока, а что? – опешила я. – Чем ещё могут заниматься жены? Домом или следовать за своим мужем.

– Это всё правильно. А тебе не хотелось бы создать свой клуб, а ещё лучше, если он задастся целью облегчения труда угнетённых женщин.

– Нет, не хотелось бы, – отозвалась я, смутно догадываясь, что вряд ли подобное понравится моему отцу и будущему мужу тоже. Хотя чего гадать, попозже и спрошу, как-нибудь. – А ты, про каких женщин?

Я представила, что буду бороться за права нашей старой кухарки, но она сама не желает уходить на покой. Отец множество раз предлагал, даже советовал перейти помощницей какого- нибудь нового повара, а она ни в какую не соглашалась, твердила, что это означает, что в её услугах не нуждаемся. Папа предложил пару раз, но больше не настаивал. У кухарки есть дочь, Марфуша, если что, она нам обещала сказать, предупредить, когда женщине станет действительно тяжело.

– Например, про падших! – с горячностью заявила Лера, с победоносной улыбкой посмотрев на нас. У Эммы от удивления округлились глаза, у Леммы приоткрылся рот. – Это ведь так эффектно!

– Лер, – я предусмотрительно сунула ложку в чашку с шоколадом, – ты как собралась облегчать им жизнь? – Про себя мысленно добавила "Поделить тяготы пополам? ", но вслух озвучивать не стала, вдруг подруга обидится.

– Ну, – она густо покраснела, догадавшись, о чем мы тут сейчас подумали, и исправилась, – нет, похоже, этим мы помогать не будем. Не справимся, точно говорю.

Эмма и Лемма одновременно кивнули, а я тоже согласилась с последним выводом подруги.

Спустя час я в хорошем настроении возвращалась домой. Светило яркое солнце, грозя оставить на коже загар, но мой неразлучный зонтик спас от нежелательных последствий. Предстать краснокожей девицей перед Даниэлем не очень-то и хотелось.

Около дома стояла большая черная карета, скорее напоминавшая закрытый короб. Даже занавески в неё и то были черными! Но как только моя коляска остановилась рядом, карета тронулась прочь в сопровождении двух вооруженных конных солдат.

– Что происходит? – это были первые мои слова, которые адресовала дворецкому Генри, пятидесятилетнему мужчине.

– Леди,…– промямлил он и покраснел, словно я застукала его за чем- то неприличным, – отца Вашего, графа Алекса, арестовали.

– Что?

– Сказали до выяснения обстоятельств. Он тут вам письмецо успел передать, – из рукава Генри достал вчетверо сложенный листок и протянул мне. – Графу дали пять минут на сборы он и черкнул, а потом на лестнице обронил. Я тут как тут, сразу понял, что не просто так.

Спешно развернув бумагу, уставилась на шокирующие слова.

"Ярослава! Не пойму пока в чём дело, но тебе нужно немедленно уехать из дома. Вначале обратись к моему старому другу Якобу, его дом зеленый, у городской почты. Деньги и драгоценности знаешь где. Пока не возвращайся, как освобожусь, я обязательно тебя найду. Всё будет хорошо, любящий тебя отец".

И приписка :"Я ни в чём не виновен и постараюсь вернуться как можно скорее".

Я пробежала глазами по бумаге раз, второй, третий. Мой мозг отказывался понимать происходящее. Всегда знала, что работа отца сложно, но что вышло? Неужели кто- то решил за что-то отомстить? Враги есть у каждого, особенно у того, на кого в крайние моменты император возлагает свои надежды и доверие. Но подобное было впервые, и сдаётся мне, только что завершившиеся переговоры не самый последний повод для неприятностей.

– Но что же предпринять? – вслух пробормотала я, – этого просто не может быть!

Тут же, повинуясь какому- то внутреннему порыву, бросилась в кабинет отца, чтобы сделать то, что он велел, всё ещё не до конца осознавая, зачем это всё нужно. Куда забрали папу, почему?

Я влетела в кабинет и сразу к сейфу, мельком бросив взгляд в сторону большого окна, выходящего на городские улицы, подъезд к нашему дому… Улыбающийся дядюшка Питер как раз только что вылез из коляски, осмотрелся и с не менее самодовольным выражением лица поспешил в сторону входа в дом, постукивая резной тросточкой по каменным ступеням, которых было ровно пятнадцать.

Быстро, просто очень быстро засунула свои документы в лиф платья (они всегда лежали стопочкой в сейфе месте), а деньги запихнула в сумочку, с которой я только что вернулась с прогулки и машинально повесила на руку. Все купюры естественно, не влезли, как и драгоценности, некоторые из которых просто пришлось отправить в карманы, словно носовой платок или сущую безделицу.

– Дядя? – я поспешила навстречу не самому приятному человеку на свете, но отчего-то не хотелось, чтобы он видел меня тут. – Добрый день. Какими судьбами.

– А ты не очень то и вежлива Ярослава, – широкая улыбка и наглость пятидесятилетнего мужчины светились, выдавая сущность не самого порядочного человека. У нас с ним не общая кровь, но общий родственник- папа, только это заставляло меня удержаться от откровенного игнорирования этого человека.

Он ненавидел мою мать, а это самое основное, значит, нет никаких причин питать к нему какую- либо признательность. Круглое пухлое лицо, темные волосы, редкие на макушке, выпирающий живот, всё это так контрастировало с моим отцом настолько, что иногда казалось, будто они и вовсе не родные. Каждый раз при виде меня у дядюшки Питера лицо покрывалось красными пятнами, выдавая всю злость в мой адрес. Ещё бы, неродная дочь нелюбимой невестки, что может быть противнее для него!?